Открытый банк заданий ЕГЭ

(1)Федя учился в новой школе. (2)Его старый дом пошёл на слом, а там, во дворе, осталась его голубятня. (3)Что-то замкнулось в Фёдоре. (4)Пусто было в голове. (5)На уроках, когда его поднимали, он вставал, растерянный, не знающий, что сказать, и ребята уже начали похихикивать над ним, тут же придумав кличку Угрюм Бурчеев. (6)Но Фёдор, казалось, и этого не слышал. (7)Тело его как будто потеряло способность ощущать, а душа – чувствовать. (8)После уроков он садился в автобус и ехал в старый район. (9)В один из таких приездов экскаваторщик, грузивший щебень в самосвал, крикнул Фёдору: – Эй, парень! (10)Убирай свою голубятню! (11)Завтра будем рыть котлован. (12)Фёдор онемело смотрел на развалины деревянного дома. (13)Вот и всё. (14)Даже голубей не будет. (15)Он стал выпускать приручённых птиц, но не так, как всегда: брал каждого голубя, гладил по головке и бросал кверху. (16)Птицы хлопали крыльями, рвались вылететь стаей, как им было привычно, но он пускал их поодиночке, прощаясь с каждым. (17)Птицы носились в прозрачном осеннем небе, а Фёдор медленно и деловито собирал стружку. (18)Она просохла за ясные и сухие дни, кололась, шуршала в руках, издавая мягкий запах дерева. (19)Стало темнеть, а в темноте голуби сами возвращаются к голубятне, но в этот раз не должны вернуться. (20)Фёдор поднялся наверх, оглядел старый посёлок. (21)Его уже не было. (22)Несколько бараков кособочились по краям огромной чёрной площади. (23)Там, где жили люди. (24)Где была пыльная дорога. (25)Только голубятня осталась. (26)Мальчик захлопнул крышку голубятни, медленно чиркнул спичкой, поднёс её к куче стружки и спустился с голубятни. (27)Пламя рванулось вверх метровым языком, сразу затрещали перегородки и сухие брёвна. (28)Фёдор поднял голову: голуби носились как ни в чём не бывало. (29)Он повернулся и побежал. (30)Народу на остановке было немного, но он полез без очереди, не видя никого. (31)Стоя на задней площадке и прижавшись лбом к стеклу, он старался смотреть на серый и спокойный асфальт. (32)Но не удержался. (33)Помимо его воли, глаза посмотрели в небо. (34)Голуби кружились, не подозревая беды. (35)И Фёдор не выдержал – бросился к двери, стал колотить как сумасшедший. – (36)Водитель, – закричал кто-то, – остановись, мальчик остановку пропустил! (37)Троллейбус послушно притормозил, дверь с шипением распахнулась, Фёдор выпрыгнул, зацепившись ногой за порожек, грохнулся на дорогу и ударился коленом. (38)Острая боль пронзила его, и он словно очнулся. (39)Голуби! (40)Разве их можно бросать? (41)Разве он имел такое право? (42)Кто-то там сказал, какой-то мудрец: мы отвечаем за тех, кого приручили. (43)Он отвечает за голубей. (44)Фёдор подбежал к голубятне, объятой высоким пламенем. (45)Повисли плотные сумерки, и во мраке, возле пляшущих языков огня, метались молчаливыми тенями обезумевшие голуби. (46)Фёдор молча поднял руки. (47)Его фигура отбрасывала на землю огромную тень, он заметил её, обернувшись, и сила влилась в него – он показался себе большим и сильным. (48)Голуби узнали его, затрепетали над головой, садились ему на плечи, он брал их, воркующих, встревоженных, и прятал под куртку, за пазуху. (По А.А. Лиханову*) * Лиханов Альберт Анатольевич (род. в 1935 г.) – писатель, журналист, председатель Российского детского фонда. Особое внимание в своих произведениях писатель уделяет роли семьи и школы в воспитании ребёнка, в формировании его характера.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Фёдор не бросил голубей, потому что считал, что он отвечает за них.
2) Голуби испугались огня и разлетелись в разные стороны.
3) Троллейбус затормозил только на следующей остановке.
4) Федя, выпрыгивая из троллейбуса, сильно ударился ногой.
5) Народу на остановке было очень много, но Федя полез без очереди.

(1)Никто, как мать, не умеет так глубоко скрывать свои страдания и муки. (2)И никто, как дети, не умеет так хладнокровно не замечать того, что происходит с матерью. (3)Она не жалуется, значит, ей хорошо. (4)Я никогда не видел слёз своей матери. (5)Ни разу в моём присутствии её глаза не увлажнялись, ни разу она не пожаловалась мне на жизнь, на боль. (6)Я не знал, что это было милосердием, которое она оказывала мне. (7)В детстве мы легко принимаем от матери жертвы, всё время требуем жертв. (8)А то, что это жестоко, узнаём позже – от своих детей. (9)«Золотые дни» не вечны, на смену им приходят «суровые дни», когда мы начинаем чувствовать себя самостоятельными и постепенно удаляемся от мамы. (10)И вот уже нет прекрасной дамы и маленького рыцаря, а если он и есть, то у него другая прекрасная дама – с косичками, с капризно надутыми губами, с кляксой на платье... (11)В один из «суровых дней» я пришёл из школы голодный и усталый. (12)Швырнул портфель. (13)Разделся. (14)И сразу за стол. (15)На тарелке лежал розовый кружок колбасы. (16)Я съел его мгновенно. (17)Он растаял во рту. (18)Его как бы и не было. (19)Я сказал: – Мало. (20)Хочу ещё. – (21)Мама промолчала. (22)Я повторил свою просьбу. (23)Она подошла к окну. (24)Потом, не оглядываясь, тихо сказала: – Больше нет... колбасы. (25)Я встал из-за стола. (26)Я даже не сказал «спасибо». (27)Мало! (28)Я шумно ходил по комнате, грохотал стульями, а мама всё стояла у окна. (29)Я подумал, что она, наверное, разглядывает что-то, и тоже подошёл к окну. (30)Но ничего не увидел. (31)Я хлопнул дверью – мало! – и ушёл. (32)Нет ничего более жестокого, чем просить у матери хлеба, когда его у неё нет. (33)И негде взять. (34)И она уже отдала тебе свой кусок... (35)Тогда можно рассердиться и хлопнуть дверью. (36)Но пройдут годы, и стыд настигнет тебя. (37)И тебе станет мучительно больно от своей жестокой несправедливости. (38)Ты будешь думать о дне своего позора даже после смерти матери, и эта мысль, как незаживающая рана, будет то затихать, то пробуждаться. (39)Ты будешь находиться под её тяжёлой властью и, оглядываясь, скажешь: «Прости!» (40)Нет ответа. (41)Некому прошептать милосердное слово «прощаю». (42)Когда мама стояла у окна, её плечи слегка вздрагивали от беззвучных слёз. (43)Но я этого не заметил. (44)Я не заметил грязных своих апрельских следов на полу, не расслышал хлопнувшей двери. (45)Теперь я всё вижу и слышу. (46)Время всё отдаляет, но оно приблизило ко мне и этот день, и многие другие дни. (47)Во мне накопилось много слов. (48)Они распирают мне грудь, стучат в висок. (49)Они рвутся наружу, на свет, на бумагу. (50)Прости меня, родная! (По Ю.Я. Яковлеву*) * Яковлев Юрий Яковлевич (1923–1996) – советский писатель и сценарист, автор книг для подростков и юношества, сценариев игровых и анимационных фильмов.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Нет ничего более жестокого, чем просить у матери хлеба, когда его нет.
2) Рассказчик не стал есть кусок колбасы, оставив его матери.
3) Мать отругала героя текста за то, что он просил колбасы.
4) Мать беззвучно плакала, плечи её вздрагивали.
5) Всегда найдётся тот, кому можно прошептать милосердное слово «прощаю».

(1)Я проснулся серым утром. (2)Комната была залита ровным жёлтым светом, будто от керосиновой лампы. (3)Свет шёл снизу, из окна, и ярче всего освещал бревенчатый потолок. (4)Странный свет – неяркий и неподвижный – был не похож на солнечный. (5)Это светили осенние листья. (6)За ветреную и долгую ночь сад сбросил сухую листву, она лежала шумными грудами на земле и распространяла тусклое сияние. (7)От этого сияния лица людей казались загорелыми, а страницы книг на столе как будто покрылись слоем воска. (8)Так началась осень. (9)Для меня она пришла сразу в это утро. (10)До тех пор я её почти не замечал: в саду ещё не было запаха прелой листвы, вода в озёрах не зеленела, и жгучий иней ещё не лежал по утрам на дощатой крыше. (11)Осень пришла внезапно. (12)Так приходит ощущение счастья от самых незаметных вещей – от далёкого пароходного гудка на Оке или от случайной улыбки. (13)Осень пришла врасплох и завладела землей – садами и реками, лесами и воздухом, полями и птицами. (14)Всё сразу стало осенним. (15)В саду суетились синицы. (16)Крик их был похож на звон разбитого стекла. (17)Они висели вниз головами на ветках и заглядывали в окно из-под листьев клёна. (18)Каждое утро в саду, как на острове, собирались перелётные птицы. (19)Под свист, клёкот и карканье в ветвях поднималась суматоха. (20)Только днём в саду было тихо: беспокойные птицы улетали на юг. (21)Начался листопад. (22)Листья падали дни и ночи. (23)Они то косо летели по ветру, то отвесно ложились в сырую траву. (24)Леса моросили дождём облетавшей листвы. (25)Этот дождь шёл неделями. (26)Только к концу сентября перелески обнажились, и сквозь чащу деревьев стала видна синяя даль сжатых полей. (27)Тогда же старик Прохор, рыболов и корзинщик (в Солотче почти все старики делаются с возрастом корзинщиками), рассказал мне сказку об осени. (28)До тех пор я эту историю никогда не слышал, – должно быть, Прохор её выдумал сам. (29)– Ты гляди кругом, – говорил мне Прохор, ковыряя шилом лапоть, – ты присматривайся, милый человек, чем каждая птица или, скажем, иная какая живность дышит. (30)Гляди, объясняй. (31)А то скажут: зря учился. (32)К примеру, лист осенью слетает, а людям невдомёк, что человек в этом деле – главный ответчик. (33)Человек, скажем, выдумал порох. (34)Враг его разорви вместе с тем порохом! (35)Сам я тоже порохом баловался. (36)В давние времена сковали деревенские кузнецы первое ружьишко, набили порохом, и попало то ружьишко дураку. (37)Шёл дурак лесом и увидел, как иволги летят под небесами, летят жёлтые весёлые птицы и пересвистываются, зазывают гостей. (38)Дурак ударил по ним из обоих стволов – и полетел золотой пух на землю, упал на леса, и леса посохли, пожухли и в одночасье опали. (39)А иные листья, куда попала птичья кровь, покраснели и тоже осыпались. (40)Небось видел в лесу – есть лист жёлтый и есть лист красный. (41)До того времени вся птица зимовала у нас. (42)Даже журавль и тот никуда не подавался. (43)А леса и лето и зиму стояли в листьях, цветах и грибах. (44)И снега на было. (45)Не было зимы, говорю. (46)Не было! (47)Да на кой она ляд сдалась нам, зимa, скажи на милость?! (48)Какой с неё интерес? (49)Убил дурак первую птицу – и загрустила земля. (50)Начались с той поры листопады, и мокрая осень, и листобойные ветры, и зимы. (51)И птица испугалась, от нас отлетает, обиделась на человека. (52)Так-то, милый, выходит, что мы себе навредили, и надобно нам ничего не портить, а крепко беречь. (53)– Что беречь? (54)– Ну, скажем, птицу разную. (55)Или лес. (56)Или воду, чтобы прозрачность в ней была. (57)Всё, брат, береги, а то будешь землёй швыряться и дошвыряешься до погибели. (К.Г. Паустовский) Константи́н Гео́ргиевич Паусто́ вский (1892-1968) – русский писатель, сценарист и педагог, журналист, военный корреспондент, переводчик.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) По словам Прохора, необходимо беречь всё живое, иначе можно довести до погибели.
2) Крик синиц был похож на звон разбитого стекла.
3) Прохор в своей жизни никогда не баловался порохом.
4) Рассказчик и раньше слышал сказку, рассказанную ему Прохором.
5) Рассказчик проснулся ранним утром, его разбудило свечение из камина.

(1)Справа от нас было Пулково, позади Ленинград, впереди занесённые поля до самого Пушкина. (2)Немецкие окопы сходились с нашими местами совсем близко, метров на семьдесят. (3)Мы слышали немецкую речь. (4)Они – нашу. (5)Они заводили патефон и играли нам русские песни, играли «У самовара я и моя Маша». (6)И звали переходить, сдаваться. (7)Ленинградская блокада сказывалась и на фронте. (8)Голод нарастал. (9)Дистрофия наносила ощутимые потери, увозили в госпиталь опухших, ослабевших. (10)Батальон наш занимал большой участок обороны, километров пять. (11)А во взводах временами оставалось по восемь, десять человек. (12)Поэтому мы все видели, знали нашего комбата и общались с ним. (13)Его звали Павел Сильвестрович Литвинов. (14)Батальон был отдельный, и командир наш был тоже как бы отдельный. (15)Ни у кого из соседей не было такого командира. (16)Высокий, стройный, красивый, он, хотя имел звание всего лейтенантское, выделялся выправкой кадрового военного. (17)Не лейтенантской бравостью, а той подтянутостью, что вошла в плоть и сказывается не в щелканье каблуков, а в чёткости всего поведения. (18)Тем более что каблуков не было, были валенки, была лютая зима 42-го года, от морозов пулеметы отказывали, часовых приходилось менять через каждые два часа. (19)Литвинов уже успел принять участие в финской кампании, получил орден Красного Знамени, ранение, побывал в окружении – словом, изведал весь набор военного лиха. (20)Сквозила в нём некоторая насмешливость, снисходительная, парящая над нашими страхами, над отчаянием перед нехваткой снарядов, бойцов, оружия.(21)Никто не видел его растерянным или выведенным из себя. (22)В бою, в наступлении и когда немцы прорвали нашу оборону и подошли к КП, он был одинаков, сохранял невозмутимо ровное, вежливое обращение. (23)Действовало это удивительно успокаивающе. (24)Ходы сообщения у нас были не всюду, по ровной местности куда-нибудь в боевое охранение нужно было ползти и ползти. (25)После этого он появлялся у нас в окопах в полном блеске, никакая грязь почему-то не приставала к нему, к его белому полушубку, к его подворотничку. (26)Нам стоило великого труда оттирать снегом, хотя бы с лица, едкую копоть, он же всегда был выбрит, свеж, умыт. (27)Землянки наши освещались чадно-желтым светом горящего провода. (28)Печки дымили, топить их можно было только ночью, спали мы не раздеваясь – не буду перечислять пакости окопного быта, я о них лишь затем, чтобы понять то подбадривающее чувство, которое вызывало у нас появление комбата. (29)Мы все были влюблены в него, и дело было не только, разумеется, во внешнем его командирском виде. (30)Постепенно, случай за случаем, мы убеждались в незаурядном его воинском таланте. (31)По тому, как точно он умел выбирать позицию пулеметчикам, артиллеристам. (32)По особому чутью, с каким предупреждал вылазки противника, ведь в конце концов на огромном участке обороны, когда в ротах оставалось по пятьдесят, а к лету и по тридцать человек, приходилось чуть ли не маневрировать. (33)Комбат заставлял нас, невзирая на физическую слабость, копать и копать траншеи. (34)Мы оценили это позже, когда начались проклятые белые ночи и тьма не могла укрыть подносчиков патронов, старшин, связистов… (35)Без ходов сообщений потери у нас были бы ужасны. (36)И без того не хватало орудийных и пулеметных расчётов. (37)Тем не менее лейтенант пробовал даже наступать. (38)Время от времени он проводил небольшие операции, чтобы улучшить наши позиции. (39)Для нас эти операции были большими памятными сражениями. (40)Он хитро выстраивал всю нашу оборону на перекрёстном огне станковых пулеметов. (41)Он был прирождённый полководец. (42)Не могу сказать, чтобы он отличался отчаянной смелостью: он пригибался в мелком окопе, падал, вжимаясь в землю, при минном обстреле, никогда не бравировал, осторожничал, и подозреваю, что делал это подчёркнуто, чтобы нас научить тому же. (43)Кстати говоря, он был неуязвим. (44)В какие только переделки ни попадал, под какой огонь – казалось, всё огибало его. (45)Более всего его заботила сохранность солдата, жизнь солдатская. (46)Как он учил нас ползать, маскироваться, – он терпеть не мог военачальников, которые старались воевать «любой ценой». (47)Боюсь, что это немало мешало быстро продвигаться наверх. (48)Зато как много значили его качества для каждого из нас! (49)Он помог нам в самое тяжёлое время восстановить веру в наших командиров и военачальников. (50)После войны я разыскал его. (51)Он вышел в отставку полковником. (52)Приобрёл себе полдомика на берегу Чудского озера, в тех местах, которые он освобождал на пути в Эстонию. (53)Там он работал на земле всю весну и лето. (54)Зимой в Ленинграде, в день Красной Армии, он приглашал к себе бывших своих бойцов, офицеров. (55)Это святой для нас день. (56)В этот день он по- прежнему наш командир, мы по-прежнему его подчиненные. (Д. Гранин) Дании́ л Алекса́ндрович Гра́нин – советский и российский писатель, киносценарист, общественный деятель.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Немцы играли русские песни, чтобы русские переходили на их сторону и сдавались в плен.
2) Литвинов всегда был чисто выбрит, свеж и умыт, несмотря на суровые условия фронтовой жизни.
3) Литвинов был прирождённый полководец.
4) Землянки были прекрасно освещены, воды бойцам приводили достаточно, чтобы содержать себя в чистоте.
5) Литвинов после войны приобрёл себе домик и завёл лошадь и собаку.

"(1)Обычные люди устраивают званые вечера в день своего рождения или, скажем, на первое мая, а товарищ Ситников устроил вечеринку пятого мая, в день печати. (2)Пятого мая товарищ Ситников пригласил своих друзей и приятелей на пирог. (3)Пирог был с капустой. (4)Хороший пирог. (5)Сочный. (6)Гости, приятно удивленные, со вкусом жевали, слушая хозяйские разговоры. (7)– Я все-таки передовой человек, – говорил товарищ Ситников, польщенный общим вниманием. – (8)Иные люди на пасху приглашают гостей, а мне пасха вроде бы и не праздник. (9)Ей-богу. (10)Мне подавайте что-нибудь этакое значительное, культурное, например, день печати. (11)Так сказать, торжественный день книги… (12)Вроде, как, значит, праздник книги и науки… (13)Гости с огорчением поглядывали на хозяина. (14)Он явно мешал им кушать и плохо действовал на пищеварение. (15)– Ей-богу, – говорил хозяин. – (16)Тысячи людей проходят мимо этого праздника. (17)Шутя, так сказать, проходят. (18)А мне этот праздник выше всего.(19)Мне, дорогие товарищи, даже не сам праздник дорог, мне, товарищи, книга дорога, печать. (20)Ещё, знаете ли, покойная моя мамаша спрашивала, бывало: (21)«Отчего это ты, Вася, так книгу любишь?» (22)А я, знаете ли, мальчишка, щенок, от горшка два вершка – отвечаю: (23)«Книгу я, мамаша, оттого люблю, что это печать и, так сказать, шестая держава…». (24)– Да уж что говорить, – вздохнул кто-то из гостей, – конечно, большой это праздник. (25)– Ещё бы не большой! – воскликнул хозяин. – (26)Книга! (27)Что может быть драгоценней, товарищи? (28)Конечно, малокультурный человек книгу и бросит куда попало, и стакан и тарелку на неё поставит… (29)Один из гостей, прожевывая пирог, сказал: (30)– Это верно… (31)Я вот знал… (32)Родственник… (33)Комод у него, знаете ли, без ножки… (34)Он книгу заместо ножки подложил… (35)– Видали! – с болью сказал хозяин. – (36)Видали, какое чучело. (37)Под комод! (38)И ведь, наверное, хорошую, занимательную книгу подложил? (39)Ну, подложи словарь немецкий или французский, так ведь нет… (40)Ах, товарищи, далеко нам ещё до настоящей культуры. (41)Долго нам ещё ждать культурного отношения к книге. (42)Не скоро дойдет это до массы. (43)Я вот, дорогие товарищи, вспоминаю одну историю. (44)На фронте было. (45)В армии. (46)Бывало, придем куда-нибудь – и ну громить библиотеки. (47)Листья летят, переплеты летят – ужас… (48)Я помню, товарищи, спас одну книгу. (49)А пришли мы в какой-то фольварк. (50)Богатый фольварк – диваны, книги, зеркала. (51)И вижу я: рассматривают красноармейцы одну книжку. (52)Сидят кучей и рассматривают. (53)А книжища этакая огромная и с картинами – «Вселенная и человечество». (54)Увидел я, что книжка эта в опасности, стал просить и умолять красноармейцев. (55)– Братцы, говорю, на черта сдалась вам эта книжка! (56)Отдайте, говорю, её мне. (57)Ну, за пачку махорки отдали. (58)Взял я её, положил бережно в мешок и всю, знаете ли, войну, всю кампанию берег её пуще глаза… (58)– И что же? – спросили гости с любопытством. (59)– Ну и ничего, – сказал хозяин. – (60)Привёз эту книжку домой. (61)Замечательная книжка. (62)Ей цены прямо-таки нет. (63)Какие рисунки в красках! (64)Бумага какая!.. (65)Да вот я вам покажу. (66)Хозяин встал из-за стола и пошел в соседнюю комнату. (67)Гости нехотя двинулись за хозяином, дожёвывая на пути. (68)– Вот, – сказал хозяин, – обратите внимание! (69)Некоторые картинки я даже вырезал оттуда и вставил в рамки. (70)Хозяин показал рукой на стены. (71)Действительно: вся комната была увешана иллюстрациями из книги «Вселенная и человечество». (72)Некоторые иллюстрации были вставлены в черные скромные рамки и придавали всей комнате уютный и интеллигентный вид. (73)Восхищенные гости, осмотрев картины, пошли в столовую докушивать пирог с капустой. (М. Зощенко) Михаи́ л Миха́йлович Зо́щенко – советский писатель, драматург, сценарист и переводчик. Классик русской и советской литературы."

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Вся комната хозяина была увешана иллюстрациями из книги «Вселенная и человечество».
2) Родственник хозяина подложил книгу под сломанную ножку комода.
3) Гости были приглашены на праздник в честь Дня печати.
4) Ситников не любил книги с детства, рвал их и изрисовывал страницы.
5) Малокультурный человек, по мнению хозяина, может поставить на книгу тарелку.

(1)Зимой, когда дни были короче, сумерки спускались прежде, чем мы успевали пообедать. (2)Когда мы выходили на улицу, дома уже были тёмные. (3)Кусок неба над нами был все сгущавшегося фиолетового цвета, и фонари на улице поднимали к нему свое тусклое пламя. (4)Холодный воздух пощипывал кожу, и мы играли до тех пор, пока все тело не начинало гореть. (5)Наши крики гулко отдавались в тишине улицы. (6)Игра приводила нас на грязные задворки, где мы попадали под обстрел обитавших в лачугах диких туземцев; к задним калиткам темных, сырых огородов, где вонь поднималась от мусорных вёдер; к грязным, вонючим стойлам, где кучер чистил и скрёб лошадей или мелодично позванивал украшенной пряжками сбруей. (7)Когда мы возвращались на улицу, темноту уже пронизывал свет кухонных окон. (8)Если из-за угла показывался мой дядя, мы прятались в тень и ждали, когда он благополучно скроется в доме. (9)Или если сестра Мэнгана выходила на крыльцо звать брата к чаю, мы смотрели, притаившись в тени, как она оглядывается по сторонам. (10)Мы хотели знать, останется она на крыльце или уйдет в дом, и, если она оставалась, мы выходили из своего угла и покорно шли к крыльцу Мэнгана. (11)Она стояла там, ожидая нас, и её фигура чернела в светлом прямоугольнике полуотворённой двери. (12)Брат всегда поддразнивал её, прежде чем послушаться, а я стоял у самых перил и смотрел на неё. (13)Её платье колебалось, когда она поворачивалась, и мягкий жгут косы подрагивал у неё за плечами. (14)Каждое утро я ложился на пол в гостиной и следил за её дверью. (15)Спущенная штора всего на один дюйм не доходила до подоконника, так что с улицы меня не было видно. (16)Когда она показывалась на крыльце, у меня вздрагивало сердце. (17)Я мчался в переднюю, хватал свои книги и шёл за ней следом. (18)Я ни на минуту не терял из виду коричневую фигурку впереди, и уже у самого поворота, где наши дороги расходились, я ускорял шаг и обгонял её. (19)Так повторялось изо дня в день. (20)Я ни разу не заговорил с ней, если не считать нескольких случайных слов, но её имя было точно призыв, глупо будораживший мою кровь. (21)Её образ не оставлял меня даже в таких местах, которые меньше всего располагали к романтике. (22)В субботу вечером, когда тётя отправлялась за покупками в лавки, я всегда нёс за ней сумку. (23)Мы шли ярко освещёнными улицами, в толкотне торговок и пьяниц, среди ругани крестьян, пронзительных возгласов мальчишек, охранявших бочки с требухой у лавок, гнусавых завываний уличных певцов, тянувших песню или балладу о горестях родной нашей страны. (24)Все эти шумы сливались для меня в едином ощущении жизни; я воображал, что бережно несу свою чашу сквозь скопище врагов. (25)Временами её имя срывалось с моих губ в странных молитвах и гимнах, которых я сам не понимал. (26)Часто мои глаза наполнялись слезами (я не знал почему), и мне иногда казалось, что из сердца у меня поднимается волна и заливает всю грудь. (27)Я думал о том, что будет дальше. (28)Не знал, придётся ли мне когда-нибудь заговорить с ней и если придётся, как я скажу ей о своем несмелом поклонении. (29)Но моё тело было точно арфа, а её слова – точно пальцы, пробегающие по струнам. (30)Как-то вечером я вошел в маленькую гостиную. (31)Вечер был тёмный и дождливый, и во всем доме не раздавалось ни звука. (32)Через разбитое стекло мне было слышно, как дождь падает на землю, бесчисленными водяными иглами прыгая по мокрым грядкам. (33)Где-то внизу светился фонарь или лампа в окне. (34)Я был рад, что вижу так немного. (35)Я был словно в тумане, и в ту минуту, когда, казалось, все чувства вот-вот покинут меня, я до боли стиснул руки, без конца повторяя: «Любимая! Любимая!» (Джеймс Джойс) *Джеймс Огастин Алоишес Джойс (1882-1941) – ирландский писатель, журналист и учитель, поэт, представитель модернизма

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Имя возлюбленной временами срывалось с губ рассказчика.
2) Когда мальчик наблюдал за девочкой из окна, его было очень хорошо видно с улицы.
3) Мэнган всегда поддразнивал сестру, когда она его звала.
4) Имя возлюбленной было точно призывом для рассказчика.
5) Часто мальчик плакал, и причина слёз была ему хорошо известна.

(1)Долго ходил я между гробов и собирался идти домой, как вдруг сквозь ограду кладбища увидел что-то необыкновенное, привлекшее моё внимание, но чего я не мог рассмотреть, ибо начинало уже смеркаться – и движение чёрного предмета, попеременно скрывавшегося и появлявшегося из-за памятников и кустов, мешало определить образ оного. (2)Я был в самом отдалённом краю кладбища и, видя, что предмет моего любопытства приближается к воротам, сел на могилу в ожидании развязки; наконец оный показался, повернул ко мне, и я увидел, что это были похоронные дроги со стоящим на них чёрным гробом. (3)Лошадь была покрыта чёрною попоною; лошадью правил человек в чёрной же епанче, в большой шляпе с распущенными полями. (4)За гробом не было никого, но когда дроги приблизились, я увидел большую чёрную собаку, которая шла с опущенной головою и повисшими ушами, изредка оглядываясь на стороны, и боязливо поджимала хвост при малейшем шуме, производимом колесами повозки около кустарников или голосом кучера, ободрявшего тощую и уставшую лошадёнку. (5)– Кого ты привез, любезный друг? – спросил я повозчика. (6)– Бедного старика, – отвечал он, – которого полиция хоронит от себя. (7)– Разве у него не было никого родных или знакомых? (8)– Никого, кроме этой собаки, которую я не могу отбить от гроба. (9)Эти слова поразили меня, я не мог отказать движению участия, взволновавшему мою душу, встал и пошел за гробом. (10)Собака сначала отбежала на несколько шагов, но я окликнул её и она, будто бы узнав мои внутренние побуждения, приблизилась опять и хотя не отвечала на мои ласки, но шла со мною рядом без боязни, изредка только помахивая хвостом, когда я время от времени хотел её погладить. (11)Могила была вырыта, начали опускать покойника. (12)Собака, стоявшая в одинаковом положении подле гроба, в эту минуту подняла жалостный вой, начала бегать кругом, наконец, спрыгнула в яму и, невзирая на усилия могильщика, не хотела оттуда вылезть. (13)Если он хотел взять её, она лаяла, грозила зубами, глаза её горели, шерсть поднималась щетиной. (14)– Ударь ее заступом, – сказал повозчик, – пусть останется в одной могиле с хозяином: ведь он и сам умер, как собака. (15)– Боже сохрани! – сказал я с негодованием. – (16)Я хозяин собаки с этой минуты – и никто не смей тронуть её! (17)Но могильщику не нужно было увещания: ему стало жаль собаки. (18)Он оперся на заступ, опустил голову на руки и с сожалением смотрел на неё. (19)– Что же мне делать, барин? – сказал он тихим голосом, по которому заметно было внутреннее его движение. (20)Я слез в могилу и старался приласкать собаку. (21)Она не лаяла, не злилась за то, что я гладил её, но когда я хотел её брать, она поднимала такой страшный вой, что руки мои невольно опускались от ужаса. (22)Наконец, мне удалось накинуть ей на шею петлею платок и вытащить её из могилы. (23)Когда засыпали яму, бедное животное сделалось тише. (24)Я заплатил обоим рабочим, велел могильщику выложить могилу дёрном и хотя с трудом, но потащил собаку за собою, несмотря на её визг и упорство. (25)За кладбищем она успокоилась, и вскоре я повел её без сопротивления. (26)Если нравственные чувствования в человеке располагают людей в его пользу, если непритворная горесть, если скорбь несчастия заставляют нас принимать участие в разумном существе, одарённом душою чувствительною, долженствующею необходимо быть хранилищем сих ощущений, сколь более неожиданность встречи сих благородных свойств разительна в животном, которого грубый инстинкт, как называют его люди, простирается не далее потребностей самосохранения. (27)Конечно, инстинкт может научить собаку подавать платок, отыскивать потерянную вещь и делать множество других фиглярских затей, но не он научил её любить даже до самоотвержения. (28)В этот и на другой день напрасно старался я обласкать и накормить нового знакомца; он лежал в углу, печально отвечал на мои ласки легким движением хвоста; часто подходил к запертой двери, и когда она отказывалась уступать его лапе, он с жалостным стоном опять ложился на старое место. (29)Я привязался чрезвычайно к этой собаке, придумывал разные способы, как бы её заставить есть; наконец, уже на третий день мне пришло в голову сводить ее на могилу хозяина и там попробовать её накормить. (30)Истощавшая и слабая, она с радостным лаем бросилась за мною, бодро добежала до кладбища, но почти обессиленная и со знаками прежней горести легла подле свежесложенной дерновой могилы. (31)С полчаса, как бы уважая её горесть, я не смел начать моего испытания, но после, сев на могилу, положив её голову к себе на колени и с обыкновенными ласками растворив ей рот, положил небольшой кусок мяса. (32)Нельзя представить моей радости, когда я увидел, что она проглотила этот кусок! (33)Я дал ей другой, третий, наконец, столько, что было довольно для её подкрепления. (34)Коротко сказать, моя собака отказывалась всегда есть у меня дома, принимала пищу только на могиле и убегала всякий раз туда, как скоро находила возможность; но я не терял надежды мало-помалу приучить её к себе, водил её на могилу и, чтоб она не бегала туда без меня, запирал её вверху в комнате, куда ходил сам. (35)Однажды я собрался вести в обыкновенное время моего пленника, к которому я более и более чувствовал привязанность, как один мой знакомый посетил меня с известием о некотором важном деле. (36)Прогулка была отложена, я запер опять собаку вверху и занялся разговором. (37)Важность предмета похищала минуту за минутою, несколько часов прошло, но материя не истощалась, – как вдруг услышали мы оба, будто на улице что-то упало. (38)Знакомец мой сидел подле окна и, выглянув, посмотрел во все стороны, но, ничего не видя, спокойно продолжал разговор; прошел ещё час, пока мы кончили беседу, и когда он ушел, а в ту же минуту бросился наверх, зная тоску бедного животного, если урочное время проходило, и что же?.. (39)В ужасе увидел только пустую комнату, в коей растворенное окно разительно объяснило мне загадку падения, слышанного нами во время разговора!.. (40)Я выбежал на улицу, полагая, что невозможно сойти с места после такого скачка; но там ничего не было, кроме нескольких капель крови! (41)Я побежал на кладбище. (42)И точно – верная собака дошла до кладбища, всползла на могилу, и когда я подошёл к ней, она едва собралась с силами приподнять голову. (43)Я не знал, что делать: оттирал её, ласкал, но ни ласки, ни попечения не помогали. (44)Через несколько минут она подняла голову, поглядела на меня такими глазами, выражение которых было значительнее тысячи слов, полизала мне руку – и умерла!.. Н.А. Бестужев Никола́й Алекса́ндрович Бесту ́жев – капитан-лейтенант флотского экипажа, декабрист, историограф флота, писатель, критик, художник

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Собака так и не смогла забыть умершего хозяина.
2) Запертая в комнате, собака выпрыгнула в окно и убежала на кладбище.
3) Именно инстинкт научил собаку любить до самоотвержения.
4) Когда закапывали гроб, собака завыла и спрыгнула в могилу.
5) Новый хозяин не водил собаку на могилу, чтобы она поскорее забыла прежнего хозяина.

(1)Он знавал и лучшие дни, несмотря на то, что был калекой и нищим. (2)Ему было пятнадцать лет, когда на большой дороге в Варвиль ему раздавило ноги телегой. (3)С тех пор он питался подаянием, бродя по дорогам и по дворам фермеров, раскачиваясь на костылях, от которых плечи у него поднимались до самых ушей. (4)Голова пряталась между ними, как между двумя горами. (5)Он был подкидыш: кюре из Бийет нашел его в канаве в канун дня всех святых и окрестил поэтому Никола Туссен. (6)Сирота, которого кормили из милости и никогда ничему не учили, потом калека – он попал под телегу, выпив несколько стаканчиков водки, которой смеха ради угостил его деревенский булочник, – и с тех пор, бездомный бродяга, он ничего не умел делать, только протягивал руку за подаянием. (7)Когда-то баронесса д'Авари разрешала ему ночевать на ферме, примыкавшей к замку, в набитой соломой конуре, возле курятника, и он знал, что в те дни, когда уж очень станет донимать голод, для него всегда найдется на кухне кусок хлеба и стакан сидра. (8)Иной раз ему перепадало и несколько медных монет: старая дама бросала их ему с высокого крыльца или из окна своей спальни. (9)Но она уже давно умерла. (10)В деревнях ему не подавали, – слишком он всем был знаком, он всем намозолил глаза за те сорок лет, что слонялся от лачуги к лачуге, волоча на двух деревяшках свое изуродованное и прикрытое лохмотьями тело. (11)Но покидать эти места он не хотел, – он ничего не знал на земле, кроме трёх-четырёх деревушек, в которых прошла вся его жалкая жизнь. (12)Что было там, за деревьями, скрывавшими от него остальной мир, да и было ли там что-нибудь, он не знал. (13)И когда крестьяне, которым надоело вечно натыкаться на него то на краю поля, то у обочины дороги, кричали ему: (14)«Ну что ты в другую деревню не пойдешь, нет тебе места, как только тут клянчить!» – он не отвечал и торопливо уходил прочь, охваченный неясным страхом перед неизвестным, страхом, который заставляет бедняка смутно опасаться тысячи вещей – новых лиц, бранных криков, подозрительных взглядов, а пуще всего жандармов, расхаживающих по двое по дорогам: увидев их, он, сам не зная почему, спешил спрятаться за кустом или за грудой щебня. (15)Стоило им замаячить вдали, поблескивая галунами на солнце, и у него появлялось удивительное проворство, как у зверя, которого травят. (16)Он соскальзывал с костылей, шлёпался, как тряпка, наземь, съёживался, становился крохотным, незаметным, прижимался к земле, точно залегший в поле заяц, и его бурые лохмотья сливались с почвой. (17)У него не было пристанища, не было крова – даже шалаша, даже норы. (18)Летом он спал где попало, а зимой с необыкновенной ловкостью забирался куда-нибудь в амбар или на конюшню. (19)Он всегда успевал уйти раньше, чем его замечали. (20)Он знал все лазейки, через которые можно было проникнуть в любой сарай, а руки и плечи у него от постоянного цепляния за костыли стали так сильны, что он мог, подтягиваясь на руках, вскарабкаться на сеновал; и там он, случалось, лежал, не выходя, по четыре-пять дней, если ему перед тем удавалось насбирать достаточно съестного. (21)Он жил среди людей, как зверь в лесу, – никого не знал, никого не любил, а у крестьян встречал только равнодушное презрение и привычную враждебность. (22)Его прозвали «Колокол», потому что на ходу он раскачивался между своими костылями, как колокол между двумя столбами. (23)Однажды случилось так, что он двое суток ничего не ел. (24)Ему перестали подавать. (25)Хватит, до коих же пор, на самом деле! (26)Женщины, стоя на пороге, кричали ему еще издали: (27)– Уходи, уходи, проваливай! (28)Трёх дней не прошло, как я тебе кусок хлеба подала! (28)Он обошел Сент-Илер, Варвиль и Бийет, не выпросив ни гроша, ни даже чёрствой корки. (29)Обойдя все знакомые фермы, он сел на краю канавы возле усадьбы фермера Шике. (30)Он «снялся с петель», – так о нем говорили, стараясь этими словами изобразить, как он вдруг соскальзывал наземь со своих высоких костылей, – и затем долго сидел неподвижно, мучась от голода, но не постигая тупым умом всей глубины своего несчастья. (31)Он ждал, сам не зная чего, с той неясной надеждой, которая вечно тлеет в сердце человека. (32)Сидя у канавы, на ледяном ветру, он ждал чудодейственной помощи, которой мы никогда не перестаём ждать от неба или от людей, не задумываясь над тем, как, почему и через кого она может прийти. (33)Мимо него прошла стайка чёрных кур: они копошились в земле, кормилице всего живого. (34)Колокол смотрел на них, не думая ни о чем; затем, скорей в желудке, чем в мозгу, у него зародилась не мысль, а так, глухое ощущение, что курица, если её зажарить на костре из сухого валежника, будет очень вкусной. (35)Мысль, что он совершает воровство, даже не коснулась его сознания. (36)Он нашел возле себя камень и швырнул в ту, что была поближе, и так как он был очень ловок, то уложил её на месте. (37)Курица повалилась на бок, трепыхая крыльями. (38)Остальные разбежались, покачиваясь на тонких лапках, а Колокол, снова подвесившись на костыли и походкой очень напоминая курицу, заковылял, чтобы подобрать свою добычу. (39)Он уже приблизился к маленькому чёрному тельцу с перепачканной в крови головкой, как вдруг страшный толчок в спину вышиб у него из рук костыли, а его самого отбросил на десять шагов в сторону. (40)И фермер Шике, со всею яростью обворованного крестьянина, накинулся на грабителя, колотя его по чему попало кулаками и ногами, избивая смертным боем бессильного защититься калеку. (41)На подмогу хозяину сбежались работники и тоже принялись колотить нищего. (42)Наконец, уморившись, они подняли его, оттащили в дровяной сарай и заперли там, в ожидании, пока придут жандармы: за ними уже послали. (43)Колокол лежал на земле, полумёртвый, окровавленный, умирающий от голода. (44)Настал вечер, потом ночь, потом утро. (45)Он все еще ничего не ел. (46)Его отвели в городскую тюрьму. (47)Жандармам не пришло в голову, что ему надо дать поесть, и его заперли до завтра. (48)Но когда на другой день рано утром пришли звать его на допрос, он лежал на полу мертвый. (49)Какая неожиданность! (Ги де Мопассан) Ги де Мопассан (1850-1893) – французский новеллист, поэт, мастер рассказа с неожиданной концовкой.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Колокол был сиротой и калекой с рождения.
2) Колокол совершил тяжкое преступление: убил курицу с особой жестокостью, из любопытства.
3) Люди перестали подавать Колоколу милостыню, поэтому он был вынужден убить курицу.
4) Хозяин курицы жестоко избил Колокола и вызвал полицию.
5) Колокол умер от голода, так как жандармам не пришло в голову его покормить.

(1)У писателя Александра Степановича Грина был в тихом Старом Крыму невзрачный пёсик-дворняга Тобик. (2)Пёсика этого вся улица, где жил Грин, несправедливо считала дураком. (3)Когда соседской цепной собаке – лохматому Жоре – хозяйка выносила миску с похлёбкой, Тобик продирался в соседский двор через лаз в заборе, но к миске не подходил, страшась предостерегающего Жориного рыка. (4)Тобик останавливался в нескольких шагах от Жоры, но так, чтобы тот не мог его достать, становился перед Жорой на задние лапки и «служил» долго и терпеливо. (5)Так он привык выпрашивать кусочки еды у людей. (6)Но Жора не давал ему даже понюхать похлёбки. (7)За это стояние на задних лапках перед такой же собакой, как и он сам, люди считали Тобика дураком: зря, мол, старается. (8)Точно так же Тобик выпрашивал кусочки еды у самого Грина, и всякий раз удачно. (9)Хозяин был молчаливый и очень добрый человек. (10)Обращаясь к Тобику, он говорил ему: «Дружище!» (11)Косясь на Тобика, Жора рычал и давился. (12)Он торопливо лакал похлёбку, а глаза у Тобика мутнели от тоски напрасного ожидания. (13)Иной раз даже слёзы появлялись у него на глазах, когда Жора кончал есть похлёбку и тщательно, до блеска вылизывал пустую миску. (14)После этого Жора ещё долго обнюхивал землю вокруг миски – не завалилась ли там какая-нибудь косточка. (15)– Ну и дурак ваш Тобик, – злорадно говорили Грину соседи. – (16)Нет никакого соображения у этой собаки. (17)На это Грин спокойно отвечал соседям: (18)– Не дурак, а просто умная и вежливая собака. (19)В спокойствии гриновского голоса слышался нарастающий гнев, и соседи, всю жизнь привыкшие лезть в чужие дела, уходили, пожимая плечами, – лучше подальше от этого человека. (20)Я увидел Тобика после смерти Грина. (21)Он ослеп, как говорили, от старости. (22)Он сидел на пороге глинобитного белого дома, в котором умер Грин, и солнце отражалось в его жёлтых беспомощных глазах. (23)Услышав, как скрипнула за мной калитка, он встал, неуверенно подошёл ко мне, ткнулся холодным носом в ноги и замер. (24)Только старый и пушистый его хвост помахивал из стороны в сторону и поднимал белую известковую крымскую пыль. (25)– Давно он ослеп? – спросил я. (26)– Да после смерти хозяина. (27)Всё тоскует, всё ждёт. (28)Я ожидал, что ответ будет именно таким, так как знал давно, что единственные живые существа на земле, которые умирают от разлуки с человеком, – это собаки. (29)Выражение «собака – друг человека» безнадёжно устарело. (30)У нас нет ещё слова, которое могло бы выразить одновременно самоотверженность, смелость и ум – все те великолепные качества, какими обладает собака. (31)Я точно знаю, что человек, избивающий или мучающий собаку, – отпетый негодяй, даже если собака его за это простила. (32)Не знаю, как вы, а я испытываю величайшую нежность к собакам за их ласковость, за бурные проявления радости и обиды. (33)Невозможно удержаться от смеха, когда видишь, как какой-нибудь Бобик бешено мчится со всех ног, чтобы догнать и облаять самое ненавистное для него изобретение человека – обыкновенное велосипедное колесо. (34)Любите собак. (35)Не давайте их никому в обиду. (36)Они ответят вам троекратной любовью. (К.Г. Паустовский) Константи́н Гео́ргиевич Паусто́ вский (1892-1968) – русский писатель, сценарист и педагог, журналист, военный корреспондент, переводчик

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Ещё нет слова, которое бы выражало самоотверженность, смелость и ум собаки.
2) Тобик ослеп от старости после смерти хозяина, но продолжал ждать его у дома.
3) Соседи Грина считали Тобика исключительно умным псом.
4) Жора тоже жил у Грина, но его кормила соседка.
5) Выражение «собака – друг человека» актуально по сей день.

ВОЗВРАЩЕНИЕ (1)Странен и ещё не совсем понятен был Иванову родной дом. (2)Жена была прежняя – с милым, застенчивым, хотя уже сильно утомлённым лицом, и дети были те самые, что родились от него, только выросшие за время войны, как оно и быть должно. (3)Но что-то мешало Иванову чувствовать радость своего возвращения всем сердцем – вероятно, он слишком отвык от домашней жизни и не мог сразу понять даже самых близких, родных людей. (4)Он смотрел на Петрушку, на своего выросшего первенца-сына, слушал, как он даёт команду и наставления матери и маленькой сестре, наблюдал его серьёзное, озабоченное лицо и со стыдом признавался себе, что его отцовское чувство к этому мальчугану, влечение к нему, как к сыну, недостаточно. (5)Иванову было ещё более стыдно своего равнодушия к Петрушке от сознания того, что Петрушка нуждался в любви и заботе сильнее других, потому что на него жалко сейчас смотреть. (6)Иванов не знал в точности той жизни, которой жила без него его семья, и он не мог ещё ясно понять, почему у Петрушки сложился такой характер. (7)За столом, сидя в кругу семьи, Иванов понял свой долг. (8)Ему надо как можно скорее приниматься за дело, то есть поступать на работу, чтобы зарабатывать деньги и помочь жене правильно воспитывать детей, – тогда постепенно всё пойдет к лучшему, и Петрушка будет бегать с ребятами, сидеть за книжкой, а не командовать с рогачом у печки. (9)Петрушка за столом съел меньше всех, но подобрал все крошки за собою и высыпал их себе в рот. (10)– Что ж ты, Петр, – обратился к нему отец, – крошки ешь, а свой кусок пирога не доел... (11)Ешь! (12)Мать тебе ещё потом отрежет. (13)– Поесть всё можно, – нахмурившись, произнес Петрушка, – а мне хватит. (14)– Он боится, что если он начнет есть помногу, то Настя тоже, глядя на него, будет много есть, – простосердечно сказала Любовь Васильевна, – а ему жалко. (15)– А вам ничего не жалко, – равнодушно сказал Петрушка. – (16)А я хочу, чтоб вам больше досталось. (17)Отец и мать поглядели друг на друга и содрогнулись от слов сына. (18)Петрушка вспомнил, что пора уже вьюшку в печной трубе закрывать, а то тепло из дома выйдет. (19)Глянув на всякий случай в окно, Петрушка заметил, что там на небе плывут не те облака, которые должны плыть в сентябре. (20)– Чтой-то облака, – проговорил Петрушка,– свинцовые плывут, из них, должно быть, снег пойдет! (21)Иль наутро зима станет? (22)Ведь что ж тогда нам делать-то: картошка вся в поле, заготовки в хозяйстве нету... (23)Ишь положение какое!.. (24)Иванов глядел на своего сына, слушал его слова и чувствовал свою робость перед ним. (25)Он хотел было спросить у жены более точно, кто же такой этот Семен Евсеевич, что ходит уже два года в его семейство, и к кому он ходит – к Насте или к его миловидной жене, – но Петрушка отвлёк Любовь Васильевну хозяйственными делами: (26)– Давай мне, мать, хлебные карточки на завтра и талоны на прикрепление. (27)И ещё талоны на керосин давай – завтра последний день, и уголь древесный надо взять, а ты мешок потеряла, а там отпускают в нашу тару, ищи теперь мешок, где хочешь, иль из тряпок новый шей, нам жить без мешка нельзя! (28)А Настька пускай завтра к нам во двор за водой никого не пускает, а то много воды из колодца черпают: зима вот придет, вода тогда ниже опустится, и у нас веревки не хватит бадью опускать, а снег жевать не будешь, а растапливать его – дрова тоже нужны. (29)Говоря свои слова, Петрушка одновременно заметал пол возле печки и складывал в порядок кухонную утварь. (30)Потом он вынул из печи чугун со щами: (31)– Закусили немножко пирогом, теперь щи мясные с хлебом есть, – указал всем Петрушка. – (32)А тебе, отец, завтра с утра надо бы в райсовет и военкомат сходить, станешь сразу на учёт – скорей карточки на тебя получим. (33)– Я схожу, – покорно согласился отец. (34)– Сходи, не позабудь, а то утром проспишь и забудешь. (35)– Нет, я не забуду, – пообещал отец. (36)Свой первый общий обед после войны, щи и мясо, семья съела в молчании, даже Петрушка сидел спокойно, точно отец с матерью и дети боялись нарушить нечаянным словом тихое счастье вместе сидящей семьи. (По А. Платонову) Андре ́й Плато́нович Плато́нов (1899-1951) – русский советский писатель, поэт и публицист, драматург, киносценарист, журналист, военный корреспондент, инженер и изобретатель

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1) Пришедший с войны отец быстро освоился в родном доме.
2) Иванов чувствовал свою робость перед повзрослевшим сыном.
3) Петрушка всем раздавал хозяйственные поручения.
4) Петрушка торопил отца встать на учёт, чтобы тот быстрее вышел на работу.
5) Мальчик не хотел, чтобы наступили холода, потому что ещё не нагулялся с ребятами.