Открытый банк заданий ЕГЭ | Русский язык

(1) Несколько лет назад в Петербург приехала маленькая старушка-помещица, у которой было, по её словам, «вопиющее дело». (2) Дело это заключалось в том, что она по своей сердечной доброте и простоте, чисто из одного участия, вошла в положение одного великосветского франта и выручила его из беды, заложив для него свой домик, составлявший всё её состояние. (3) Дом был заложен за пятнадцать тысяч, которые бессовестный франт полностью взял с обязательством уплатить в самый короткий срок. (4) Добрая старушка этому верила, да и не мудрено было верить, потому что должник принадлежал к одной из лучших фамилий, имел перед собою блестящую карьеру и получал хорошие доходы с имений и хорошее жалованье по службе. (5) Денежные затруднения, из которых благородная старушка его выручила, были последствием какого-то мимолетного увлечения или неосторожности за картами в дворянском клубе, что поправить ему было, конечно, очень легко, «лишь бы только доехать до Петербурга». (6) Старушка знавала когда-то мать этого господина и, во имя старой приязни, помогла ему. (7) Он благополучно уехал в Питер, а затем, разумеется, началась довольно обыкновенная в подобных случаях игра в кошку и мышку. (8) Приходят сроки, старушка напоминает о себе письмами. (9) Сначала самыми мягкими, потом немножко почётные и, наконец, жёсткими — она бранится — намекает, что «это нечестно». (10) Но должник её был травленный зверь и всё равно ни на какие её письма не отвечал. (11) А между тем время уходит, приближается срок закладной — и перед бедной женщиной, которая уповала дожить свой век в своём домишке, вдруг разверзается страшная перспектива холода и голода с увечной дочерью и маленькою внучкою. (12) Старушка в отчаянии поручила свою больную и ребёнка доброй соседке, а сама собрала кое-какие крохи и полетела в Петербург «хлопотать». (13) Хлопоты её вначале были очень успешны: адвокат ей встретился участливый и милостивый, и в суде ей решение вышло скорее и благоприятное. (14) Но как дошло дело до исполнения — тут и пошла закорюка, да такая, что и ума к ней приложить было невозможно. (15) Не то чтобы полиция или иные какие приставы должнику мировали — говорят, что тот им самим давно надоел и что они все старушку очень жалеют и рады ей помочь, да не смеют... (16) Было у него какое-то такое могущественное родство или свойство, что нельзя было его приструнить, как всякого иного грешника. (17) О силе и значении этих связей достоверно не знаю, да думаю, что это и не важно. (18) Не умею тоже вам рассказать в точности, что над ним надо было учинить, но знаю, что нужно было «вручить должнику с распиской» какую-то бумагу, и вот этого-то никто не мог сделать. (19)К кому старушка ни обратится, все ей в одном роде советуют: — Ах, сударыня! (20)И охота же вам! (21)Бросьте лучше! (22)Нам очень вас жаль, да что делать, когда он никому не платит... (23)Утешьтесь тем, что не вы первая, не вы и последняя. (24)И вопрошаемые на неё только посмотрят да отвернутся или даже предложат идти высшим жаловаться. (25)Ходила она и к высшим. (26)Там и доступ труднее, и разговору меньше, да и отвлечённее. (27)Говорят: «Да никто не знает, где он, о нём доносят, что его нет!» (28)И приезжает ко мне старушка в состоянии самой трогательной и острой горести. (29)Во-первых, настаёт Рождество; во-вторых, из дома пишут, что дом на сих же днях поступает в продажу; в-третьих, она встретила своего должника под руку с дамой, и погналась за ними, и даже схватила его за рукав, и вызвала к содействию публики, но это повезло только к тому, что её от должника с его дамою отвлекли, а привлекли к ответственности за нарушение тишины и порядка в людном месте. (30)Ужаснее же этих трёх обстоятельств было четвёртое, которое заключалось в том, что должник старушки добыл себе заграничный отпуск и не позже как завтра уезжает с роскошного дамою своего сердца за границу, где, наверное, пробудит год или два, а может быть, и совсем не вернётся, «потому что она очень богатая»... (31)Завтра, стало быть, конец этой долгой и мучительной комедии: завтра должник несомненно удивлён, и надолго, а может быть, и навсегда...

Из первого абзаца текста выпишите книжное слово со значением «вызывающий крайнее негодование, возмущение; недопустимый».

(1) Люди устроены так, что в будущем их интересует главным образом хорошее, то есть то, что им представляется хорошим. (2) Всем нравится представлять себе высадку на Луне, препараты долголетия. (3) И всё же именно тревоги, бедствия, заботы будущего помогают объединять человечество. (4) Становится ясным, что нельзя сегодня в границах одного государства решить, допустим, проблему питания человечества. (5) Проблема обеспечения пресной водой также всепланетная. (6) Такой же стала проблема борьбы с гриппом, проблема управления погодой, загрязнения воздуха, океана... (7) Возникает всё больше проблем, решать которые можно лишь в масштабе всей Земли. (8) Государственные различия всё резче входят в противоречие с общностью задач, тайфуны настигают любые корабли и обрушиваются на любые берега. (9) Современное естествознание, современная техника требуют создания международных институтов. (10) Постепенно Земля открывается нашему сознанию как целостный организм. (11) Надо уяснить, как воздействует прогресс техники на человека, на его мироощущение. (12) Я никогда не забуду взрыв восторга в день полёта первого космонавта Юрия Гагарина. (13) Стихийный праздник, толпы на улицах, на площадях городов, наспех написанные транспаранты. (14) Чему мы радовались? (15) Не только тому, что первыми в космос вышли советские люди. (16) Радость была и за величие человеческого разума, это была радость, объединяющая человечество, в этой радости была надежда! (17) Ощущение единства порождалось одновременностью информации. (18) Средства связи позволили всему миру одновременно следить за полётом. (19) Коммуникации создали глобальное сопереживание. (20) С тех пор возможности соучастия увеличились. (21) Мир может не только одновременно слышать, но и видеть. (22) Недавнее футбольное первенство мира смотрел одновременно миллиард людей. (23) Во всех странах одновременно ахали, волновались, кричали у своих экранов — цивилизация не знала таких масштабов, таких выбросов психической энергии. (24) Футбол и полёт в космос. (25) Интернет и телевидение способны транспортировать зрителю любые события. (26) В распоряжении людей появились способы воздействия планетарных масштабов. (27) Сеть позволяет передавать всё что угодно кому угодно. (28) Связь каждого человека со всем человечеством возрастает колоссально. (29) Процесс наращивания контактов уже происходит, и остановить его вряд ли кому-либо удастся. (30) Интернет, транзисторы, магнитофоны, телевизоры, мобильники — количество их растёт в прогрессии геометрической, сколько-нибудь ценная информация распространяется практически сотнями различных каналов. (31)Мода перенимается сегодня в течение нескольких месяцев. (32)Научные исследования движутся почти вровень в лабораториях Японии, России, Англии, США... (33)Попытки существенно обогнать конкурентов ни к чему не приводят. (34)Идеи почти одновременно возникают, одновременно реализуются. (35)Возрастание связей, появление всеобщих забот и усилий — достаточно ли этого для создания гарантии устойчивого существования человечества? (36)Станет ли мир более прочным оттого, что он будет оплетён множеством связей? (37)Мне кажется, что это реальные силы, которые соединяют людей. (38)Они приобщают их к всемирным событиям, а значит, повышают их соучастие. (39)Конечно, возрастает и опасность использования той же системы коммуникаций какой-то группой в своих интересах. (40)Грядущее таит в себе не только избавление от многих страданий и опасностей, но и появление новых опасностей. (41)Если мы не в состоянии предвидеть, как мир новой техники изменит человека, то не попробовать ли понять, как должно быть устроено общество, чтобы устойчиво существовать? (42)Каковы критерии его устойчивости и безопасности? (43)Можно ли выявить наиболее жизнестойкую систему? (44)Вера в то, что подобная система есть, — эта вера возникла не от безысходности. (45)Она зиждется на элементах здоровья сегодняшнего человеческого общества, на тех силах, что в критические моменты уже спасали мир от катастрофы. (46)Творчество, будь то научное, техническое или художественное, наиболее полно раскрывает назначение человека. (47)Творческий труд облагораживает человека, делает свободнее, лучше. (48)Признаюсь, когда я думаю о будущем, предом мной прежде всего возникает та жизнь, где каждый сумеет определить свое призвание и реализовать его. (49)Это вовсе не простая задача. (50)Человек стал человеком, когда он стал творцом. (51)Яблоко, сорванное с райского древа, обрекало человека на вечные муки и вечное счастье познания. (52)Ясно, что счастье строится не с помощью науки и техники. (53)Но когда человек начинает творить, он творит будущее!

Из предложений 40–48 выпишите слово высокого стиля со значением «основываться на чём-нибудь, опираться на что-нибудь».

(1)Если хочешь понять душу леса, найди лесной ручей и отправляйся берегом его вверх или вниз. (2)Я иду берегом своего любимого ручья самой ранней весной. (3)И вот что я тут вижу, и слышу, и думаю. (4)Вижу я, как на мелком месте текущая вода встречает преграду в корнях елей и от этого журчит о корни и распускает пузыри. (5)Рождаясь, эти пузыри быстро мчатся и тут же лопаются, но большая часть их сбивается дальше у нового препятствия в далеко видный белоснежный ком. (6)Новые и новые препятствия встречает вода, и ничего ей от этого не делается, только собирается в струйки, будто сжимает мускулы в неизбежной борьбе. (7)Водная дрожь от солнца бросается тенью на ствол ёлки, на травы, и тени бегут по стволам, по травам, и в дрожи этой рождается звук, и чудится, будто травы растут под музыку, и видишь согласие теней. (8)С мелкоширокого плёса вода устремляется в узкую приглубь, и от этой бесшумной устремлённости кажется, будто вода мускулы сжала. (9)Рябь же на воде, схваченная солнцем, и тень, как дымок, перебегает вечно по деревьям и травам, и под звуки ручья раскрываются смолистые почки, и травы поднимаются из-под воды и на берегах. (10)А вот тихий омут с поваленным внутрь его деревом; тут блестящие жучки-вертунки распускают рябь на тихой воде. (11)Под сдержанный ропот воды струи катятся уверенно и на радости не могут не перекликнуться: сходятся могучие струи в одну большую и, встречаясь, сливаются, говорят и перекликаются: это перекличка всех приходящих и расходящихся струй. (12)Вода задевает бутоны новорождённых жёлтых цветов, и так рождается водная дрожь от цветов. (13)Так жизнь ручья проходит по пузырям и пеной, а то в радостной перекличке среди цветов и танцующих теней. (14)Дерево давно и плотно легло на ручей и даже позеленело от времени, но ручей нашёл себе выход под деревом und быстриком, с трепетными тенями бьёт и журчит. (15)Некоторые травы уже давно вышли из-под воды и теперь на струе постоянно кланяются и отвечают вместе и трепету теней, и ходу ручья. (16) А то вот большой завал, и вода как бы ропщет, и далеко слышен этот ропот и переплеск. (17) Но это не слабость, не жалоба, не отчаяние — вода этих человеческих чувств вовсе не знает; каждый ручей уверен в том, что добежит до свободной воды, и далее, если встретится гора, пусть и такая, как Эльбрус, он разрежет пополам Эльбрус, а рано ли, поздно ли, но всё равно добежит. (18) Пусть завал на пути, пусть! (19) Препятствия делают жизнь: не будь их, вода бы безжизненно сразу ушла в океан, как из безжизненного тела уходит непонятная жизнь. (20) На пути явилась широкая низина. (21) Ручей, не жалея воды, наполнил её и побежал дальше, оставляя эту заводь жить собственной жизнью. (22) Согнулся широкий куст под напором зимних снегов и теперь опустил в ручей множество веток, как паук, и, ещё серый, насел на ручей и шевелит всеми своими длинными ножками. (23) Семена елей плывут и осин. (24) Весь проход ручья через лес — это путь длительной борьбы, и так создаётся тут время. (25) И так длится борьба, и в этой длительности успевает зародиться жизнь и моё сознание. (26) Да, не будь этих препятствий на каждом шагу, вода бы сразу ушла и вовсе бы не было жизни-времени. (27) В борьбе своей у ручья есть усилие, струи, как мускулы, скручиваются, но нет никакого сомнения в том, что рано ли, поздно ли он попадёт в океан к свободной воде, и вот это «рано ли, поздно ли» и есть самое самое время, самая-самая жизнь. (28) Перекликаются струи, напрягаясь у сжатых берегов, выговаривают своё: «рано ли, поздно ли». (29) И так весь день и всю ночь журчит это «рано ли, поздно ли». (30) И пока не убежит последняя капля, пока не пересохнет весенний ручей, вода без устали будет твердить: «Рано ли, поздно ли» мы попадём в океан. (31) По забегам отрезана весенняя вода круглой латунной, и в ней осталась от разлива щучка в плену. (32) А то вдруг придёшь к такому тихому месту ручья, что слышишь, как на весь-то лес урчит снегирь и зяблик идущий старой листвой. (33) А то мощные струи, весь ручей в две струи под косым углом сходится и всё силой своей ударяет в кругу, укреплённую множеством могучих корней ели. (34) Так хорошо было, что я сел на корни и, отдыхая, слышал, как там внизу, под кручей, перекликались уверенно могучие струи. (35) Привязал меня ручей к себе. и не могу я отойти в сторону... (36)Вышел на лесную дорогу — на самых молодых берёзках зеленеют и ярко сияют ароматной смолой почки, но лес ещё не одет. (37)Ручей выбежал из глухого леса на поляну и в открытых тёплых лучах солнца разлился широким плёсом. (38)Половина воды отдельным ручьём пошла в сторону, другая половина — в другую. (39)Может быть, в борьбе своей за веру в своё «рано ли» поздно ли» вода разделилась: одна вода говорила, что вот этот путь раньше приведёт к цели, другая в другой стороне увидела короткий путь, и так они разошлись, и обежали большой круг, и заключили большой остров между собой, и опять вместе радостно сошлись и поняли: нет разных дорог для воды, все пути рано ли, поздно ли непременно приведут её в океан. (40)И глаз мой обласкан, и ухо всё время слышит: «рано ли, поздно ли», и аромат смолы и берёзовой почки — всё сошлось в одно, и мне стало так, что лучше и быть не могло, и некуда мне было больше стремиться. (41)Я опустился между корнями дерева, прижался к стволу, лицо повернул к тёплому солнцу, и тогда пришла моя желанная минута. (42)Ручей мой пришёл в океан.

Из предложений 32–36 выпишите антонимы (антонимическую пару).

(1) За эти месяцы тяжёлой борьбы, решающей нашу судьбу, мы всё глубже познаём кровную связь с тобой и всё мучительное любим тебя, Родина. (2) В мирные годы человек, в довольстве и счастье, как птица, купающаяся в небе, может далеко отлететь от гнезда и даже покажется ему, будто весь мир — его родина. (3) Иной человек, озлобленный горькой нуждой, скажет: «Что вы твердите мне: родина! (4) Что видел я хорошего от неё, что она мне дала?» (5) Надвинулась общая беда. (6) Враг разоряет нашу землю и всё наше вековечное хочет назвать своим. (7) Тогда и счастливый, и несчастный собираются у своего гнезда. (8) Даже тот, кто хотел бы укрыться, как сверчок, в тёмную щель и посвистывать там до лучших времён, понимает, что теперь нельзя спастись в одиночку. (9) Гнездо наше, родина возобладала над всеми нашими чувствами. (10) И всё, что мы видим вокруг, что раньше, быть может, мы и не замечали, не оценили, как пахнущий ржаным хлебом дымок из занесённой снегом избы, — теперь пронзительно дорого нам. (11) Человеческие лица, ставшие такими серьёзными, и глаза — такими похожими на глаза людей с одной всепоглощающей мыслью, и говор русского языка — всё это наше, родное, и мы, живущие в это лихолетье, хранители и сторожа родины нашей. (12) Все наши мысли о ней, весь наш гнев и ярость — за её поругание, и вся наша готовность — умереть за неё. (13) Так юноша говорит своей возлюбленной: «Дай мне умереть за тебя». (14) Родина — это движение народа по своей земле из глубин веков к желанному будущему, в которое он верит и создаёт своими руками для себя и своих потомков. (15) Это вечно отмирающий и вечно рождающийся поток людей, несущих свой язык, свою духовную и материальную культуру и непоколебимую веру в законность и нерушимость своего места на земле. (16) Когда-нибудь, наверно, национальные потоки сольются в одно безбурное море, — в единое человечество. (17) Но для нашего века это за пределами мечты. (18)Наш век — это суровая, железная борьба за свою независимость, за свою свободу и за право строить по своим законам своё общество и своё счастье. (19)Русский народ создал огромную изустную литературу: мудрые пословицы и хитрые загадки, весёлые и печальные обрядовые песни, торжественные былины, — говорившиеся нараспев, под звон струн, — о славных подвигах богатырей, защитников земли народа, — героические, волшебные, бытовые и пересмешные сказки. (20)Напрасно думать, что эта литература была лишь плодом народного досуга. (21)Она была достоинством и умом народа. (22)Она становила и укрепляла его нравственный облик, была его исторической памятью, праздничными одеждами его души и наполняла глубоким содержанием всю его размеренную жизнь, текущую по обычаям и обрядам, связанным с его трудом, природой и почитанием отцов и дедов. (23)Народы Западной Европы получили в наследство римскую цивилизацию. (24)Россия достигла в удел пустынных лесов да дикая степь. (25)Вплоть до XVIII века Россия жила по курным избам и всё будущее богатство своё и счастье создавала и носила в мечтах, как скатерть-самобранку за пазухой. (26)Народ верил в свой талант, знал, что настанет его чёрёд и другие народы потрясятся, давая ему почётное место в красном углу. (27)Наша земля немало поглотила полчищ наезжавших на неё насильников. (28)На Западе возникали империи и гибли. (29)Из великих становились малыми, из богатых — нищими. (30)Наша родина ширилась и крепла, и никакая вражья сила не могла пошатнуть её. (31)Так было, так будет.

Из предложений 7–11 выпишите слово высокого стиля со значением «время смут, бедствий».

(1)Я исходил по Парижу десятки вёрст, нося в своей душе груз горького, подлого и страшного, и совершенно неожиданно доплёлся до Лувра. (2)Без малейшей нравственной потребности вошёл я в музей. (3)Машинально ходил туда и сюда, машинально смотрел на античную скульптуру, в которой ровно ничего не понимал, а чувствовал только усталость, шум в ушах и колотье в висках. (4)И вдруг, в полном недоумении, сам не зная почему, поражённый чем-то необычайным, непостижимым, я остановился перед Венерой Милосской. (5)Я стоял перед ней, смотрел на неё и непрестанно спрашивал самого себя: «Что такое со мной случилось?» (6)Я спрашивал себя об этом с первого момента, как только увидел статую, потому что с этого же момента я почувствовал, что со мною случилась большая радость... (7)До сих пор я был похож (я так ощутил вдруг) вот на эту скомканную в руке перчатку. (8)Похожа ли она видом на руку человеческую? (9)Нет, это просто какой-то кожаный комок. (10)Но вот я дунул в неё, и она стала похожа на человеческую руку. (11)Что-то, чего я понять не мог, дунуло в глубину моего скомканного, измученного, искалеченного существа и выпрямило меня, мурашками оживающего тела пробежало там, где уже, казалось, не было чувствительности, заставило всего «хрустнуть» именно так, когда человек растёт, заставило также бодро проснуться и наполнило расширившуюся грудь, весь выросший организм свежестью и светом. (12)Мне невозможно было даже мысли допустить, чтобы в эту минуту я мог подумать жить чем-нибудь таким, что составляло простую житейскую необходимость той поры, то есть того времени, когда я был скомканной перчаткой. (13)Опять позволить скомкать себя так, как это было час тому назад и всю жизнь до этого часа? (14)Нет, нет! (15)Я не мог даже есть, пить в этот день, до такой степени мне казалось это ненужным и обидным для того нового, что я бережно нёс в себе. (16)С этого дня я почувствовал не то что потребность, а прямо необходимость, неизбежность самого, так сказать, безукоризненного поведения: сказать что-нибудь не то, что должно, хотя бы даже для того, чтобы не обидеть человека, смолчать о чём-нибудь нехорошем, затаив его в себе, сказать пустую, ничего не значащую фразу единственно из приличия, делать какое-нибудь дело, которое могло бы отозваться в душе малейшим стеснением или, напротив, могло малейшим образом стеснить чужую душу, теперь, с этого памятного дня, сделалось немыслимым. (17)Это значило потерять счастье ощущать себя человеком, которое мне стало знакомо и которое я не смел желать убавить даже на волосок. (18)Дорожа моей душевной радостью, я не решался часто ходить в Лувр и шёл туда только в таком случае, если чувствовал, что могу «с чистою совестью» принять в себя животворную тайну. (19)Обыкновенно я в такие дни просыпался рано, уходил из дому без разговоров с кем бы то ни было и входил в Лувр первым, когда ещё никого там не было. (20)И как бы вы тщательно ни разбирали Венеру Милосскую с точки зрения «женской прелести», вы на каждом шагу будете убеждаться, что творец этого художественного произведения имел какую-то другую, высшую цель. (21)Ему нужно было и людям своего времени, и всем векам, и всем народам вековечно и нерушимо запечатлеть в сердцах и умах огромную красоту человеческого существа, ознакомить человека — мужчину, женщину, ребёнка, старика — с ощущением счастья быть человеком, показать всем нам и обрадовать нас видимой для всех нас возможностью быть прекрасными — вот какая огромная цель владела его душой и руководила рукой. (22)Он брал то, что для него было нужно, и в мужской красоте и в женской, ловя в этом только человеческое. (23)Из этого многообразного материала он создавал то истинное в человеке, что составляет смысл всей его работы, то, чего сейчас, сию минуту нет ни в ком, ни в чём и нигде, но что есть в то же время в каждом человеческом существе.

Из предложения 16 выпишите синоним слова наоборот.

(1)Я хочу вам рассказать, какая перемена произошла во мне в те немногие часы, пока я был в усадьбе брата. (2)Вечером, когда мы пили чай, кухарка подала к столу полную тарелку крыжовнику. (3)Это был не купленный, а собственный крыжовник, собранный в первый раз с тех пор, как были посажены кусты. (4)Мой брат засмеялся и минуту глядел на крыжовник, молча, со слезами, он мог не говорить от волнения, потом положил в рот одну ягоду, поглядел на меня с торжеством ребёнка, который наконец получил свою любимую игрушку, и сказал: — Как вкусно! (5)И он с жадностью ел и всё повторял. — Ах, как вкусно! (6)Ты попробуй! (7)Было жёстко и кисло, но, как сказал Пушкин, «тьмы истин нам дороже нас возвышающий обман». (8)Я видел счастливого человека, заветная мечта которого осуществилась так очевидно, который достиг цели в жизни, получил то, что хотел, который довольствовался своему судьбой, самим собой. (9)К моим мыслям о человеческом счастье всегда почему-то примешивалось что-то грустное, теперь же, при виде счастливого человека, мною овладело тяжёлое чувство, близкое к отчаянию. (10)Особенно тяжело было ночью. (11)Мне постали постель в комнате рядом со спальней брата, и мне было слышно, как он не спал и как вставал и подходил к тарелке с крыжовником и брал по ягодке. (12)Я соображал: как, в сущности, много довольных, счастливых людей! (13)Какая это подавляющая сила! (14)Вы взгляните на эту жизнь: наглость и праздность сильных, невежество и скотоводские слабых, кругом бедность невозможная, теснота, вырождение, пьянство, лицемерие, враньё... (15)Между тем во всех домах и на улицах тишина, спокойствие; из пятидесяти тысяч живущих в городе ни одного, который бы вскрикнул, громко возмутился. (16)Мы видим тех, которые ходят на рынок за провизией, днём едят, ночью спят, которые говорят свою чепуху, женятся, стараются, благодушно тащат на кладбище swoich покойников; но мы не видим и не слышим тех, которые страдают, и то, что страшно в жизни, происходит где-то за кулисами. (17)Всё тихо, спокойно, и протестует одна только немая статистика: столько-то с ума сошло, столько-то вёдер выпито, столько-то детей погибло от недоедания... (18)И такой порядок, очевидно, нужен; очевидно, счастливый чувствует себя хорошо только потому, что несчастные несут своё бремя молча, и без этого молчания счастье было бы невозможно. (19)Это общий гипноз. (20)Надо, чтобы за дверью каждого довольного, счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком и постоянно напоминал бы стуком, что есть несчастные, что, как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему когти, стрясётся беда — болезнь, бедность, потери, и его никто не увидит и не услышит, как теперь он не видит и не слышит других. (21)Но человека с молоточком нет, счастливый живёт себе, и мелкие житейские заботы волнуют его слегка, как ветер осину, — и всё обстоит благополучно. (22)В ту ночь мне стало понятно, как я тоже был доволен и счастлив. (23)Я тоже за обедом и на охоте поучал, как жить, как веровать, как управлять народом. (24)Я тоже говорил, что ученье свет, что образование необходимо, но для простых людей пока довольно одной грамоты. (25)Свобода есть благо, говорил я, без неё нельзя, как без воздуха, но надо подождать. (26)Да, я говорил так, а теперь спрашиваю: во имя чего ждать? (27)Во имя каких соображений? (28)Мне говорят, что не всё сразу, всякая идея осуществляется в жизни постепенно, в своё время. (29)Но кто это говорит? (30)Где доказательства, что это справедливо? (31)Я, живой, мыслящий человек, стою над рвом и жду, когда он зарастёт, в то время как, может быть, я мог бы перескочить через него или построить через него мост. (32)Я уехал тогда от брата рано утром, и с тех пор для меня стало невыносимо бывать в городе. (33)Меня угнетают тишина и спокойствие, я боюсь смотреть на окна, так как для меня теперь нет более тяжёлого зрелища, как счастливое семейство, сидящее вокруг стола и пьющее чай. (34)Ах, если б я был молод! (35)Пока молоды, сильны, бодры, не уставайте делать добро! (36)Счастья нет, и не должно его быть, а если в жизни есть смысл и цель, то смысл этот и цель вовсе не в нашем счастье, а в чём-то более разумном и великом. (37)Делайте добро!

Из предложения 20 выпишите один фразеологизм.

(1)Это происходило в большой оранжерее, принадлежавшей очень странному человеку, миллионеру и нелюдимую, тратившему все свои несметные доходы на редкие и красивые цветы. (2)Тысячи различных цветов наполняли воздух оранжереи своими ароматами. (3)Другие цветы, лишённые аромата, отличались пышною красотою. (4)Но было в оранжерее одно странное растение, которое, по-видимому, ничем не могло бы обратить на себя внимание, кроме своей уродливости. (5)Прямо из корня выходили у него длинные листья, узкие, мясистые и покрытые острыми колючками. (6)Цветы никогда не показывались между ними, но зато торчал вверх длинный, прямой зелёный стержень. (7)Это растение называлось Столетником. (8)Цветы в оранжерее жили непонятной для людей жизнью. (9)Один только урод Столетник был изгнанником в этой семье. (10)Он не знал никогда ни дружбы, ни участия, ни сострадания, ни разу в продолжение многих лет ничья любовь не согрела его своим теплом. (11)И он так привык к общему презрению, что давно уже переносил его молча, затаив в глубине души острое страдание. (12)Привык он быть и постоянным предметом общих насмешек. (13)Цветы никогда не прощают своим собратьям уродливости. (14)Однажды июльским утром в теплице распустился цветок редкой кашемирской розы. (15)Со всех сторон послышались шумные возгласы восхищения: — Как хороша эта молодая Роза! (16)Как она свежа и ароматна! (17)Она будет лучшим украшением нашего общества! (18)Это наша царица. (19)И она слушала эти похвалы, стыдливая, вся редкощая, вся облитая золотом солнца, точно настоящая царица. (20)И все цветы в виде привета наклоняли перед ней свои волшебные венчики. (21)Проснулся и несчастный Столетник, взглянул — и затрептал от восторга. — (22)О, как ты прекрасна, Царица! — прошептал он. (23)И когда он это сказал, вся оранжерея наполнилась неудержимым смехом. — (24)Кто это? — спросила, улыбаясь, молодая Царица. — (25)Этот урод? — воскликнул Пион. — (26)Никто из нас не знает, кто он и откуда, он носит очень глупое имя — Столетник. (27)Мы только удивляемся людям, которые к нам пристальны. (28)Они ухаживают за ним гораздо больше, чем за нами. (29)Точно это какое-нибудь сокровище! (30)Так до самого полудня насмехались цветы над бедным Столетником. (31)Наконец вдали, точно рычание приближающегося зверя, послышался первый глухой раскат грома. (32)Когда перед дождём наступило мгновение томительного затишья, Роза услышала около себя слабый шёпот: — Выслушай меня, Царица. (33)Это я, несчастный Столетник, восторг которого перед твоей красотой вызвал у тебя утром улыбку. (34)Я полюбил тебя, красавица. (35)Не отвергай меня! (36)Я уродлив, но я открою тебе мою тайну. (37)В девственных лесах Америки, куда не ступала до сих пор человеческая нога, — там моя родина. (38)Раз в сто лет я расцветаю только на три часа и тотчас же погибаю. (39)От моих корней вырастают новые побеги, чтобы опять погибнуть через сто лет. (40)И вот я чувствую, что через несколько минут я должен расцвесть. (41)Не отвергай меня, красавица! (42)Для тебя одной я буду цвести и для тебя умру! (43)Но Роза не отвечала ни слова. — (44)Роза, за один только миг счастья я отдам тебе целую жизнь! (45)Неужели этого мало твоей царственной гордости? (46)Но в это мгновение гроза разразилась с такой страшной силой, что Столетник должен был замолчать. (47)Когда же перед утром кончилась гроза, то в оранжерее раздался громкий треск, точно от нескольких ружейных выстрелов. — (48)Это расцвёл Столетник, — сказал главный садовник и побежал будить владельца оранжереи, который уже две недели дожидался с нетерпением этого события. (49)Вокруг Столетника молча стояли люди, и все цветы с испугом и восхищением обернули к нему свои головы. (50)На высоком зелёном стержне Столетника расцвели пышные гроздья белоснежных цветов невиданной красоты, которые издавали чудный, неописуемый аромат, сразу наполнивший всю оранжерею. (51)Но не прошло и получаса, как цветы начали незаметно розоветь, потом они покраснели, сделались пурпурными и, наконец, почти чёрными. (52)Когда же взошло солнце, цветы Столетника один за другим завяли. (53)Вслед за ними завяли и свернулись уродливые листья, и редкое растение погибло, чтобы опять возродиться через сто лет. (54)И Царица поникла своей благоухающей головой.

Из предложений 50–52 выпишите антонимическую пару (антонимы).

(1)Бабка Ганя была одинокая. (2)Единственный её внук Вася работал в Гусь-Хрустальном на стекольном заводе. (3)Каждую осень он приезжал в отпуск к бабке, привозил ей в подарок гранёные синие стаканы, а для украшения — маленькие, выдутые из стекла самовары, туфельки и цветы. (4)Все эти хитрые безделушки стояли в углу на поставке. (5)Бабка Ганя боялась к ним прикасаться. (6)Кроме стеклянных игрушек, в избе у бабки Ганя жил старый, беззубый рыжий пёс Жек. (7)Весь день он лежал под печкой и так сильно вздыхал, что с пола подымалась пыль. (8)Однажды она попросила меня написать бумагу в сельский совет. (9)Диктовала сама. — (10)Пиши, сердечный, — сказала она. — «(11)Я, Агафья Семёновна Ветрова, жительница села Окоёмова, сообщаю сельскому совету, что в случае моей смерти домишко мой оставляю внуку Василию Ветрову, стекольному мастеру, а бесценные стеклянные вещи, сделанные для забавы, прошу забрать в школу для ребят. (12)Пусть видят, какие чудеса может человек совершить, ежели у него золотые руки. (13)Внук мой — такой мастер, что только землю и небо не сделает, а всё прочее может отлить из стекла красоты замечательной. (14)А потому сообщаю, что внук мой придумал сделать из тяжёлого стекла некоторую вещь — называется она по-городскому рояль, а у нас в селе её сроду не видывали. (15)Поэтому прошу: помогите ему, чем можете. (16)А собаку Жека пусть заберёт аптекарь Иван Егорыч: он к зверям ласковый. (17)Остаюсь при сём, вдова Агафья Ветрова». (18)Когда мы писали эту бумагу, Жек сидел у стола и вздыхал — чувствовал, должно быть, что решается его судьба. (19)На следующее утро я со своим приятелем уехал на лодке на Прорву — глубокую тихую реку. (20)На берегах Прорвы мы провели два дня, ловили рыбу. (21)На третий день из зарослей шиповника вышел дед Пахом. (22)Мы сели к костру пить чай. (23)За чаем дед завёл трудный разговор о витаминах. (24)Одышка у меня, — сказал дед. (25)Аптекарь советует тмины потреблять. (26)Настой из шиповника. (27)От него, говорит, происходит долголетняя жизнь. (28)Сварю настой, буду сам пить и бабке Гане снесу: она у нас сплоховала. (29)Мы тут же свернули палатку, собрались и вернулись в деревню. (30)На крыльце Ганиной избы навстретил Жек, и мы поняли, что что-то случилось. (31)Вечный спокой, сказал дед и стащил с головы рваный картуз. — (32)Не поспел я тмины ей приготовить. (33)Душевная, хоть и строгая была старуха, бессребреница. (34)Внук бабки Гани, Вася, приехал только на десятый день, когда Ганю уже схоронили. (35)Вася приходил каждый день к нам. (36)Это был тихий человек, похожий на мальчика, но с серыми строгими глазами, такими же, как у бабки Гани. (37)Говорил он мало, больше слушал и улыбался. (38)Я долго не решался расспросить его о стеклянном рояле. (39)Заветная его мечта казалась неосуществимой. (40)Но как-то в сумерках, когда за окнами густо валил первый снег, а в печах постреливали берёзовые дрова, я наконец спросил его об этом рояле. — (41)У каждого мастера, — ответил Вася и застенчиво улыбнулся, — лежит на душе мечтанье сделать такую великолепную вещь, какую никто до него не делал. (42)На то он и мастер! (43)Вася помолчал. — (44)Разное есть стекло, — сказал он. — (45)Есть грубое, бутылочное и оконное. (46)А есть тонкое, свинцовое стекло. (47)По-нашему оно называется флиптглас, а по-нашему — хрусталь. (48)У него блеск и звон очень чистые. (49)Он играет радугой, как алмаз. (50)Вот из этого хрусталя я и задумал отлить свой рояль. — (51)Прозрачный? — спросил я. — (52)Об этом-то и разговор, — ответил Вася. — (53)Вы внутрь рояля, конечно, заглядывали и знаете, что устройство в нём сложное. (54)Но, несмотря на то что рояль прозрачный, это устройство только чуть будет видно. — (55)Почему? — (56)А потому, что блеск от полировки и хрустальная игра его затмят. (57)Это и нужно, потому что иной человек не может получать от музыки впечатления, ежели видит, как она происходит. (58)Хрусталь я дам слабый дымчатый цвет с золотизной. (59)Только вторые клавиши сделаю из чёрного хрусталя, а так весь рояль будет как снежный. (60)Светиться должен и звенеть. (61)У меня нет воображения рассказать вам, какой это должен быть звон. (62)Вася уехал в начале зимы. (63)Дни стояли пасмурные, мягкие. (64)В сумерки мы выходили в сад. (65)На снег падали последние листья. (66)Мы говорили о рояле, о том, что прекраснее всего он будет зимой, — сверкающий, поющий так чисто, как поёт вода, позвавшаяся по первому льду. (67)Он даже снился мне иногда, этот рояль. (68)Он отражал пламя свечей, старинные портреты композиторов, тяжёлые золотые рамы, снег за окнами, серого кота, — он любил сидеть на крышке рояля, — и, наконец, чёрное платье молодой певицы и её опущенную руку. (69)Мне снился перекликающийся по залам, как эхо, голос хрустального рояля. (70)Я просыпался и чувствовал то чудесное стеснение в сердце, которое всегда возникает при мысли о талантливости народа, его песнях, его великих музыкантах и скромных стекольных мастерах. (71)Всё гуще падал снег, засыпал могилу бабки Гани. (72)И всё сильнее зима завладевала лесами, нашим садом, всей нашей жизнью. (73)И вся эта разнасылка земля казалась мне теперь особенно милой. (74)Земля, где жили бабка Гани и дед, где вчерашний деревенский мальчик мечтал о хрустальном рояле и где красные, оставшиеся с осени гроздья рябины пылали среди снежных лесов.

Из предложений 39–42 выпишите антонимы (антонимическую пару).

(1) Чтобы понимать природу, надо быть очень близким к человеку, и тогда природа будет зеркалом, потому что человек содержит в себе всю природу. (2) Вся природа содержится в душе человека, но в природе не весь человек. (3) Какая-то ведущая часть человека, владеющая словом, вышла за пределы природы и теперь больше и дальше её. (4) Только оглянувшись назад, в своё прошлое, человек в зеркале видит свою собственную природу. (5) В природе рождается человек, и потому мы часто говорим: мать-природа. (6) Но в природе человек умирает от нападения на него видимых и невидимых врагов. (7) Он умирает в борьбе с этими врагами своими, включёнными в природу. (8) Природа является местом борьбы человека за существование. (9) Значит, природа человеку и мать, и злая мачеха; и из этого начались все наши сказки. (10) Природа старается бороться со смертью количеством своих семян: сколько-то выживает, — и так продолжается жизнь. (11) И когда от природы вернёшься к себе, то представляется, что мы, люди, за своё бессмертие боремся не количеством, а качеством; и так стараемся создавать бессмертные вещи. (12) Отчасти мы этого и достигаем: есть произведения искусства очень древние, и они нас и сейчас восхищают. (13) Как если сеют своими шишками, так и люди берутся за кисть, за перо, за смычок, чтобы один вырос и дал посев. (14)Природа, как и жизнь, не поддаётся логическому определению; и спросите любого, что он понимает в слове «природа». (15)Никто не даст всеохватывающего определения: одному — это дрова и стройматериалы, другому — цветы и пенье птиц, третьему — небо, четвёртому — воздух, и так без конца. (16)И в то же время каждый человек понимает, что это не всё. (17)Нечто большее, чем свой личный интерес, мы почувствовали к природе во время Великой Отечественной войны, мы понимали: это Родина, наш дом. (18)Природа явилась нам как Родина, и Родина-мать обратилась в Отечество. (19)Почему же чувство родины овладевает нами, когда мы слышим крик родной птицы, слышанной в детстве, или песенку, или запах скромного цветка? (20)Каждый из нас, путешествуя, непременно что-нибудь открывает для себя вдали новое. (21)И вернувшись домой, открывает глаза на знакомое и обогащает и расширяет свою родину: чувство родины есть движение к свету. (22)В юности я поехал на Кавказ и лето прожил среди снежных гор, похожих на облака. (23)Когда я вернулся домой, то впервые увидел у себя на родине облака. (24)Никакого внимания я на них раньше не обращал, но после снежных гор понял облака над равниной Елецкого района с её ржаными полями, васильками и ромашками. (25)Так снежные горы в моём растущем поэтическом сознании превратились на родине в облака, и благодаря поездке на Кавказ я в душе стал поэтом родных облаков. (26)Так и нужно понимать: наше чувство Родины складывается из любви к тому месту, где родился, из устремлений вдаль, путешествий, расширяющих и обогащающих наше чувство родины. (27)Радостью жизни, средоточием внимания и дружбой питали наши великие предки живущие в нашем родном Родине.

Из предложений 19–21 выпишите один фразеологизм.

(1)В Московском университете преподаётся студентам декламация, то есть искусство говорить красиво и выразительно. (2)Нельзя не порадоваться этому прекрасному нововведению. (3)Мы, русские люди, любим поговорить и послушать, но ораторское искусство у нас в совершенном затоне. (4)В земских и дворянских собраниях, учёных заседаниях, на парадных обедах и ужинах мы застенчиво молчим или же говорим вяло, беззвучно, тускло, не зная, куда девать руки. (5)Нам говорят слово, а мы в ответ — десять, потому что не умеем говорить коротко и не знакомы с той грацией речи, когда при наименьшей затрате сил достигается известный эффект. (6)У нас много присяжных поверенных, прокуроров, профессоров, проповедников, в которых по существу их профессий должно бы предполагать ораторскую жилку. (7)У нас много учреждений, в которых по обязанностям службы много и долго говорят, но у нас совсем нет людей, умеющих выражать свои мысли ясно, коротко и просто. (8)В обеих столицах насчитывают всего-навсего настоящих ораторов пять-шесть, а о провинциальных ораторах что-то не слыхать. (9)На кафедрах у нас сидят зайки и шептуны, которых можно слушать и понимать, только приспособившись к ним. (10)На литературных вечерах дозволяется читать даже очень плохо, так как публика давно уже привыкла к этому, и когда читает свои стихи какой-нибудь поэт, то она не слушает, а только смотрит. (11)Рассказывают про одного музыкального и художественного критика, который несколько лет назад в клубе художников, желая прочесть лекцию, минут пять изображал из себя молчаливую, смущённую статую: постоял на эстраде, помялся, да с тем и ушёл, не произнеся ни одного слова. (12)А сколько историй можно бы было рассказать про жрецов науки, которые «изводили» своих слушателей и в конце концов возбуждали к науке полнейшее отвращение. (13)Мы не гоняемся за наслаждениями и не ищем их, и нас поэтому нисколько не тревожит, что мы, равнодушные к ораторскому искусству, лишаем себя одного из высших и благороднейших наслаждений, доступных человеку. (14)Но если не хочется наслаждаться, то по крайней мере не мешало бы вспомнить, что во все времена богатство языка и ораторское искусство шли рядом. (15)В обществе, где презирается истинное красноречие, царят ханжество слова или пошлое краснобайство. (16)И в древности, и в новейшее время ораторство было одним из сильнейших рычагов культуры. (17)Не мыслящим, чтобы проповедник не был в то же время и увлекательным оратором. (18)Все лучшие государственные люди в эпоху процветания государств, лучшие философы, поэты, реформаторы были в то же время и лучшими ораторами. (19)«Цветами» красноречия был усыпан путь ко всякой карьере, и искусство говорить считалось обязательным. (20)Быть может, и мы когда-нибудь дождёмся, что наши юристы, профессора и вообще должностные лица, обязанные по службе говорить не только учёно, но и вразумительно и красиво, не станут оправдываться тем, что они «не умеют» говорить. (21)Несомненно, для интеллигентного человека дурно говорить должно считаться таким же неприличным, как и не уметь читать и писать. (22)Поэтому и в деле образования и воспитания обучение красноречию следовало бы считать неизбежным.

Из предложений 12–15 выпишите один фразеологизм.