Задание 13708 (ЕГЭ Русский язык)

Напишите сочинение-рассуждение по проблеме, поставленной в исходном тексте: «Почему необходимо противостоять лицемерию и коварству?». Сформулируйте позицию автора (рассказчика) по указанной проблеме.

Прокомментируйте, как в тексте раскрывается эта позиция. Включите в комментарий два примера-иллюстрации из прочитанного текста, важные для понимания позиции автора (рассказчика), и поясните их. Укажите и поясните смысловую связь между приведёнными примерами-иллюстрациями.

Сформулируйте и обоснуйте своё отношение к позиции автора (рассказчика) по проблеме исходного текста. Включите в обоснование пример-аргумент, опираясь на читательский, историко-культурный или жизненный опыт. (Не учитываются примеры-аргументы, источниками которых являются комикс, аниме, манга, фанфик, графический роман, компьютерная игра и другие подобные виды представления информации.)

Объём сочинения – не менее 150 слов.

Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному текоту) или несамостоятельно, не оценивается. Если сочинение представляет собой полностью переписанный или пересказанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, такая работа оценивается 0 баллов.

Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.

(1) Наружность у ябедника Антония Банькевича была необыкновенно сладостная. (2) Круглая фигура, большой живот, маленькая лысая голова и добродушные глаза, светившиеся любовью к ближним. (3) Когда он сидел в кресле, сложив пухлые руки на животе, вращая большими пальцами, и с тихой улыбкой глядел на собеседника, его можно было бы принять за олицетворение спокойной совести. (4) В действительности это был опасный хищник.

(5) Ябедник, обладавший острым пером, знанием законов и судопроизводства, внушал среднему обывателю суеверный ужас. (6) Это был злой волшебник, знающий магическое слово, которое отдает в его руки чужую судьбу. (7) Усадьба Антония Банькевича представляла нечто вроде заколдованного круга.

(8) Если курица какого-нибудь соседа попадала в огород Антония, она, во-первых, исчезала, а во-вторых, начинался иск о потраве. (9) Если, наоборот, свинья Банькевича забиралась в соседний огород, это было ещё хуже. (10) Как бы почтительно ни выпроводил её бедный сосед, всё-таки оказывалось, что у неё перебита нога, проломлен бок или каким иным способом она потерпела урон в своём здоровье, что влекло опять уголовные и гражданские иски. (11) Соседям казалось, что куры, индюки и телята Банькевича ограждены особым покровительством закона, а ябедник, стоя на крылечке, целые дни озирал свои владения, высматривая источник дохода…

(12) Появление в Гарном Луге капитана и независимое отношение нового владельца к опасному ябеднику грозили пошатнуть прочно установившийся авторитет. (13) Поэтому Банькевич, наружно сохраняя наилучшие отношения к «уважаемому соседу и благодетелю», высматривал удобный случай для нападения… (14) И вот на второй год пребывания капитана в Гарном Луге Банькевич отправился на его ниву со своими людьми и сжал его хлеб.

(15) Убыток был не очень большой, и запуганные обыватели советовали капитану покорно, не связавшись с опасным человеком. (16) Но капитан был не из уступчивых. (17) Он принял вызов и начал борьбу. (18) Когда ему донесли о том, что его хлеб жнут работники Банькевича, хитрый капитан не показал и виду, что это его интересует… (19) Женщины связали хлеб в снопы, тотчас же убрали их, и на закате торжествующий ябедник шёл впереди возов, нагруженных чужими снопами.

(20) Дорога пролегала лугами мимо капитанской усадьбы. (21) Едва возы, скрипя, поравнялись с широкими воротами клуни, эти ворота внезапно открылись, капитан выскочил с людьми из засады и, понахав лошадей и волов, завернул возы в клуню. (22) Их вводили в одни ворота, быстро выгружали и выпускали порожними в другие. (23) Атака произведена была так ошеломляюще быстро, что сторона Банькевича не оказала никакого сопротивления. (24) Когда всё было кончено, капитан, сняв фуражку, любезно благодарил доброго соседа за его помощь и предлагал откушать после трудов хлеба-соли.

(25) Удар ябеднику был нанесён на глазах у всего Гарного Луга… (26) Все понимали, что дело завязалось не на шутку…

(27) Всю ночь из окна Банькевича светился огонь, а в избе виднелась фигура ябедника, усиленно строчившего кляузу. (28) На деревне пели уже петухи, когда окно Банькевича стукнуло и в нём появилось красное лицо со следами не остывшего ещё вдохновения. (29) С выражением торжества он поднял руку с листом бумаги и помахал им в ту сторону, где высился тёмной крышей с флагштоком дом капитана.

(30) Писания Банькевича производили впечатление своеобразных, но, несомненно, талантливых произведений. (31) Стиль был кудреватый, запутанный, усеянный неожиданными оборотами. (32) Тут были и знание законов, и выразительность, и своеобразный пафос, как будто рассчитанный на чувствительность судей. (33) Себя автор называл не иначе как «сиротой-дворянином», противника — «именующимся капитаном», имя его называлось почему-то «незаконно приобретённым», а рабочие — «безбожными разбойниками»… (34) В заключение приводились статьи, угрожавшие капитану чуть не ссылкой в каторжные работы, и список убытков, грозивший разорением.

(35) Пафосу и чувствительности Банькевича капитан противопоставил язвительность и иронию. (36) Он спрашивал: как сирота-дворянин очутился со снопами у его, Курцевича, клуни, когда всему свету известно, что собственное его владение находится в другой стороне. (37) «Слыхано и видано, — прибавлял капитан язвительно, — что сироты ходят с торбами, вымаливая куски хлеба у доброхотных дателей, но чтобы сироты приезжали на чужое поле с подводами, конно и людно, тому неповинный пример являет собою лишь Антон Фортунатов Банькевич». (38) А посему силою законов капитан в свою очередь требовал для Банькевича разных немилостивых наказаний.

(39) Тяжба тянулась долго. (40) Вся слава ябедника шла прахом. (41) В конце концов Банькевич потерял самообладание и стал писать доносы в высшие инстанции на самих судей, на родственников и знакомых капитана и на знакомых этих знакомых. (42) Суд применил к Банькевичу статью о «заведомых ябедниках», от которых всем воспрещается принимать жалобы и доносы.

(43) Банькевич был уничтожен. (44) У злого волшебника отняли чёрную книгу, и он превратился сразу в обыкновенного смертного. (45) Заведомый ябедник был лишён покровительства законов.

(По В. Г. Короленко*)

*Владимир Галактионович Короленко (1853–1921) — русский писатель, журналист, редактор, общественный деятель.