Открытый банк заданий ЕГЭ

(1)Весь в пару, надвинулся к перрону поезд. (2)Обындевелые крыши вагонов, натёки льда с крыш, белые слепые окна. (3)И словно это поезд нанёс с собой ветер: помело с крыши вокзала, закружило. (4)В снежном вихре, в пару отчаянно метались люди от дверей к дверям, из последних сил бежали вдоль состава. (5)Каждый раз вот так бегают с вещами, с детишками, а везде всё закрыто, ни в один вагон не пускают. (6)Санитар, стоявший рядом, тоже смотрел. – (7)Вот бы Гитлера сюда этого! (8)Сам-то он в тепле сидит. (9)А народу такие мучения принимать... (10)Да с детишками... (11)И зябко ёжился, будто уже совсем замёрз. (12)Глупым показался Третьякову этот разговор. (13)Срывая на санитаре зло, потому что ему тоже было жаль метавшихся по морозу баб, которых гнали от поезда, сказал: – Что ж, по-твоему, захотел какой-то Гитлер – и война началась? (14)Захотел – кончилась? (15)И сам от своего командирского голоса распрямился под халатом. (16)Санитар враз поскучнел, безликим сделался. – (17)Не я ж захотел, – бормотал он себе под нос, переходя к другому окну. – (18)Или мне моя нога лишней оказалась? (19)Третьяков посмотрел ему вслед, на один его сапог и на деревяшку. (20)Что ему объяснишь? (21)Не приставишь оторванную ногу и не объяснишь. (22)А самое главное, что и себе не всё объяснишь. (23)В школе со слов учителей он знал, как и почему возникают войны, и успешно отвечал на отметку. (24)И их неизбежность при определённых условиях тоже была объяснима и проста. (25)Но тому, что он повидал за эти годы, не было лёгких объяснений. (26)Ведь сколько раз бывало уже: кончались войны, и те самые народы, которые только что истребляли друг друга с такой яростью, как будто вместе им нет жизни на земле, эти самые народы жили потом мирно и ненависти никакой не чувствовали друг к другу. (27)Так что же, способа нет иного прийти к этому, как только убив миллионы людей? (28)Какая надобность не для кого-то, а для самой жизни в том, чтобы люди, батальонами, полками, ротами погруженные в эшелоны, спешили, мчались, терпя в дороге голод и многие лишения, шли скорым пешим маршем, а потом эти же люди валялись по всему полю, порезанные пулемётами, размётанные взрывами, и даже ни убрать их нельзя, ни похоронить? (29)Трава родится и с неизбежностью отмирает, и на удобренной ею земле гуще растёт трава. (30)Но ведь не для того живёт человек на свете, чтобы удобрить собою землю. (31)И какая надобность жизни в том, чтобы столько искалеченных людей мучилось по госпиталям? (32)Ещё до войны прочёл он поразившую его вещь: оказывается, нашествие Чингисхана предварял целый ряд особо благоприятных лет. (33)Шли в срок дожди, небывало росли травы, плодились несметные табуны, и всё вместе это тоже дало силу нашествию. (34)Быть может, разразись над этим краем многолетняя засуха, а не сойдись всё так благоприятно, и не обрушилось бы страшное бедствие на народы в других краях. (35)И история многих народов пошла бы по-другому. (36)На фронте воюет солдат, и ни на что другое не остаётся сил. (37)Но здесь, в госпитале, одна и та же мысль не давала покоя: неужели когда-нибудь окажется, что этой войны могло не быть? (38)Что в силах людей было предотвратить это? (39)И миллионы остались бы живы... (40)Двигать историю по её пути – тут нужны усилия всех, и многое должно сойтись. (41)Но, чтобы скатить колесо истории с его колеи, может быть, не так много и надо, может быть, достаточно камешек подложить? (По Г.Я. Бакланову)

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Перед нашествием Чингисхана много лет подряд было засушливое лето.
2) Резкий ответ санитару объяснялся жалостью Третьякова по отношению к женщинам, которые не могли найти места в поезде.
3) В школе Третьякову казалось, что неизбежность войн при определённых условиях легко объяснить.
4) Санитар объяснил Третьякову, что потерял ногу в результате взрыва, разметавшего его однополчан по полю боя.
5) Третьяков мучительно размышлял над тем, возможно ли было избежать войны, уносящей миллионы жизней.

(1)Сверкающий дуговыми фонарями, Брестский вокзал был в то время главным военным вокзалом Москвы. (2)С него отправлялись эшелоны на фронт. (3)По ночам к полутёмным перронам крадучись подходили длинные, пахнущие йодоформом санитарные поезда, и начиналась выгрузка раненых. (4)Каждую ночь, часам к двум, когда жизнь в городе замирала, мы, трамвайщики, подавали к Брестскому вокзалу белые санитарные вагоны. (5)Ждать приходилось долго. (6)Каждый раз к нам подходили женщины в тёплых платках и робко спрашивали, скоро ли будут грузить раненых. – (7)Ждите! – отвечали мы. (8)Женщины, вздохнув, отходили на тротуар. (9)Они приходили к вокзалу на всякий случай: может быть, среди раненых найдётся муж, брат, сын или однополчанин родного человека и расскажет о его судьбе. (10)Когда в вокзальных дверях появлялись санитары с носилками, женщины бросались к ним, исступлённо всматривались в почернелые лица раненых и совали им в руки связки баранок, яблоки, пачки дешёвых рассыпных папирос. (11)Иные из женщин плакали от жалости. (12)Раненые, сдерживая стоны, успокаивали женщин доходчивыми словами. (13)Эти слова простой русский человек носит в себе про чёрный день и поверяет только такому же простому своему человеку. (14)Раненых вносили в вагоны, и начинался томительный рейс через ночную Москву. (15)Вожатые вели вагоны медленно и осторожно. (16)Чаще всего мы возили раненых в главный военный госпиталь в Лефортово. (17)Там мы помогали санитарам переносить тяжелораненых в палаты и бараки. (18)Иногда мы возили раненых австрийцев. (19)В то время Австрию насмешливо называли «лоскутной империей», а австрийскую армию – «цыганским базаром». (20)Разноплеменная эта армия производила на первый взгляд впечатление скопища чернявых и невероятно худых людей. (21)Мы расспрашивали пленных и удивлялись: кого только не было в этой армии! (22)Там были чехи, немцы, итальянцы, тирольцы, поляки, босняки, сербы, хорваты, черногорцы, венгры, цыгане, герцеговинцы, гуцулы и словаки... (23)О существовании некоторых из этих народов я и не подозревал, хотя окончил гимназию с пятёркой по географии. (24)Однажды вместе с нашими ранеными ко мне в вагон внесли длинного, как жердь, австрийца в серых обмотках. (25)Он был ранен в горло и лежал, хрипя и поводя жёлтыми глазами. (26)Когда я проходил мимо, он пошевелил смуглой рукой. (27)Я думал, что он просит пить, нагнулся к его небритому, обтянутому пересохшей кожей лицу и услышал клекочущий шёпот: – Есмь славянин! (28)Полонённый у велика-велика битва... брат мой. (29)Он закрыл глаза. (30)Очевидно, он вкладывал в эти слова очень важный для него и непонятный мне смысл. (31)Очевидно, он долго ждал случая, чтобы сказать эти слова. (32)Потом я долго раздумывал над тем, что хотел сказать этот умирающий человек с запёкшимся от крови бинтом на горле. (33)Почему он не пожаловался, не попросил пить, не вытащил из-за пазухи за стальную цепочку полковой значок с адресом родных? (34)Очевидно, он хотел сказать: не его вина, что он поднял оружие против братьев. (35)Эта мысль соединилась в горячечном его сознании с памятью о кровавом сражении, куда он попал прямо из своей деревни, где растут вековые ореховые деревья и по праздникам пляшет на базаре под шарманку ручной медведь. (36)Я вытащил у австрийца из-под расстёгнутого ворота куртки полковой значок. (37)На нём было выгравировано: «Иованн Петрич, 38719, Весёлый Дубняк (Босния)». (38)Дома я написал открытку о смерти Иованна Петрича и послал в Боснию, в селение Весёлый Дубняк на имя семьи Петричей. (39)Когда я писал эту открытку, я видел в своём воображении белый низкий дом – такой низкий, что окна его были на локоть от земли. (40)Я видел заросли пожухлых лопухов под окнами и ястреба, висевшего над домом в жарком небе. «(41)Полонённый у велика-велика битва... брат мой», – вспоминал я тяжёлый шёпот. (42)Кто виноват, что «швабы» в зелёных тесных мундирах оторвали его, Иованна, от родных садов? (43)Он был покорный и добрый, Иованн, – это было видно по его серым круглым глазам, глазам мальчика на лице пожилого мужчины. (По К.Г. Паустовскому)

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) По ночам на Брестский вокзал прибывали с фронта санитарные поезда с ранеными.
2) Поскольку раненых было много, трамвайным вожатым приходилось перевозить их быстро через всю Москву.
3) В главный военный госпиталь в Лефортово попадали не только русские солдаты, но и пленные из вражеской армии.
4) Простые люди, призванные в действующую армию, не по своей воле поднимают оружие на братьев.
5) Селение Весёлый Дубняк, откуда родом Иованн Петрич, находится в Австрии.

(1)Солдаты лежали за деревьями, в кустах, в высокой траве и слушали, напряжённо всматривались в ясный утренний воздух, лишь местами темневший от дыма и земной пыли. (2)О, как хороша была в эти минуты земля! (3)Как благостны казались людям её тяжёлые складки, жёлтые пригорки, овражки, поросшие репейником и пыльными лопухами, лесные ямы. (4)Какой чудесный запах шёл от земли: лиственной прели, сухой пыли и влажной лесной сырости, запах мирного праха и грибов, сухих ягод и многократно превшего и вновь высыхавшего хвороста. (5)Ветер приносил с поля тёплый и печальный запах вянущих цветов и сохнущих трав; в полутьме леса, внезапно пронзаемой солнечным светом, вдруг пыльной радугой вспыхивала увлажнённая росой паутина, словно веяло своим дыханием чудо спокойствия и мира. (6)Вот лежит, уткнувшись лицом в землю, Родимцев. (7)Спит он, что ли? (8)Нет, его глаза внимательно смотрят в землю, на стоящий подле куст шиповника. (9)Он шумно дышит, втягивает в себя запах земли. (10)Он смотрит с интересом, жадно и почтительно на дела, происходящие вокруг него: муравьи колонной идут неясным для человеческого глаза трактом, волокут сухие травинки, палочки. (11)«Может быть, у них тоже война, – думает Родимцев, – вот и ползут колонны мобилизованных на строительство рвов и укреплений. (12)Или это хозяин ставит себе новый дом, и тянутся плотники, штукатуры на работу…» (13)Огромен мир, который видят его глаза, чует ухо, втягивают с воздухом ноздри. (14)Аршин земли на опушке леса, куст шиповника. (15)Как велик этот аршин земли! (16)Как богат этот отцветший куст! (17)По сухой земле молнией прошла трещина, муравьи проходят по мосту, в строгом порядке один за другим, а по ту сторону трещины терпеливо выжидают встречные. (18)Божья коровка, толстая, в красном сарафане, мечется, ищет перехода. (19)Ох ты! (20)Полевая мышь блеснула глазом, привстала на задние лапки и прошуршала среди травы, словно и не было её здесь. (21)Подул ветер, и трава гнётся, пригибается, каждая по-своему: одна покорно, быстро ложится к земле, другая упрямо, сердито дрожит, топорщится своим бедным тощим колосом – воробьиным житом. (22)А на кусте шевелятся ягоды шиповника – жёлтые, красноватые, закалённые солнцем, словно глина огнём. (23)Давно уже, видно, брошенная хозяином паутина мотается на ветру, в ней запутались сухие листья, кусочки коры, в одном месте она обвисает под тяжестью свалившегося в неё жёлудя. (24)Она похожа на невод, выброшенный на берег после гибели рыбака. (25)Игнатьев задумчиво говорит товарищу: – Слышал я, как-то два лейтенанта-зенитчика между собой говорили. (26)Вот, говорят, война идёт, а кругом сады, птицы поют, им вроде и дела нет до наших дел. (27)Вот я всё думаю: это неправильно, не увидели лейтенанты сути. (28)Война эта всей жизни коснулась. (29)Ты возьми лошадей – чего только не терпят! (30)Или, помню, стояли мы в Рогачёве: там все собаки по тревоге в погреба лезли, суку одну я приметил – собачат в щель прятала, а как налёт кончится – обратно гулять выводила. (31)Ну, а птица – гуси, куры, индюшки, – разве они от немца не терпят? (32)И тут, кругом, в лесу, я примечаю, птицы пугаться стали – чуть самолёт летит, тучей поднимаются, галдят, шумят, мечутся. (33)Сколько леса пропало! (34)Сколько садов! (35)Или вот я сейчас подумал: идёт бой на поле, мы тут залегли, под тысячу человек, – всех этих муравьёв да комарей кувырком вся жизнь пошла. (36)А если немец газ пустит, а мы ему в ответ – тут же по всем лесам да полям жизнь перевернётся: и до мышей, и до ежей, до всех война доберётся, начнёт козявка да птица задыхаться, куда ей деться? (37)Он приподнялся и, глядя на товарищей, сказал с весёлой печалью: – Ох, и хорошо, ребята! (38)Ведь только в такой день и поймёшь: вот, кажется, тысячу лет бы так пролежал – и не наскучило бы. (По В.С. Гроссману)

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Солдат, лежавших за деревьями, в кустах, в траве, было около сотни.
2) Игнатьев разговаривал с Родимцевым о красоте природы в вечерний предзакатный час.
3) Уткнувшийся лицом в землю Родимцев не спит, а наблюдает за колонной муравьёв, которые волокут сухие травинки, палочки.
4) Игнатьев, пересказав своему товарищу разговор лейтенантов-зенитчиков, выразил несогласие с их представлениями о влиянии войны на природу.
5) Очарование летнего вечера, описанного в тексте, подталкивает Игнатьева к размышлениям о судьбе природы на войне.

(1)Нам лишь кажется, что, когда с нами что-то случается, это уникальное явление, единственное в своём роде. (2)На самом деле нет ни одной проблемы, которая уже не была бы отражена в мировой литературе: любовь, верность, ревность, измена, трусость, поиски смысла жизни… (3)Всё это уже когда-то кем-то было пережито, передумано; найдены причины, ответы и советы и запечатлены на страницах художественной литературы. (4)Дело за малым: бери и читай! (5)И всё найдёшь в книге. (6)Неслучайно Ф.М. Достоевский призывал: «Читайте! (7)А остальное сделает жизнь». (8)Литература, открывая мир с помощью слова, творит чудо: удваивает, утраивает наш внутренний опыт, беспредельно расширяет взгляд на жизнь, на человека, делает тоньше наше восприятие. (9)В детские годы мы читаем сказки и приключения, чтобы пережить азарт поиска, интриги. (10)Но наступает час, когда мы испытываем потребность открыть книгу для того, чтобы с её помощью углубиться в себя. (11)Это час взросления: мы ищем в книге собеседника, который просветляет, облагораживает, учит. (12)Л.Н. Толстой судил о достоинствах книги по тому, «сколько раз её можно перечитывать». (13)Есть громкие книги, знаменитые, прославленные, внесённые в почётный список русской литературы. (14)Их читать интересно, но, когда прочтёшь, перечитывать не всегда хочется. (15)А есть тихие книги. (16)В них всё спокойно, неторопливо и, кажется, ничего особенного не происходит. (17)Но в них чувствуешь себя так уютно, как в хорошем, добром, гостеприимном доме, из которого не хочется уходить, в котором хочется остаться жить навсегда. (18)Все герои становятся для тебя живыми, родными. (19)И когда закрываешь последнюю страницу, тут же опять открываешь первую, чтобы не расставаться с ними. (20)Такие книги хочется иметь дома, при себе, всегда, каждый день, чтобы в минуту отчаяния, растерянности, грусти открыть их на любой странице и вновь почувствовать себя уютно, спокойно, уверенно. (21)Все русские писатели были заядлыми книголюбами, имели прекрасные библиотеки и не расставались с книгами всю жизнь. (22)Если взять в руки том под названием «Мысли и изречения», то едва ли не самым объёмным будет раздел о книгах и чтении. (23)И это неудивительно: с тех пор как появилась книга, ей посвящены самые вдохновенные слова тех, чьи высказывания стоит запомнить: «Человек перестаёт мыслить, когда перестаёт читать», – учил Д. Дидро; «Книга – это духовное завещание одного поколения другому», – такую оценку книге дал А.И. Герцен; «Книги – это переплетённые мысли», – считал А.С. Макаренко. (24)Во все времена высоко ценили книгу, но, увы, не в наше. (25)Книг всё больше, а читающих всё меньше. (26)Книгу превратили в предмет интерьера. (27)Она стала мерилом престижности и даже интеллигентности семьи. (28)И стоят книги под замками в шкафах, точно замурованные узники. (29)Сколько умных мыслей, пережитых чувств пылятся на полках общественных и личных библиотек ни разу не открытыми, не прочитанными, не востребованными, не дошедшими до своего адресата! (30)Вот мы взяли в руки книгу. (31)Что происходит в нашей душе? (32)Ведь с каждой прочитанной книгой, распахивающей перед нами кладовые мыслей и чувств, мы становимся другими. (33)Через литературу человек становится Человеком. (34)Неслучайно книгу называют учителем и учебником жизни. (По Л.Г. Гинзбург и Е.Б. Кононовой)

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Книги дают ответы на все вопросы, с которыми мы сталкиваемся в жизни, все важные проблемы отражены в мировой литературе.
2) Час взросления наступает у человека тогда, когда он открывает книгу для того, чтобы лучше разобраться в себе, когда он ищет в книге мудрого собеседника.
3) Громкие, известные книги читать интересно; тихие книги навевают грусть и скуку, приводят в отчаяние.
4) Многие русские писатели, имея прекрасные библиотеки, превратили книгу в предмет интерьера.
5) В наши дни количество книг увеличивается, а число читающих сокращается.

(1)Южный экспресс, на котором Сафонов возвращался из санатория, мчал его по знакомым местам, где Павел Георгиевич родился, вырос, где он не был много лет. (2)Утром, глядя в овлажнённые окна тамбура на прохладную степь, Сафонов с какой-то грустной обострённостью вспоминал то, что уже было полузабыто: вот он, мальчишка, в грязной сатиновой рубашке, с цыпками на руках, бежит по этой ледяной от росы степи, бежит вслед за поездом неизвестно куда, и отяжелевшая от влаги трава хлещет его по коленям, приятно холодит ноги... (3)Сколько тогда ему было лет? (4)Воспоминания возвращали его в давний прожитый (а может быть, непрожитый) мир, говорили, напоминали, что ему уже за сорок и что не так много сделано в его жизни, где давно, отмеченная прочными вехами, первая молодость прошла. (5)И вдруг его непреодолимо потянуло побывать в родном своём степном городке: побродить по нему, почитать афиши на заборах, увидеть старые названия улиц, узнать, что изменилось в нём за многие годы, непременно встретить знакомых школьных лет, таких далёких, словно их и не было. (6)Ему страстно захотелось посидеть с другом юности Витькой Снегирёвым где-нибудь в летнем кафе, под тентом, вспомнить то наивное, давнее и милое, что уже никогда не повторится, но что всё-таки было когда-то в его жизни. (7)И хотя это желание победило, Павел Георгиевич с ироническим видом потёр нос (в свои годы он иногда подтрунивал над собственными желаниями), вошёл в купе, где все спали, подумал ещё раз, уложил чемодан, взял плащ и, к удивлению заспанного проводника, бесшумно подметающего в коридоре, сошёл на маленьком разъезде этим ранним августовским утром. (8)Когда Сафонов вошёл в родной городок, окраины встретили его длинными, через всю дорогу, тенями от старых тополей; кое-где в садах подымался синеватый самоварный дымок, ветви обогретых солнцем яблонь свешивались через заборы. (9)Сафонов шёл, помахивая прутиком, глубоко вдыхал запах садовой свежести, этот смолистый самоварный дымок — эти запахи, эти тени от тополей напоминали детство, голубятню, игры в Чапаева, сокрушительные набеги на чужие сады, — как давно это было! (10)Да было ли? ...(11)Весь день он ходил по городу и не узнавал его. (12)И город не узнавал Сафонова. (13)Он четыре раза не спеша проходил по той улице, где родился и где прежде стоял его низенький глинобитный домик. (14)Теперь на этом месте был бульвар, молодой, свежий, с песчаными аллеями, исполосованный тенями, солнечными пятнами. (15)И этот бульвар, которого никогда не было, совсем не помнил и не знал детства Павла Георгиевича, не знал, как здесь он неуклюже поцеловал у несуществующей сейчас калитки Веру, и она, странно потрогав пальцами свои губы, откинув голову, сказала с беспомощной растерянностью: «Теперь на всю жизнь, да?» (16)Сафонов сел на скамью, долго оглядывал бульвар с томительно замирающим сердцем. (17)Ничего не осталось от прежнего, от его детства, ничего не осталось... (18)И было обидно, непонятно, будто жестоко и зло обманули его, отняли что-то у него, чего нельзя было отнимать. (19)Но где сейчас Витька Снегирёв, где Вера? (20)Витька — первая мальчишеская преданность. (21)Вера, как говорят, — первая любовь, мучительная и трогательная, с записками в школе, с мягко падающим снегом на крыльцо, с первым неумелым поцелуем, который он помнил... (22)Но его вдруг потянуло на Садовую, там, на этой окраинной улице, густо заросшей деревьями, жил в том мире детства Витька Снегирёв, а на углу, возле аптеки, в маленьком доме, — Вера. (23)Он хотел что-нибудь узнать о них: «Что с ними? Как они?» (24)Садовая улица была прежней, седые акации вперемежку с тополями, разросшиеся вдоль забора, переплелись над ней, образовали над всей улицей зелёный тёмный шалаш, и мохнатыми гусеницами валялись на тротуаре тополиные серёжки, как тогда, в детстве. (25)«Вот он, домик... Витьки Снегирёва! (26)Да, да! (27)Дом № 5». (28)Этот номер с фонарём едва виден был сквозь плотные ветви деревьев, и Павел Георгиевич даже удивлённо улыбнулся, сдвинул шляпу на затылок. (29)И, тут же почувствовав мгновенную нерешительность, поднялся на ступеньки старенького, скрипучего крыльца, нагретого солнцем; запахло сухим деревом. (30)Его встретила пожилая женщина. (31)Она не знал её. (32)«Нет, Снегирёвы здесь после войны не живут, уехали все. (33)Может, запамятовала, но вроде бы они в Свердловске. (34)Кажись, сын у них — директор завода. (35)Два года назад в отпуск приезжал. (36)А вы кто будете, гражданин? (37)Сродственник им или как?» (38)Павел Георгиевич, слушая, снял шляпу, теребил её в руках; наконец, поняв всё, досадливо пробормотал невнятные слова: «Да, дальний родственник» — и с едким чувством горечи и какого-то обмана тихо спустился с крыльца. (39)Куда идти? (40)И всё-таки он не терял ещё надежды найти кого-либо, узнать о ком-нибудь, он хорошо помнил, не выпускал из памяти островерхую крышу аптеки в дальнем конце улицы и рядом домик под тополями, где когда-то жила Вера. (41)Однако к этому дому, видневшемуся за вывеской аптеки, он подходил с такой опаской, робостью, с таким внезапно поднявшимся в нём волнением, что пришлось остановиться на углу под тополями, справиться со сбившимся дыханием. (42)Неужели он ещё любил её? (43)Не понимал, что владело им, женатым и семейным человеком, — возможно, мгновенное чувство острого сожаления, что всё получилось как-то не так, возможно, воспоминания о тех первых ощущениях мелькнувшего давным-давно счастья. (44)Он вытер пот со лба, нажал кнопку звонка. (45)И ждал, опять теребя пальцами шляпу, преодолевая неуверенность. (46)Постаревшая Верина мать (он тотчас узнал её, но она не сразу узнала его: «Боже мой, Павлуша, ты ли это? Приехал, Павлик?»), нелепо суетясь и виновато извиняясь за беспорядок в комнате, усадила его на диван и стала слишком поспешно расспрашивать и одновременно говорить, что «мы слышали, все знаем, как ты далеко пошёл», а он, едва понимая её, с нетерпением ожидая, когда она кончит задавать вопросы, спросил наконец запнувшимся голосом: — А где Вера?.. (47)Где она? — (48)Ве-ера? — она странно посмотрела на него. — (49)Вера? — повторила она тише и отвернулась, подняла руку, точно загораживая лицо. (50)Ему стало душно. — (51)Где она? — почти шёпотом повторил он. — (52)Разве ты не знаешь, Павлуша? (53)Нет Веры... (54)Нет Веры... (55)Она ведь на войне санитаркой... — (56)Не может быть, — растерянно и глухо сказал Сафонов. (57)Потом он помнил: Верина мать, провожая его, всё смотрела ему, казалось, в самые зрачки текущим задумчивым взглядом и повторяла грустно: — Как жаль, как жаль!.. (58)Вы вместе росли... (59)Сафонов ощущал себя окончательно разбитым. (60)Не без последнего упорства пошёл снова бродить по городу со слабой надеждой. (61)Но он так никого и не встретил. (62)А в десятом часу вечера, вконец усталый и будто ограбленный, он направился в сторону вокзала, вышел на 1-ю Пристанционную. (63)В этом городе никто не знал его. (64)Только Верина мать... (По Ю. В. Бондареву*) * Юрий Васильевич Бондарев (1924–2020) — советский и российский писатель, ценарист, публицист, участник Великой Отечественной войны, автор про- изведений и киносценариев о войне, взаимоотношениях между людьми, о сохранении исторической памяти. Фрагмент взят из рассказа «Простите нас».

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Павел Георгиевич возвращался из санатория и неожиданно ранним июльским утром сошёл с поезда, чтобы посетить родной город.
2) Гуляя по городу, Сафонов понимал, что не узнаёт родные сердцу места.
3) Особенно изменилась Садовая улица: на ней появились седые акации вперемежку с тополями, разросшимися вдоль забора.
4) Подойдя к дому Витьки Снегирёва, Павел Георгиевич сначала почувствовал нерешительность.
5) Постаревшая Верина мать не сразу узнала Сафонова и удивилась тому, что он ничего не знает о судьбе её дочери.

(1)Первый, кого увидел Андрей, захлопнув за собой дверь, был Игнат Морев. (2)Он стоял спиной к Андрею у окна, но по его опущенным плечам, по склонённой голове Андрей сразу же понял: не прошёл. (3)Сердце Андрея словно раздвоилось: в одной его половине ещё пела радость, неудержимая, захлёстывающая, а другая половина уж сжалась в комочек и наполнилась горечью. (4)Он подошёл к Игнату и тихонько позвал: — Бледнолицый!.. (5)Игнат обернулся. (6)Нет, это не лицо Игната! (7)Бледная маска с тусклыми глазами, в которых дрожали, как росинки, слёзы, и губы по-детски дёргались. — (8)Ну как? — Андрей спросил это, лишь бы не молчать. (9)Но Игнат вдруг рассвирепел: — Что — как? (10)Пошли вы все к чёртовой матери! (11)И ты — тоже! (12)И не трогай меня, слышишь? — (13)Игнат... — Андрей положил руку ему на плечо. — (14)Зачем ты так, Бледнолицый? — (15)Не трогай меня! — Игнат резко сбросил его руку и зло на него посмотрел. — (16)Лётчик! — добавил он с иронией. — (17)Небось, помчишься сейчас давать Лизке телеграмму: так, мол, и так, я буду лётчиком, а Игнат провалился!.. (18)Какая-то струнка дрогнула в душе Андрея, и у него так же, как у Игната, задрожали губы. (19)Он внимательно посмотрел на товарища и тихо спросил: — Ты понимаешь, что говоришь? (20)Разве я в чём-нибудь виноват? (21)Игнат оттолкнул его и быстро пошёл к выходу. (22)В скверике душно пахло акацией. — (23)Что же теперь делать? — вслух проговорил Игнат. — (24)С какими глазами возвращаться домой? (25)Он вдруг вспомнил Лизу, которая долго бежала за набиравшим скорость поездом и кричала: — Счастливо, Игнат. (26)Ни пуха, ни пера, Андр Юшка! (27)Прилетайте к нам на самолёте. (28)И вот теперь... (29)Теперь всё пошло к чёрту! (30)У него что-то плохо с нервами и... никаких голубых петлиц, никакого счастливого смеха. (31)Андрей Степной... (32)Смотрит он сейчас вон из того окна на сквер, на Игната и сочиняет в уме телеграмму Лизке. (33)Будущий лётчик... (34)Мимо прошли незнакомые парни, возбуждённо обсуждая результаты медкомиссии. (35)Один из них, с рыжей копной волос на голове, размахивая руками, говорил: — Чтоб меня убили, никогда не думал, что забракуют. (36)Я на соревнованиях занял первое место по боксу. (37)У меня лёгкие, как кузнечные мехи, чтоб меня убили. (38)И вот, пожалуйста. (39)Одна нога короче другой на сколько-то миллиметров. (40)Он сплюнул и уже спокойнее подвёл итог: — Ну и ладно! (41)У меня токарный станок — ясно солнышко. (42)А это — не фунт прованского масла. (43)Проживём! (44)Игнат невольно улыбнулся. (45)Ему сразу же понравился этот рыжий токарь. (46)«Ну, а я,— подумал Игнат, — разве плохой каменщик? (47)И Лиза даже обрадуется, пожалуй, что не надо будет надолго разлучаться... (48)А что Андр Юшка будет лётчиком, так разве это плохо? (49)И почему я на него обозлился?..» (50)Игнат вдруг почувствовал, как у него защемило под ложечкой. (51)Только теперь, немного успокоившись, он понял, как незаслуженно обидел друга. (52)И за что? (53)Игнат беспокойно заёрзал на скамейке. (54)Потом вскочил и направился было разыскивать Андрея, но тот сам появился в сквере. (55)Он шёл к Игнату медленно, лицо у него было печальное, словно не Игната, а его забраковала медкомиссия. (56)Игнат бросился навстречу товарищу. — (57)Андрей! — закричал он. – (58)Андр Юшка! (59)Дай мне свою руку! (60)Даёшь? (61)Ударь меня, Андр Юшка! (62)Не хочешь? (63)Тогда я сейчас же дам Лизке телеграмму: «Я, Игнат Морев, прохвост и неврастеник». (64)Идём на телеграф! — (65)Сядем, – сказал Андрей. (66)Они сели рядом. — (67)Я не сержусь на тебя, – проговорил Андрей. — (68)Знаю: тебе тяжело, правда? — (69)Правда, — ответил Игнат. – (70)Но я, кажется, неплохой каменщик, и не всем же надо летать, как говорит этот старый хрыч, врач-невропатолог. — (71)И засмеялся, вспомнив рыжего токаря. — (72)Золотые слова! — поддержал Андрей. — (73)Проживём и без авиации. — (74)Проживём? — Игнат вопросительно посмотрел на товарища: – Разве... — (75)Подожди, — Андрей не дал ему договорить. — (76)Ты помнишь: «Плечом к плечу...» — (77) «... храня великую силу дружбы...» —подхватил Игнат. — (78)В общем, один я не еду в лётное училище, Бледнолицый! (79)Я — за великую силу дружбы. (80)Да и охота как-то сразу пропала... (81)Игнат встал со скамьи, дважды обошёл вокруг Андрея, словно внимательно его разглядывая, потом остановился и поднёс к самому его лицу кулак. — (82)А вот это ты не видел? — строго спросил он. (83)Андрей промолчал. — (84)На этот раз твой фокус не удастся, слышишь? (85)Великая сила дружбы — это не сюсюканье друг около друга, понял? (86)Ты поедешь в училище. (87)Это тебе говорю я, Игнат Морев. — (88)Степной! — услышал Андрей громкий голос. — (89)Андрей Степной, на машину! — (90)Слышишь, тебя зовут! — (91)Да, меня зовут... — в раздумье проговорил Андрей. — (92)Ho... (93)Игнат взял его за плечи и стал выталкивать из сквера. (94)Когда они подошли к группе юношей, усаживающихся на зелёную автомашину, Игнат остановился и повернул к себе Андрея: — Ну... — (95)До свиданья, Игнашка, — тихо проговорил Андрей. (П. В. Лебеденко*) * Пётр Васильевич Лебеденко (1916–2023) — российский и советский писатель и сценарист, участник Великой Отечественной войны, автор произведений и киносценариев о войне, о взаимоотношениях между людьми, о сохранении исторической памяти. Фрагмент взят из романа «Навстречу ветрам».

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Андрей Степной и Игнат Морев проходили медкомиссию, потому что мечтали стать лётчиками.
2) Андрей решил поддержать друга и напомнил ему, что он хороший каменщик.
3) Игнат раньше занимался боксом и достиг определённых успехов, поэтому был очень удивлён тому, что его забраковала медкомиссия.
4) Немного успокоившись, Игнат понял, как незаслуженно обидел друга, и раскаялся в своём поведении.
5) Андрей рассердился на Игната, который незаслуженно обидел его.

НЕПРАВДА (1)Генка очень любил смотреть фильмы, на которые дети до шестнадцати лет не допускались. (2)Он любил читать книги, на которых не было обозначено, для какого они возраста: значит, для взрослых! (3)Мама Генки была машинисткой. (4)Работу она брала на дом. (5)Ей казалось, что, отлучись она из квартиры лишь на день, — случится что-то ужасное, произойдёт какая-нибудь непоправимая катастрофа. (6)По утрам маме некуда было спешить, но вставала она раньше всех. (7)Готовила завтрак отцу и Генке. (8)Прощаясь, отец целовал её в голову и произносил всякий раз одни и те же слова: – До свиданья, малыш мой родной! (9)А мама менялась в лице... (10)И Генке начинало казаться, что она вставала так рано лишь для того, чтобы услышать ту фразу. (11)Слово «малыш» не подходило к маме: она вовсе не была маленькой. (12)Может, она казалась такой, с высоты ста девяноста пяти сантиметров могучего отцовского роста? (13)Эти сантиметры были предметом особой Генкиной гордости. (14)Сына, мальчишку, отец именовал строго и просто — Геннадием... (15)Они вместе выходили на улицу, вместе шли до угла. (16)Это было очень приятно: мама осталась дома, а они, мужчины, деловые люди, спешат, торопятся... (17)На углу они прощались – коротко, по-мужски. — (18)Ну, иди, — говорил отец. (19)А вечером Генка с нетерпением ждал возвращения отца. (20)Ему очень хотелось открыть отцу дверь. (21)Но он знал, что ещё больше этого хочет мама. (22)И уступал ей дорогу... (23)Отец вновь целовал мать в голову и говорил почти те же слова, что и утром: «Здравствуй, малыш мой родной!» (24)Но звучали эти слова ещё ласковее, потому что отец, видно, успевал сильно соскучиться за день. (25)Генка терпеть не мог нежностей. (26)Но от слов, которые отец говорил маме, ему становилось как-то уверенно и спокойно... (27)Однажды Генка узнал, что за три квартала от их дома идёт старый фильм, о котором приятели отзывались коротко, но выразительно: «Мировой!» (28)Картину эту Генка раньше посмотреть не успел по той причине, что в дни её первого выхода на экран он ещё не родился. (29)Генка не решился бы пойти на вечерний сеанс. (30)Но знал, что отец должен вернуться поздно: у него важный и торжественный день — испытание новой машины. (31)Отец тревожился! (32)А мама места себе не находила: то садилась за машинку, то при каждом звуке шагов выбегала на лестницу. (33)И Генке хотелось пойти в кино ещё и для того, чтобы скорей пролетели часы ожидания. (34)Чтобы вернуться домой, увидеть отца и по лицу мамы (именно мамы!) понять, что всё в порядке, всё в полном порядке... (35)Генка захватил с собой долговязого семиклассника Жору, которому беспрепятственно продавали билеты на любой сеанс. (36)Жора доставал билеты всем мальчишкам во дворе, за что собирал с них немалый оброк: редкие книги и треугольные марки. (37)Но когда они добрались до кинотеатра, оказалось, что уже поздно: билеты проданы. (38)Кончился предыдущий сеанс, из кинозала выходили люди, щурясь от света. (39)Генка глядел на них с завистью. (40)И вдруг он услышал знакомый голос: — Тебе не холодно, малыш? (41)Генка повернул голову — и увидел отца. (42)Отец, пригнувшись, помогал какой-то молодой женщине («Моложе мамы...» — сразу приметил Генка) погрузиться в нарядный платок и каракулевую шубку. (43)Генка хотел шмыгнуть в сторону: ему ведь было строго запрещено ходить на вечерние сеансы. (44)Но глаза его сами собой, помимо воли поднялись, встретились с глазами отца — и Генка изумлённо отступил на шаг: он увидел, что отец сам его испугался. (45)Да, да, отец испугался! (46)Он, всегда такой сдержанный, степенный в движениях, засуетился, стал неловко вытаскивать свою руку из-под руки женщины и даже, как показалось Генке, хотел спрятаться за колонну, которая никак не могла скрыть его, потому что она была тонкая, узкая, а отец — огромный и широкоплечий. (47)И Генка помог отцу: он выскочил на улицу и побежал так, что даже длинноногий Жора не поспевал за ним. (48)Но где-то на перекрёстке Генка остановился — в его ушах звучали слова: «Тебе не холодно, малыш?» (49)Молодая женщина, которую отец закутывал в нарядный платок, была и в самом деле невысока ростом... (50)Но Генке казалось диким, что и к ней тоже могут относиться слова, которые всегда принадлежали маме, одной только маме. (51)Или настоящим «малышом» та женщина и была? (52)А как же испытание машины? (53)Значит, это неправда? (54)А может, никакой машины вовсе и нет? (55)Отец сказал неправду... (56)Генка не мог понять этого, это не умещалось в его сознании. (57)Тогда, может быть, всё неправда: и разговоры о книгах, и отцовские новости, и споры за ужином? (58)Всё, всё неправда?! (59)...Больше всего мама волновалась, когда отцу или Генке не здоровилось — тогда всякая, даже самая пустяковая болезнь казалась ей неизлечимой. — (60)Не беспокойся, мамочка... (61)Я очень устал, и всё! — как никогда ласково ответил Генка. (62)А на самом деле он просто не хотел, он не мог слышать, что сегодня скажет отец, когда мама откроет ему дверь. (По А. Г. Алексину*) *Анатолий Георгиевич Алексин (1924–2017) — советский и российский писатель, прозаик, драматург, сценарист. Лауреат международных премий, Государственных премий СССР и России. Широко известен как детский писатель. Повести: «Мой брат играет на кларнете», «Поздний ребёнок», «Сигнальщики и горнисты» и др.*

Какие из высказываний не соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Отец называл сына полным именем — Геннадий, потому что тот учился уже в десятом классе.
2) Генка не любил нежностей, но ласковое обращение отца к матери ему очень нравилось.
3) Отец должен был вернуться домой поздно, поэтому мама разрешила Генке пойти в кино на вечерний сеанс.
4) Отец, неожиданно увидев Генку в кинотеатре, испугался и выскочил на улицу.
5) Ложь отца не умещалась в сознании сына, поэтому он не захотел услышать, что скажет отец маме, когда вернётся домой.

ОБ ОТСВЕТАХ ТОЙ ВОЙНЫ (1)Мои деды убиты. (2)Один пропал без вести в бою, другой лежит в братской могиле. (3)В семейном альбоме — фотографии, где ещё живы они, оба офицеры, где бабушки: одна в деревне, другая на линии фронта. (4)Однажды я показал бабушке, ей было под девяносто, историческую книжку с Гитлером среди прочих. (5)Она судорожно её схватила и жёлтым ногтем стала страстно корябать по фотографии, отлирая бумажные клочки: «Убивец, будь проклят. (6)Мужа моего убил». (7)Анна Алексеевна была простая, деревенская. (8)Одна подняла троих детей. (9)У неё погибли четверо братьев. (10)У её убитого мужа, Ивана Ивановича, моего деда, погибли четверо братьев. (11)Война впечатана в души огненным оттиском. (12)Это то, что передаётся сигналами в поколениях, эхом аукает во сне, вплетается в кровь. (13)Все истории русских сражений — с монголами, поляками, французами, немцами — история одного чуда. (14)Вся жизнь народа как чудо. (15)В ежедневном героизме, в убеждённости, что победим, в отказе отступать, в отчаянной партизанщине было главное, без чего не понять войну. (16)Главное — инстинкт самосохранения. (17)Не человека, а общности. (18)Через страшное самоотречение. (19)Мечта о жертвенности была даже в детях. (20)И сколько среди них оказалось героев! (21)«Знали, что победим, — говорят одно и то же прошедшие войну. — (22)Москву сдать? (23)В это и не верили!» (24)Такова вера человека, страшно заболевшего, но, пока жив, не готового допустить всерьёз мысль о смерти. (25)Люди ощутили драконье дыхание. (26)Четыре года длилась война против войны. (27)Германия была воплощением самой войны, слепой грохочущей стихией. (28)Победа стала укрощением стихии. (29)И всё же, сколь бы ни было ярким сопереживание прошлому, то время отделено прозрачной непробиваемой стеной, за которой идут редеющей процессией ветераны. (30)Особые, иные, с прямыми спинами. (31)Приглядимся: в большинстве они всю жизнь несут опыт войны как обязанность быть чище и строже остальных. (32)Ты с трепетом смотришь на них и думаешь: когда-то они все умрут до единого, и ни одного не останется больше. (33)Ветераны неохотно рассказывают о войне. (34)Это как водится: всё истинно важное сопровождается умолчанием, тишиной благоговения, отрывистым намёком, иногда шуткой. (35)В детстве я с любопытством пытался расспросить каждого ветерана — знакомого семьи, соседа, встречного на улице, – а что там было. (36)Ветеран уклонялся от ответа или дарил выпуклую деталь. — (37)Я кричал «ура!» – и видишь, пуля навылет... (38)«Ура» меня спасло вроде как, — застенчиво засмеялся старик. (39)Обе его щеки были в рытвинах от пули, пролетевшей в момент крика. (40)Посмеявшись, он больше ничего не рассказал. (41)Будто боялся нарушить какой-то уговор. (42)Вспоминаю ещё одного ветерана, которого как-то на даче мы встретили с моим тогда совсем маленьким сыном. (43)Сухой, с палкой, он передвигался по завалам тёплого снега необыкновенно ловко. (44)На вопрос о войне показал на себя: на бедро, которое зацепил осколок, и на живот, куда спустя полтора года попала пуля... — (45)А Суворов за вас? — выкрикнул мой сын Ваня, приблизившись. — (46)Конечно, — отчеканил старик, подчеркнув букву «ч». (47)Та война была вспоминанием родства, возвращением — через кровь и пожар — почвы, и судьбы, и исторической преемственности. (48)Вернуло себе полнозвучный трагический вес слово «Отечество», вернулись имена великих полководцев. (49)Теперь-то мой сын Ваня в курсе, что Суворова не было под Сталинградом. (50)Зато у них в третьем классе симпатичная ему девочка Даша думала, будто Жуков, Кутузов и Минин воевали заодно — «они же в народном ополчении». (51)Ваня её увлечённо разубеждал, а может, и зря... (52)В каком-то смысле она была права. (53)«Война народная» — это всё про одну и ту же землю, которая продолжает дышать, пускай покрывают её люди разных эпох... (54)Принято ужасаться безграмотности новых поколений. (55)Но историческая память стирается, да и детали истории; элементарные и сложнейшие, выяснить можно. (56)Лишь бы живое дыхание длилось. ... (57)А деду моему Ивану Шаргунову пуля попала прямо в сердце. (58)По воспоминанию выжившего однополчанина, он шёл в атаку, прикрепив на груди, поверх шинели, фотографию маленького сына, моего отца. (59)Пуля пробила фотографию. (60)Отец мой в это время играл в избе, на полу. (61)И вдруг зарыдал, закричал: «Папку убили! (62)Папку убили!» (63)Его била мать, а он кричал: «Я же не виноват, что папку убили...» (64)Он потом стал священником, мой папа. (65)Каждую семью перепахала война. (66)Без преувеличений — каждую. (67)И память о ней неистребима. (С.А. Шаргунов*) *Сергей Александрович Шаргунов (род. в 1980 г.) — российский писатель, журналист, общественный деятель, радио- и телеведущий, главный редактор журнала «Юность».

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Оба деда автора текста погибли в ходе Великой Отечественной войны и лежат в братской могиле.
2) Прошедшие войну говорят о том, что всегда были уверены в победе.
3) По словам автора, ветераны охотно рассказывают о войне.
4) Иван Шаргунов шёл в атаку, прикрепив на груди, поверх шинели, фотографию маленького сына.
5) Каждую семью в России затронула война, поэтому память о ней неистребима в народе.

РАДОСТИ НАДЕЖДЫ (1)Ветер странствий гулял по шумному автовокзалу. (2)Люди спешили, входили и выходили, наскоро пили кофе, покупали снедь в буфете. (3)В углу буфета таинственно светилась ёлочка, и буфетчица, молодая, весёлая, в золотом парике из новогоднего дождика, задорно улыбалась посетителям. (4)Надежда купила чай, полюбовалась ёлочкой, оживлёнными лицами людей вокруг, смешной буфетчицей с золотыми волосами. (5)На душе было мирно и спокойно. — (6)Что вы вместо кофе бурду какую-то наливаете! (7)Резкий ворчливый голос совсем не подходил к ярким огонькам, любовно украшенной ёлочке и радостной атмосфере новогоднего буфета. (8)Надежда обернулась: за соседним столиком сердился седой мужчина, внушительный, одетый дорого и солидно. (9)Буфетчица перестала улыбаться, стянула с головы золотой дождик, стала обслуживать покупателей без новогодних поздравлений. (10)Надежда физически почувствовала, как в праздничный мирок буфета впулись волны раздражения, стали расходиться кругами... (11)В автобусе Надежда достала из сумки пакет с фруктами, устроилась у окна поудобнее. — (12)Пять часов в этой развалюхе трястись! (13)Сумку уберите из-под ног, как я садиться должен?! (14)На сиденье рядом опускался тот самый седой мужчина. (15)Надежда задвинула сумку под ноги, улыбнулась попутчику, протянула пакет: «Угощайтесь!». (16)Мужчина посмотрел на пакет, помотал головой, отказываясь от угощения, помолчал, а потом уже совсем другим голосом сказал: — Неудобно вам с сумкой под ногами сидеть. (17)Давайте наверх её закину. — (18)Я вам очень благодарна. (19)Может, всё-таки яблочко? (20)И попутчик взял яблоко, надкусил и наконец тоже улыбнулся. — (21)Извините за ворчание. (22)Я на самом деле не злой. (23)Разрешите представиться: Николай Иванович. — (24)Почти тёзки: Надежда Ивановна. (25)А почему вы ворчливый? — (26)Жизнь прожил долгую, тяжёлую... (27)Помирать скоро, а радостей никаких в жизни не было. (28)Мы с вами почти ровесники, поэтому вы меня должны понять: что мы видели в жизни, какие радости?! (29)Военное голодное детство, да и потом ничего хорошего не было. — (30)Как это не было?! (31)В моей жизни радостей случилось много, в детстве например. (32)Мы жили в маленьком селе. (33)И мы с сестрой всегда собирали бурьян, чтобы топить печь. (34)Я ходила босиком. (35)Когда мне подарили старые кирзовые сапоги, это была большая радость. (36)Ничего, что целый только правый, а левый на три пальца дырявый, зато у меня теперь были свои сапоги! (37)Мама набила дырявый сапог сеном, и я ходила важная... (38)Знаете, когда мне, уже взрослой женщине, муж подарил шубу, я так ей не радовалась, как своим дырявым сапогам! (39)А вы говорите: какие радости... — (40)Пожалуйста, рассказывайте дальше. (41)Я в таком унынии пребывал, а рядом с вами уныние отходит потихоньку... — (42)А ещё у меня в детстве был столбняк, поднялась температура, меня стало всю выгибать судорогами. (43)Врач быстро осмотрела, мрачно объявила, что у меня столбняк, но лечить его нечем. (44)А медсестра поздно вечером тайком от врача принесла дефицитную противостолбнячную сыворотку, потом приходила, ставила мне какие-то уколы. (45)Медсестру нашу недолюбливали все. (46)Она была блокадницей, эвакуированной из Ленинграда. (47)Всегда печальная, всегда молчала, ни с кем почти не разговаривала. (48)Она и меня лечила молча. (49)И только в последний раз, когда я уже пошла на поправку, заговорила с нами и сказала маме: «Ваша Надя будет жить. (50)Моя дочка Светочка умерла от голода. (51)Свет моей души угас... (52)Я не могла допустить, чтобы ваша дочка тоже умерла. (53)Я не могла допустить, чтобы умерла Надежда, ваша надежда. (54)Живи, Наденька! (55)За себя. За Светочку!» (56)И я вот живу. (57)Две жизни. (58)Разве это не счастье! (59)А вы говорите: какие там радости?! (60)Николай Иванович смахнул слёзы тыльной стороной широкой мужской ладони и сказал медленно: «Вы знаете, а у меня ведь тоже в жизни случалось много радостей. (61)Как я мог забыть о них?! (62)Я ведь раньше совсем не такой был! (63)Я был очень добрый, весёлый! (64)Пока жена была жива, я часто песни пел...» (65)Надежда легонько погладила попутчика по руке своей маленькой ладошкой: «Я знаю. (66)Вам просто очень одиноко. (67)Не унывайте, не нужно... (68)Вы ведь едете в гости?» (69)Николай Иванович оживился: «К дочери и внуку. (70)Они — моё утешение. (71)Спасибо вам, Надежда. (72)За вашу доброту. (73)За ваш рассказ о радостях Надежды». (74)И они улыбнулись друг другу. (75)И достали из пакета по жёлто-солнечному мандарину. (76)А снег за окнами автобуса всё шёл и шёл, и чёрная дорога, и темнеющие деревья становились белоснежными и первозданно-чистыми. (О. Л. Рожнёва*) *Ольга Леонидовна Рожнёва — российский филолог, переводчик, писатель. Автор художественных и публицистических произведений, несущих добро и радость, призывающих к вере, надежде и любви.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) В углу привокзального буфета таинственно светилась новогодняя ёлочка, и немолодая буфетчица в золотом парике улыбалась посетителям.
2) Надежда любовалась ёлочкой, но вдруг услышала резкий ворчливый голос, который совсем не подходит к ярким огонькам и радостной атмосфере, царящей вокруг.
3) Обладатель ворчливого голоса Николай Иванович оказался попутчиком Надежды.
4) В пути Надежда поделилась с Николаем Ивановичем историями из своей жизни, теми радостями, которые позволяют ей ощущать себя счастливым человеком.
5) Николай Иванович поблагодарил Надежду за приятную беседу.

(1)Мою деревню зовут Скачки. (2)Там у меня дом, в котором последний раз я лет сорок назад бывал... (3)Пока бабушка была жива. (4)В январе задумал в Скачки съездить и посмотреть, что там и как, да и не снесли ли бабушкин домик вообще. (5)Дорогу помнил приблизительно. (6)Естественно, заблудился. (7)Увидев впереди какое-то поселение, решил спросить дорогу. (8)Остановился за хлипким на вид забором из штакетника, пройдя во двор, постучался в дверь из толстых досок. (9)Через минуту появилась бабуля лет семидесяти: «Хто здесь?» (10)«Вы извините меня, пожалуйста, — говорю, пританцовывая от морозца, — я, наверное, заблудился». (11)«Быват... — вздохнула бабушка и распахнула дверь, — заходи тады, погреешься немного». (12)В доме было так душевно натоплено, что тепло буквально само впитывалось каждой порой замёрзшего тела. (13)«Проходи, проходи, не топчись, мил человек, гостем будешь!» — бабушка поставила на стол передо мной огромный бокал с дымящимся чаем, от которого исходил аромат ромашки и зверобоя. (14)Посидели, поговорили. (15)Стал я собираться в дорогу. — (16)Спасибо вам за такой приём хороший. (17)У меня бабушки-то уже давно нет, и благодаря вам я снова как в детство вернулся. — (18)А ты почаще приезжай. (19)Ведь одна-одинёшенька я осталась на всём белом свете. (20)Слезу смахнула и посмотрела так внимательно, с надеждой. — (21)Приедешь? — (22)Обязательно, баб Нюр, теперь обязательно ещё приеду... (23)Сел за руль, и на сердце отчего-то так легко стало, словно близкого человека встретил. (24)Живые они здесь все какие-то, городом и придуманными обстоятельствами не замороженные. (25)Родные, что ли. (26)Из-за этого душа, как показалось, оттаяла. (27)Бабушкин дом я узнал сразу. (28)Только в этот раз выглядел он одиноким. (29)Забытым и брошенным. (30)Зашёл внутрь, в глаза фотография маминого старшего брата — дяди Феди — бросилась: дядя ведь у нас вначале пропавшим без вести числился, а к концу войны — погибшим. (31)Домой он вернулся в 1947 году. (32)День его возвращения, миллион раз бабушкой пересказанный, буквально перед глазами стоит. (33)Как будто сам тогда где-то рядом был... (34)Утренний августовский воздух напитывал удивительной лёгкостью, беззаботностью и счастьем. (35)Счастьем от возвращения. (36)Фёдор не был дома шесть лет. (37)И теперь шёл к мамке, батьке, братишке и двум сестрёнкам. (38)Они думают, что погиб. (39)Вот радости будет! (40)На фоне восходящего солнца Фёдор разглядывал пыль дымкой. (41)Едет кто-то. (42)Минут через пять лошадку с телегой, на которой мужик головой кивает в дрёме, увидел. (43)«Доброе здоровьица, мил человек!» — метров за десять крикнул Фёдор. (44)Мужик остановился, посмотрел с прищуром: «И тебе не хворать, (45)Чей будешь-то?» (46)— Весенин я. (47)Фёдор... — (48)Во дела-а, Федька? (49)Ты, что ли? — (50)Дядь Саш, ты ли? — (51)Ах ты ж, бес! (52)Живой!!! (53)Тебя же, считай, как три годочка похоронили... (54)Вот Нюрке, матери твоей, счастья будет! (55)Батька-то через неделю после того, как извещение о том, что ты без вести пропал, на фронт за тобой поехал, искать вздумал. (56)Месяц отвоевал и подорвался... (57)Нюрка-то после этого, думали, не оклемается. — (58)А братья — Лёнька с Колькой — и сёстрёнки мои как? — (59)Живые, что с ними будет? — (60)Дядь Саш, ты езжай, мамку подготовь, что ли... (61)Дядя Саша ногами, как циркач-лошадник, на телегу встал, вожжами хлопнул и закричал, как кавалерист: «А ну давай! (62)Гони, мила-я-я!» (63)и понёсся, только пыль из-под копыт лошадки. (64)И уже издалека донеслось: «Просыпайся, деревня! (65)Герой возвращается!» (66)А разбуженная деревня шебуршит уже, как муравейник, в домах занавески раздёрнуты, лица к стеклу прилипшие. (67)А кто-то и во двор выбежал, глазеют. (68)И тут Фёдор мать увидел... (69)Стоит, как осинка одинокая, только волосы распущенные по ветру волнами стелются. (70)Не удержался, крикнул: «Мама! (71)Мамочка!!! (72)Вернулся я...» (74)И зашевелилось всё, картинка с места тронулась. (74)Первой навстречу сестра Раиса рванулась. (75)Подбежала быстрее ветра, на грудь бросилась. (76)А от волос сестриных и молоком, и хлебом — домом пахнет. (77)И Манька с Колькой тоже подбежали, окружили в объятиях. (78)Лёнька подошёл степенно — совсем взрослый стал — руку по-мужски, крепко, пожал, а сам своих слёз стесняется, глаза прячет: «Вернулся, брат. (79)Только мама и верила, что вернёшься». (80)Мама... (81)В шаге от неё Фёдор остановился, у самого глаза пеленой затянуты... (82)И тут ладони её на своих щеках почувствовал, опарой пахнут, мягкие, добрые. (83)Ласковые. (84)Мамулечка... (86)И упал перед ней на колени, ноги обнял, и все за годы накопленные рыдания из души на волю вырвались, никак остановиться не может. (86)Мама ладонь на голову положила и гладит: «Ну всё, Феденька, дома уже. (87)Пришёл. (88)Живой». (89)Откуда только силы в ней, столько, воли, чтобы держаться... (90)Нагнулась, за руки потянула: «Заждались мы тебя. (91)Пойдём домой, сыночек». (92)С этими мыслями я полчаса спустя спать улёгся. (93)Проснувшись утром, первым делом к соседям отправился. (94)К своему удивлению, в двух домах тех, кто меня ещё совсем мальцом помнит, нашёл! (95)Слёз-то сколько было! (96)Вернулся, говорят, наконец, мол, ждали. (97)После поездки в Скачки в меня словно новое дыхание жизни вошло. (98)Я будто бы на мир иначе смотреть начал, с гораздо большей любовью. (99)Думается, что у каждого из нас та самая малая Родина есть, которая наверняка кем-то забыта или недооценена. (100)А ведь именно там находится всё наше самое сокровенное, там наши корни, истоки судьбы, сформировавшие фундамент дальнейшей жизни... (И. В. Галилеев*) *Игорь Владимирович Галилеев (род. в 1972 г.) — российский писатель, журналист. Его произведения публиковались в журналах «Нева», «Четверговая соль», «Сура», «Север» и других. Текст взят из сборника новелл «Простые истории».

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Отправившись в деревню Скачки, чтобы посмотреть оставшийся ему от бабушки дом, рассказчик решил по дороге навестить бабу Нюру, соседку бабушки.
2) Баба Нюра угостила его чаем из ромашки и зверобоя и попросила почаще приезжать.
3) В бабушкином доме рассказчику бросилась в глаза фотография маминого старшего брата — дяди Феди, который в начале Великой Отечественной войны считался пропавшим без вести, а к концу войны — погибшим.
4) Глядя на старую фотографию, рассказчик вспоминает историю, как числившийся погибшим дядя вернулся в родную деревню в 1945 году.
5) Поездка в Скачки изменила взгляд рассказчика на мир.