Открытый банк заданий ЕГЭ

(1)Есть в человеческом характере такая черта – с удовольствием вспоминать прошлые трудности, тобой преодолённые. (2)Это всегда приятно. (3)Пребывание в армии стало делом нашей чести, так же как для прежних молодых поколений участие в Гражданской войне, в строительстве Комсомольска и Магнитки, в покорении Арктики, а для нынешнего – в освоении целины и земель Сибири, хотя мне кажется не совсем точным сравнение мирных строек с передним краем: это всё-таки слишком разные вещи. (4)Верно говорят, что характер моего поколения был сформирован армией военной поры. (5)Мы находились в том возрасте, когда человек особенно пригоден для окончательного оформления, если он попадает в надёжные и умелые руки. (6)Мы были подготовлены к этому ещё всем детством, всем воспитанием, всеми прекрасными традициями революции и Гражданской войны, перешедшими к нам от старших. (7)Мы пришли в армию – наши кости ещё не окрепли, не затвердели мускулы, мы ещё росли. (8)Когда после нас осматривали новые медицинские комиссии, или, как тогда говорили, «перекомиссии», оказалось, что многие из нас прибавили в росте по нескольку сантиметров. (9)А как выросли наши души и характеры! (10)Армия многому научила нас. (11)Это были, в свою очередь, наши университеты. (12)Одних она приобщила к технике – к танку, пушке, самолёту; других научила владеть топором, пилой и лопатой. (13)А близость к природе, к земле, на которой лежишь, по которой идёшь, которую копаешь! (14)Армия научила нас мужской дружбе – мы знали, пожалуй, только детскую. (15)Мы ушли юношами, а вернулись мужами. (16)Скольких обрели мы новых друзей и скольких из них потеряли, чтобы не забыть никогда! (17)А разве можно забыть геройство гвардейских дивизий, железную дисциплину военных училищ или запасные полки, рвущиеся на фронт из каких-нибудь далёких тыловых лагерей. (18)Разве забудешь безмолвный Донбасс сорок третьего года, разбитые города Белоруссии и знаменитый Бобруйский котёл, где на много километров сплошным навалом, друг на друге – искорёженные немецкие танки, орудия, бронетранспортёры, машины. (19)Армейская жизнь была суровой, но сколько в ней было неожиданного тепла! (20)Я служил ещё по первому году, когда однажды к нашей землянке подошёл сержант из соседней роты и спросил: «Помкомвзвода дома?» (21)Этот вопрос потряс меня. (22)То есть как дома? (23)Дом далеко отсюда. (24)Разве здесь дом? (25)А спустя несколько месяцев я и сам говорил так. (26)Столь же удивительным казался мне вопрос комбата к старшинам: «Покормили людей?» (27)Чего, мол, их кормить? (28)Сами поедят, только дай! (29)Или: «Первая рота покушала? (30)Вторая рота покушала?..» (31)Это слово «покушала» (не «поела») казалось нарочитым, пока я не почувствовал, что оно имеет особый оттенок – не слащаво-городской, а уважительно-деревенский: покушала. (32)Мы были очень, очень молоды. (33)Когда я смотрю на семнадцатилетних мальчиков, то думаю: «Неужели мы были такими? (34)Если на них нагрузить всё, что было на нас, да чтоб они прошли столько, сколько мы, пусть вполовину меньше, – они же не выдержат! (35)А может быть, это только кажется?..» (36)По натуре своей мы действительно мирные люди. (37)Я никогда не встречал человека, который хотел бы сражений. (38)Но если враг нападёт на нас, мы будем воевать. (39)Это будет главным, и нам не придётся раздумывать... (40)В жизни каждого юноши наступает момент, когда необходим качественный скачок. (41)Мы перешли в новое качество, надев красноармейские шинели. (42)Мне жаль тех людей моего поколения, кто не служил в армии рядовым. (43)Иногда, собравшись с друзьями, мы под настроение, к месту, начинаем рассказывать о своей службе, о военной поре; мы увлекаемся, перебиваем друг друга и самих себя, перескакиваем с одного на другое. (44)А те, кто не был там, тоже слушают с интересом. (45)И как это ни странно, менее других фигурируют здесь так называемые боевые эпизоды. (46)Нет, это истории скорее познавательного характера, забавные и грустные, – о себе и встреченных тобой людях, истории, ограниченные рамками времени и обстановки. (47)И едва ли не главное в них – это множество ярких деталей, подробностей, которые, если не вспоминать их, постепенно выветриваются из нашей памяти, заменяясь другими.

Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.
1) В предложениях 1-3 представлено повествование.
2) Предложение 8 противопоставлено по содержанию предложению 9.
3) В предложении 18 содержатся элементы описания.
4) В предложениях 36, 37 представлено рассуждение.
5) В предложении 43 содержится указание на следствие из того, о чём говорится в предложении 42.

(1)Для всякого убежденного и желающего убеждать писателя (а именно только такого я имею в виду) вопрос о том, есть ли у него читатель, где он и как к нему относится, есть вопрос далеко не праздный. (2)Читатель представляет собой тот устой, на котором всецело зиждется деятельность писателя; он — единственный объект, ради которого горит писательская мысль. (3)Убежденность писателя питается исключительно уверенностью в восприимчивости читателей, и там, где этого условия не существует, литературная деятельность представляет собой не что иное, как беспредельное поле, поросшее волчецом, на обнаженном пространстве которого бесцельно раздается голос, вопиющий в пустыне. (4)Доказывать эту истину нет ни малейшей надобности; она стоит столь же твердо, как и та, которая гласит, что для человеческого питания потребен хлеб, а не камень. (5)Даже несомненнейшие литературные шуты — и те чувствуют себя неловко, утрачивают бойкость пера, ежели видят, что читатель не помирает со смеху в виду их кривляний. (6)Даже тут, в этой клоаке человеческой мысли, чувствуется потребность поддержки со стороны читателя. (7)И не только ради построчной мзды, но и ради того чувственного возбуждения, при отсутствии которого самое скоморошество делается вялым, бесцветным и назойливым. (8)Ежели в стране уже образовалась восприимчивая читательская среда, способная не только прислушиваться к трепетаниям человеческой мысли, но и свободно выражать свою восприимчивость, — писатель чувствует себя бодрым и сильным. (9)Но он глубоко несчастлив там, где масса читателей представляет собой бродячее человеческое стадо, мятущееся под игом давлений внешнего свойства. (10)Даже при уверенности, что в этой массе немало найдется сердец, несущихся навстречу писателю, это только усугубляет скорбь последнего. (11)Он вдвое несчастлив: и за себя, и за те преданные сердца, которым горение их ничего не может дать, кроме сознания темного и безвыходного порабощения. (12)Поэт, в справедливом сознании светозарности совершаемого им подвига мысли, имел полное право воскликнуть, что он глаголом жжет сердца людей; но при данных условиях слова эти были только отвлеченной истиной, близкой к самообольщению. (13)Когда окрест царит глубокая ночь, — та ночь, которую никакой свет не в силах объять, тогда не может быть места для торжества живого слова. (14)Сердца горят, но огонь их не проницает сквозь густоту мрака; сердца бьются, но биение их не слышно сквозь толщу желез. (15)До тех пор, пока не установилось прямого общения между читателем и писателем, последний не может считать себя исполнившим свое призвание. (16)Могучий — он бессилен; властитель дум — он раб бездумных бормотаний случайных добровольцев, успевших захватить в свои руки ярмо. (17)Звуча наудачу, речь писателя превращается в назойливое сотрясание воздуха. (18)Слово утрачивает ясность, внутреннее содержание мысли ограничивается и суживается. (19)Только один вопрос стоит вполне определённо: к чему растрачивается пламя души? (20)Повторяю: несчастие в этом случае так глубоко, что никогда не остается бесследным. (21)Я не говорю о себе лично, но думается, что всякий убежденный русский писатель испытал на себе влияние подобной изолированности. (22)Всякий на каждом шагу встречался и с ненавистью, и с бесчестными передержками, и с равнодушием, и с насмешкой; редко кому улыбнулось прямое, осязательное сочувствие. (23)Последнее так далеко затерялось в читательской массе, что лишь предположительно может ободрить писателя. (24)Зато минуты подобного ободрения самые дорогие в жизни. (По М. Е. Салтыкову-Щедрину)

Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.

1) Предложения 2, 3 обосновывают тезис, сформулированный в предложении 1.
2) Предложения 8 и 9 противопоставлены по содержанию.
3) В предложениях 10, 11 представлено повествование.
4) В предложениях 17-19 представлено рассуждение.
5) В предложениях 21-23 представлено описание.

(1)В тот день с утра раннего первый турист припожаловал: трое мужиков да с ними две бабёночки. (2)Местный лесник Егор Полушкин этих мужиков по мастям сразу распределил: сивый, лысый да плешивый. (3)И бабёнок соответственно: рыжая и пегая. (4)Бабёнки возле мешков своих щебетали, а Колька, сын Егора, рядом вертелся. (5)В школе занятия закончились, так он иногда сюда заглядывал, отцу помогал. (6)Егор с сыном на пристань выскочили, быстренько мешки погрузили. (7)Потом туристы расселись, Колька – он на носу устроился – от пристани оттолкнулся, Егор завёл «Ветерок», и лодка ходко побежала к дальнему лесистому берегу. (8)Туристы калякали о том, что водохранилище новое и рыбы тут особой быть не может. (9)До Егора иногда долетали их слова, но значения им он не придавал, всецело поглощённый ответственным заданием. (10)Да и какое было ему дело до чужих людей, сбежавших в тишину и покой на считаные денёчки! (11)Он своё дело знал: доставить, куда прикажут, помочь устроиться и отчалить, только когда отпустят. – (12)К обрывчику! – распорядился сивый. – (13)Произведём небольшую разведочку. (14)Егор с сыном помогли туристам перетащить пожитки на облюбованное под лагерь место. (15)Это была весёлая полянка, прикрытая разросшимся ельничком. (16)3десь туристы быстро поставили просторную ярко-жёлтую палатку на алюминиевых опорах, с пологом и навесом, поручили Егору приготовить место для костра, а Кольке позволили надуть резиновые матрасы. (17)Егор, получив от плешивого топорик, ушёл в лесок нарубить сушняка. – (18)Прекрасное место! – щебетала пегая. – (19)Божественный воздух! (20)Когда Колька осилил последний матрас, заткнул дырочку пробкой и маленько отдышался, тятька его из ельника выломился. (21)Ель сухую на дрова приволок и сказал: – Местечко-то мы не очень-то ласковое выбрали, граждане милые. (22)Муравейник тут за ельничком: беспокоить мураши-то будут. (23)Надо бы перебраться куда. – (24)А большой муравейник-то? – спросил сивый. – (25)А с погреб, – сказал Егор. – (26)Крепкое семейство, хозяйственное. – (27)Как интересно! – сказала рыжая. – (28)Покажите, пожалуйста, где он. – (29)Это можно, – сказал Егор. (30)Все пошли муравейник смотреть, и Колька тоже: на ходу отдышаться куда как легче. (31)Только за первые ёлочки заглянули: гора. (32)Что там погреб с добрую баньку. (33)Метра два с гаком. – (34)Небоскрёб! – сказал плешивый. – (35)Чудо природы. (36)Муравьёв кругом бегало – не счесть. (37)Крупные муравьи: черноголовики. (38)Такой тяпнет – сразу подскочишь, и Колька (босиком ведь) на всякий случай подальше держался. – (39)Вот какое беспокойство вам будет, – сказал Егор. – (40)А там подальше чуть – ещё поляночка имеется, я наглядел. (41)Давайте пособлю с пожитками-то: и вам покойно, и им привычно. – (42)Для ревматизма они полезные, муравьи-то, – задумчиво сказал плешивый. – (43)Вот если у кого ревматизм... – (44)Ой! – взвилась пегая. – (45)Кусаются, проклятые!.. – (46)Дух чуют, – сказал Егор. – (47)Они мужики самостоятельные. – (48)Да, – вздохнул лысый. – (49)Неприятное соседство. (50)Обидно. – (51)Чепуха! – Сивый махнул рукой. – (52)Покорим! (53)Тебя как звать-то, Егором? (54)Одолжи-ка нам бензинчику, Егор. (55)Банка есть? (56)Не сообразил Егор, зачем бензинчик-то понадобился, но принёс: банка нашлась. (57)Принёс, подал сивому: – Вот. – (58)Молоток мужик, – сказал сивый. – (59)Учтём твою сообразительность. (60)А ну-ка отойдите подальше. (61)И плеснул всю банку на муравейник. (62)Плеснул, чиркнул спичкой – ракетой взвилось пламя. (63)3авыло, загудело, вмиг обняв весь огромный муравьиный дом. (64)3аметались черноголовики, скрючиваясь от невыносимого жара, затрещала сухая хвоя, и даже старая ель, десятки лет прикрывавшая лапами муравьиное государство, качнулась и затрепетала от взмывшего в поднебесье раскалённого воздуха. (65)А Егор с Колькой молча стояли рядом. (66)Загораживаясь от жара руками, глядели, как корчились, сгорая, муравьи, как упорно не разбегались они, а, наоборот, презирая смерть, упрямо лезли и лезли в самое пекло в тщетной надежде спасти хоть одну личинку. (67)Смотрели, как тает на глазах гигантское сооружение, терпеливый труд миллионов крохотных существ, как завивается от жара хвоя на старой ели и как со всех сторон бегут к костру тысячи муравьёв, отважно бросаясь в него. – (68)Фейерверк! – восхитилась пегая. – (69)Салют победы! – (70)Вот и все дела, – усмехнулся сивый. – (71)Человек – царь природы. (72)Верно, малец? – (73)Царь?.. – растерянно переспросил Колька. – (74)Царь, малец. (75)Покоритель и завоеватель. (76)Муравейник догорал, оседая серым, мёртвым пеплом. (77)Лысый пошевелил его палкой, огонь вспыхнул ещё раз, и всё было кончено. (78)Не успевшее погибнуть население растерянно металось вокруг пожарища. – (79)Отвоевали место под солнцем, – пояснил лысый. – (80)Теперь никто нам не помешает, никто нас не побеспокоит. (81)И все пошли к лагерю. (82)Сзади плёлся потерянный Егор, неся пустую банку, в которой с такой готовностью сам же принёс бензин. (83)Колька заглядывал ему в глаза, а он избегал этого взгляда, отворачивался, и Колька спросил шёпотом: – Как же так, тятька? (84)Ведь живые же они... – (85)Да вот, – вздохнул Егор. – (86)Стало быть, так, сынок, раз оно не этак... (87)На душе у него было смутно, и он хотел бы тотчас же уехать, но ехать пока не велели. (88)Молча готовил место для костра, вырезал рогульки, а когда закончил, бабёнки клеёнку расстелили и расставили закуски. – (89)Идите, – позвали. – (90)Перекусим на скорую руку. (91)Колька получил булку с колбасой, а в глазах мураши бегали. (92)Суетливые, растерянные, отважные. (93)Бегали, корчились, падали, и брюшки у них лопались от страшного жара. (94)И Егор этих мурашей видел. (95)Даже глаза тёр, чтоб забылись они, чтоб из памяти выскочили, а они – копошились. (96)И муторно было на душе у него, и делать ничего не хотелось, и к застолью этому садиться тоже не хотелось. – (97)Тут у нас природа кругом. (98)Да. (99)Это у нас тут – пожалуйста, отдыхайте. (100)Тишина, опять же спокойно. (101)А человеку что надобно? (102)Спокой ему надобен. (103)Всякая животина, всякая муравьятина, всякая ёлка-берёзонька – все по спокою своему тоскуют. (104)Вот и мураши, обратно же, они, это... (105)Тоже. (По Б. Л. Васильеву)

Какие из перечисленных утверждений являются верными?

1) В предложениях 6, 7 представлено повествование.
2) В предложении 15 представлено описание.
3) В предложениях 30-33 представлено рассуждение.
4) Предложения 79 и 80 противопоставлены по содержанию.
5) В предложениях 87, 96 показано внутреннее состояние персонажа.

(1)Я исходил по Парижу десятки вёрст, нося в своей душе груз горького, подлого и страшного, и совершенно неожиданно доплёлся до Лувра. (2)Без малейшей нравственной потребности вошёл я в музей. (3)Машинально ходил туда и сюда, машинально смотрел на античную скульптуру, в которой ровно ничего не понимал, а чувствовал только усталость, шум в ушах и колотье в висках. (4)И вдруг, в полном недоумении, сам не зная почему, поражённый чем-то необычайным, непостижимым, я остановился перед Венерой Милосской. (5)Я стоял перед ней, смотрел на неё и непрестанно спрашивал самого себя: «Что такое со мной случилось?» (6)Я спрашивал себя об этом с первого момента, как только увидел статую, потому что с этого же момента я почувствовал, что со мною случилась большая радость… (7)До сих пор я был похож (я так ощутил вдруг) вот на эту скомканную в руке перчатку. (8)Похожа ли она видом на руку человеческую? (9)Нет, это просто какой-то кожаный комок. (10)Но вот я дунул в неё, и она стала похожа на человеческую руку. (11)Что-то, чего я понять не мог, дунуло в глубину моего скомканного, измученного, искалеченного существа и выпрямило меня, мурашками оживающего тела пробежало там, где уже, казалось, не было чувствительности, заставило всего «хрустнуть» именно так, когда человек растёт, заставило также бодро проснуться и наполнило расширившуюся грудь, весь выросший организм свежестью и светом. (12)Мне невозможно было даже мысли допустить, чтобы в эту минуту я мог подумать жить чем-нибудь таким, что составляло простую житейскую необходимость той поры, то есть того времени, когда я был скомканной перчаткой. (13)Опять позволить скомкать себя так, как это было час тому назад и всю жизнь до этого часа? (14)Нет, нет! (15)Я не мог даже есть, пить в этот день, до такой степени мне казалось это ненужным и обидным для того нового, что я бережно нёс в себе. (16)С этого дня я почувствовал не то что потребность, а прямо необходимость, неизбежность самого, так сказать, безукоризненного поведения: сказать что-нибудь не то, что должно, хотя бы даже для того, чтобы не обидеть человека, смолчать о чём-нибудь нехорошем, затаив его в себе, сказать пустую, ничего не значащую фразу единственно из приличия, делать какое-нибудь дело, которое могло бы отозваться в душе малейшим стеснением или, напротив, могло малейшим образом стеснить чужую душу, теперь, с этого памятного дня, сделалось немыслимым. (17)Это значило потерять счастие ощущать себя человеком, которое мне стало знакомо и которое я не смел желать убавить даже на волосок. (18)Дорожа моей душевной радостью, я не решался часто ходить в Лувр и шёл туда только в таком случае, если чувствовал, что могу «с чистою совестью» принять в себя животворную тайну. (19)Обыкновенно я в такие дни просыпался рано, уходил из дому без разговоров с кем бы то ни было и входил в Лувр первым, когда ещё никого там не было. (20) И как бы вы тщательно ни разбирали Венеру Милосскую с точки зрения «женской прелести», вы на каждом шагу будете убеждаться, что творец этого художественного произведения имел какую-то другую, высшую цель. (21) Ему нужно было и людям своего времени, и всем векам, и всем народам вековечно и нерушимо запечатлеть в сердцах и умах огромную красоту человеческого существа, ознакомить человека — мужчину, женщину, ребёнка, старика — с ощущением счастия быть человеком, показать всем нам и обрадовать нас видимой для всех нас возможностью быть прекрасными — вот какая огромная цель владела его душой и руководила рукой. (22) Он брал то, что для него было нужно, и в мужской красоте и в женской, ловя в этом только человеческое. (23)Из этого многообразного материала он создавал то истинное в человеке, что составляет смысл всей его работы, то, чего сейчас, сию минуту нет ни в ком, ни в чём и нигде, но что есть в то же время в каждом человеческом существе. (По Г. И. Успенскому)

Какие из перечисленных утверждений являются верными?

1) В предложениях 5-9 представлено рассуждение.
2) Предложения 10 и 11 противопоставлены по содержанию.
3) Предложение 14 содержит ответ на вопрос, сформулированный в предложении 13.
4) В предложениях 16, 17 представлено повествование.
5) Предложение 21 поясняет, раскрывает содержание предложения 20.

(1)В один прекрасный день мы – пять девочек – карабкаемся на Замковую гору. (2)В руках у нас большие пёстрые букеты разноцветных опавших листьев – больше всего кленовых. (3)Вдруг из-за обломков стены слышен мужской голос, глубокий, странно-певучий, полный страстного чувства. (4)Мы словно окаменели. (5)Нас захватило дыхание большой любви, о которой почти поёт голос за стеной, читающий письмо Евгения Онегина. (6)Только мы двинулись – из-за стены опять раздаётся тот же голос. (7)Теперь он читает – я узнаю с первых слов – монолог Чацкого из «Горя от ума». (8)Он читает всё так же певуче – ну совсем поёт! – но с гневом, с яростью оскорблённого чувства… (9)Не сговариваясь, мы выбегаем из-за стены: мы хотим увидеть того, кто прочитал, почти пропел нам эти отрывки из Пушкина и Грибоедова. (10)Мы выбежали – смотрим во все глаза: никого! (11)Ни Онегина, ни Чацкого… (12)Нет, впрочем, какой-то человек очень робко и застенчиво жмётся к тому обломку стены, из-за которой мы только что слушали чудный голос. (13)Это юноша лет шестнадцати-семнадцати, на нём старенькая, поношенная ученическая шинель, только пуговицы уже не форменные – значит, бывший ученик. (14)Мы идём к нему, всё еще заворожённые тем, что слышали; нам не верится, что невидимый чтец – этот нескладный парень в обшарпанной бывшей ученической шинели. (15)Но он смотрит на нас – у него прекрасные глаза, необычно удлинённые к вискам, с глубоким, умным взглядом, – и мы понимаем: да, это он сейчас читал! (16)Мы протягиваем ему свои пёстрые осенние букеты из листьев всех расцветок. (17)Юноша очень смущён. – (18)В-в-вы эт-то м-м-мне? (19)Ч-ч-что вы? (20)З-за что? (21)Очень странно слышать: тот же голос – и так сильно заикается! – (22)Нет, нет, пожалуйста, возьмите! – просим мы его хором. (23)Юноша застенчиво пожимает плечами. (24)Потом берёт наш букет и улыбается нам хорошей, дружелюбной улыбкой: – С-с-п-п-пасибо! (25)И, неловко поклонившись, он быстро уходит, прижимая к груди наши смешные букеты из листьев. (26)Вот его шинель мелькнула в густой щётке кустов калины, вот он уже спускается с горы – исчез из виду. (27)Теперь я знаю: юноша в затасканной ученической шинели был Илларион Певцов. (28)Он был тяжёлый и, как все считали, неизлечимый заика. (29)А он мечтал стать актёром! (30)И у него в самом деле был талант! (31)Он уходил за город, в лес, взбирался на горы; там он декламировал, читал монологи, отрывки из пьес. (32)Над ним насмехались, считали его полоумным. (33)Но он превозмог непреодолимое, он сделал невозможное: через пятнадцать – двадцать лет после этой нашей встречи с ним на Замковой горе он стал одним из самых замечательных русских актёров. (34)Бывали и у него срывы, полосы, когда он не мог играть, потому что лишался силы управлять своей речью и побеждать её недостаток. (35)И всё же он не отчаивался, у него не опускались руки! (36)Когда я думаю о людях сильной воли, сильной страсти к искусству, я всегда вспоминаю его – чудесного актёра Иллариона Певцова. (37)И мне приятно думать, что наши смешные попугайно-пёстрые букеты из осенних листьев были, может статься, первыми цветами, поднесёнными ему на трудном, но победном пути. (По А.Я. Бруштейн)

Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.

1) В предложениях 3-8 представлено повествование с элементами описания.
2) В предложениях 14-15 содержатся элементы описания.
3) Предложение 21 содержит ответы на вопросы, поставленные в предложениях 18-20.
4) Предложения 25 и 26 противопоставлены по содержанию.
5) Предложение 27 указывает на причину того, о чём говорится в предложении 28.

(1)Тот, кто любит искусство истинно, кто любит поэзию, литературу, не должен искусственно ограничивать себя только одной сферой и пребывать в полном равнодушии к музыке, танцу, изображению… (2)Людям свойственно всестороннее, гармоническое развитие интересов и вкусов. (3)И я даже как-то не представляю себе человека, который любил бы серьёзную музыку и оставался бы глух к поэзии Пушкина, Блока, Маяковского, никогда не читал бы Толстого, Чехова. (4)Или страстного знатока литературы, поэзии, который не бывал в Эрмитаже, Третьяковской галерее, в Русском музее. (5)Не очень поверю я в его любовь к стихам: стихи полны впечатлений от полотен великих художников, от ландшафтов России, от городов мира… (6)Где найти чудака, который изучает Шекспира, а в театре никогда не бывал? (7)Уж кто его любит, не пропустит «Гамлета» ни в театре, ни на экране! (8)Даже тот, кто не обладает активным музыкальным слухом, если он человек культурный по-настоящему, он ходит на концерты, слушает музыку в записи или по радио. (9)Как можно добровольно отказаться от величайших ценностей, накопленных человечеством? (10)Как можно без них правильно судить об искусстве и о его воздействии на людей? (11)По счастью, человек, развивший в себе способности воспринимать искусство, не ограничивает себя какой-то одной областью (если даже он профессионально работает в ней), а, наоборот, стремится как можно больше узнать и ощутить эту благотворную связь искусств между собой. (12)Разве наше представление о Пушкине ограничивается его сочинениями? (13)Нет! (14)Мы не можем назвать почти ни одного большого русского композитора, который не создал бы оперу на пушкинский текст, не положил бы на музыку пушкинские стихи. (15)Даргомыжский написал на текст Пушкина «Русалку»; Мусоргский – народную драму «Борис Годунов»; Римский-Корсаков – «Сказку о царе Салтане», «Моцарта и Сальери», «Золотого петушка»; Чайковский – «Онегина», «Пиковую даму», «Мазепу»; Рахманинов – «Алеко»; Глиэр – «Медного всадника»… (16)Пушкинские сюжеты в изобразительном искусстве составляют целую пушкиниану, которую начинают такие художники, как Брюллов, Репин, Врубель. (17)А какие вдохновенные иллюстрации к «Маленьким трагедиям» Пушкина создал выдающийся советский гравёр Владимир Фаворский! (18)И отличные иллюстрации к «Борису Годунову» – художник-график Евгений Кибрик. (19)А облик самого Пушкина! (20)Памятник работы скульптора Опекушина на Пушкинской площади в Москве. (21)Памятник в Санкт-Петербурге, созданный скульптором Аникушиным: вдохновенное изображение Пушкина в момент вдохновенного чтения стихов – разве это не продолжение пушкинской темы в искусстве? (22)А исполнение стихов Пушкина и его прозы… (23)Например, Игорь Владимирович Ильинский «рассказывает» «Золотого петушка» так, что пушкинская сказка начинает сверкать новыми красками – чистыми, звонкими, радует тонким юмором, остротой, сатирой на царей и их приближённых. (24)А разве воплощённый Шаляпиным образ Бориса Годунова в опере Мусоргского не продолжение Пушкина? (25)Или шаляпинский Мельник в «Русалке»? (26)А шаляпинский же Сальери?.. (27)Каждый, кого интересует не только отдельное произведение, но и совокупность впечатлений, которую составляет понятие «культура», каждый культурный человек стремится воспринять все грани искусства, все его сущности, или, как ещё говорят, ипостаси. (28)Знакомство с искусством, поэзией, литературой вызывает стремление не только воспринимать прекрасное, но и многое знать об этом прекрасном и о том, кем оно создано, как создано, когда. (29)Рождается желание глубоко постигнуть, осмыслить явления и сопоставить одно явление с другим. (30)Отсюда наш интерес к истории искусства, литературы, к биографии создателей гениальных творений, к процессу их творчества, к той эпохе, в которую они жили. (31)Разрозненные впечатления соединяются в общую картину культуры. (32)Каждому явлению отводится своё место. (33)И каждое явление оценивается не только само по себе, но и в сопоставлении с другими. (34)Значительное, великое мы научаемся отличать от пошлого и преходящего. (35)Великие творения слушаем, смотрим и перечитываем неоднократно. (36)И с каждым разом находим в творениях всё больше красот. (По И.Л. Андроникову)

Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.

1) В предложениях 2, 3 представлено описание.
2) В предложениях 6–8 представлено рассуждение.
3) В предложениях 9–11 представлено повествование.
4) Предложения 16 и 17 противопоставлены по содержанию.
5) Предложение 30 указывает на следствие того, о чём говорится в предложениях 28, 29.

(1)Счастливая, счастливая, невозвратимая пора детства! (2)Как не любить, не лелеять воспоминаний о ней? (3)Воспоминания эти освежают, возвышают мою душу и служат для меня источником лучших наслаждений… (4)Набегавшись досыта, сидишь, бывало, за чайным столом, на своём высоком креслице. (5)Уже поздно, давно выпил свою вечернюю чашку молока с сахаром, сон смыкает глаза, но не трогаешься с места, сидишь и слушаешь. (6)Maman говорит с кем-нибудь, и звуки голоса её так сладки, так приветливы. (7)Одни звуки эти так много говорят моему сердцу! (8)Отуманенными дремотой глазами я пристально смотрю на её лицо, и вдруг она сделалась вся маленькая, маленькая – лицо её не больше пуговки. (9)Но оно мне всё так же ясно видно: вижу, как она улыбнулась мне. (10)Мне нравится видеть её такой крошечной. (11)Я прищуриваю глаза ещё больше, и она делается ещё меньше. (12)Но я пошевелился – и очарование разрушилось. (13)Я суживаю глаза, поворачиваюсь, всячески стараюсь возобновить его, но напрасно. (14)Я встаю, с ногами забираюсь и уютно укладываюсь на кресло. – (15)Ты опять заснёшь, Николенька, – говорит мне maman, – ты бы лучше шёл наверх. – (16)Я не хочу спать, maman, – ответишь ей, и неясные, но сладкие грёзы наполняют воображение, здоровый детский сон смыкает веки, и через минуту забудешься и спишь до тех пор, пока не разбудят. (17)Чувствуешь, бывало, впросонках, что чья-то нежная рука трогает тебя; по одному прикосновению узнаёшь её и ещё во сне невольно схватишь эту руку и крепко, крепко прижмёшь её к губам. (18)Все уже разошлись; одна свеча горит в гостиной; maman сказала, что сама разбудит меня. (19)Это она присела на кресло, на котором я сплю, своей чудесной нежной ручкой провела по моим волосам, и над ухом моим звучит милый знакомый голос: «Вставай, моя душечка: пора идти спать». (20)Ничьи равнодушные взоры не стесняют её: она не боится излить на меня всю свою нежность и любовь. (21)Я не шевелюсь, но ещё крепче целую её руку. – (22)Вставай же, мой ангел. (23)Она другой рукой берёт меня за шею, и пальчики её быстро шевелятся и щекочут меня. (24)В комнате тихо, полутемно; мамаша сидит подле самого меня; я слышу её голос. (25)Всё это заставляет меня вскочить, обвить руками её шею, прижать голову к её груди. (26)Она ещё нежнее целует меня. (27)После этого, как, бывало, придёшь наверх и начнёшь укладываться в своем ваточном халатце, какое чудесное чувство испытываешь, говоря: «Люблю папеньку и маменьку». (28)Помню, завернёшься, бывало, в одеяльце; на душе легко, светло и отрадно; одни мечты гонят другие, но о чём они? (29)Они неуловимы, но исполнены чистой любовью и надеждами на светлое счастие. (30)Вспомнишь любимую фарфоровую игрушку – зайчика или собачку – уткнёшь её в угол пуховой подушки и любуешься, как хорошо, тепло и уютно ей там лежать. (31)Ещё подумаешь о том, чтобы было счастие всем, чтобы все были довольны и чтобы завтра была хорошая погода для гулянья, повернёшься на другой бок, мысли и мечты перепутаются, и уснёшь тихо, спокойно. (32)Вернутся ли когда-нибудь та свежесть, беззаботность, потребность любви и сила веры, которыми обладаешь в детстве? (33)Какое время может быть лучше того, когда две лучшие добродетели – невинная весёлость и беспредельная потребность любви – были единственными побуждениями в жизни? (По Л.Н. Толстому)

Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.

1) В предложениях 1–3 представлено рассуждение.
2) Предложение 8 содержит элементы описания.
3) В предложениях 12–14 представлено повествование.
4) Предложение 25 называет причину того, о чём говорится в предложении 24.
5) В предложениях 32, 33 представлено повествование.

(1) Было бы относительно просто, если бы можно было врага определять, скажем, в виде ядерного реактора или в виде ядерной энергетики. (2)Но это не так. (3)И даже если мы откажемся от этого технического способа и заменим его другим — то не будет о’кей. (4)Будет хуже. (5)Вот ведь какая вещь. (6)Потому что враг не в технике. (7)Не в типе самолета, не в типе реактора атомного, не в виде энергетики. (8)Если крупномасштабно смотреть на эту проблему, основной враг — это сам способ создания и проведения энергетических или технических процессов, зависящих от человека. (9)Самое важное — человеческий фактор. (10)Если раньше мы смотрели на технику безопасности как на способ защиты человека от воздействия на него машин или каких-то вредных факторов, то сейчас возникла другая ситуация. (11)Сегодня нужно технику защищать от человека. (12)В самом деле, от человека, в руках которого сосредоточены потрясающие мощности. (13)Защищать от человека в любом смысле: от ошибок конструктора, от ошибок проектанта, от ошибок оператора, ведущего этот процесс. (14)А это уже совсем иная философия. (15)Невозможно, неправильно и глупо отказываться от достижений человеческого гения. (16)Отказываться от развития атомной энергетики, химической промышленности или еще от чего-то. (17)Это не нужно. (18)А нужно сделать две вещи: во-первых, правильно понимать воздействие таких серьезных новых машин и видов техники на окружающую среду и, во-вторых, разработать систему взаимодействия человека с машиной. (19)Это проблема не лично человека, работающего с такой машиной, а это гораздо более общая и важная проблема. (20)Ведь при таком взаимодействии могут возникнуть серьезные катастрофы, неприятности от недосмотра, глупости, от неправильных действий. (21)Сейчас нам нужно отыскать оптимум системы… (22)При этом надо создавать защитные барьеры, насколько это возможно, и на случай, когда и человек будет ошибаться, и машины окажутся ненадежными… (23)Все мы видим, как говорится, невооруженным глазом, что на всех этапах создания техники у нас есть некоторая недоработанность, неряшливость, что ли. (24)На всех этапах от создания до эксплуатации… (25)Я все время думаю: почему это происходит? (26)И, знаете, прихожу к парадоксальному выводу…: что это оттого, что мы сильно увлеклись техникой. (27)Прагматически, голой техникой. (28)Это охватывает многие вопросы, не только безопасности. (29)Давайте задумаемся: почему в те времена, когда мы были гораздо беднее и была гораздо более сложная обстановка, почему сумели за исторически ничтожный срок в 30-е, 40-е, 50-е годы — поразить весь мир темпом создания новых видов техники и качеством славились ?.. (30)Что же случилось, почему ? (31)Первая попытка — объяснить это какими-то субъективными, организационными факторами. (32)Но это не очень серьезно. (33)Мы могучий народ, и огромный у нас потенциал заложен. (34)И каждый руководитель, и каждая организационная система на каком-то историческом отрезке использовала и удачные решения, и провальные, но не могли же они так сильно повлиять. (35)И я пришел к такому парадоксальному выводу: та техника, которой наш народ гордится, которая финишировала полетом Гагарина, была создана людьми, стоявшими на плечах Толстого и Достоевского… (36)Люди, создававшие тогда технику, были воспитаны на величайших гуманитарных идеях. (37)На прекрасной литературе. (38)На высоком искусстве. (39)На прекрасном и правильном нравственном чувстве. (40)И на яркой политической идее построения нового общества, на той идее, что это общество является самым передовым. (41)Это высокое нравственное чувство было заложено во всем: в отношении их друг с другом, отношении к человеку, к технике, к своим обязанностям. (42)Все это было заложено в воспитании тех людей. (43)И техника была для них лишь способом выражения нравственных качеств, заложенных в них. (44)Они выражали свою мораль в технике. (45)Относились к создаваемой и эксплуатируемой технике так, как их учили относиться ко всему в жизни Пушкин, Толстой, Чехов. (46)А вот в следующих поколениях, пришедших на смену, многие инженеры стоят на плечах «технарей», видят только техническую сторону дела. (47)Но если кто-то воспитан только на технических идеях, он может лишь тиражировать технику, совершенствовать ее, но не может создавать нечто качественно новое, ответственное. (48)Мне кажется, что общим ключом ко всему происходящему является то, что долгое время игнорировалась роль нравственного начала — роль истории нашей культуры — а ведь это одна цепочка. (49)Все это, собственно, и привело к тому, что часть людей на своих постах могла поступать недостаточно ответственно. (50)Но даже один, плохо работая, создает в цепочке слабое звено, и она рвется… (51)Низкий технический уровень, низкий уровень ответственности этих людей — это не причина, а следствие. (52)Следствие их низкого нравственного уровня. (53)Обычно понимают так: ага, безнравственный человек — это тот, который позволяет себе брать взятки, например. (54)Но это крайний случай. (55)А разве нравствен человек, который не хочет свой чертеж сделать лучше, не хочет сидеть по ночам, мучиться, не хочет искать более совершенные решения ? (56)Человек, который говорит: «Зачем напрягаться, если можно сделать такое решение, которое профессионально вроде бы кажется нормальным, хотя не является оптимальным, не является наилучшим». (57)И вот начался процесс распространения технической отсталости. (58)Мы ни с чем не справимся, если не восстановим нравственного отношения к выполняемой работе , какой бы она ни была, медицинская или химическая, или реакторная работа, или биологическая. (59)Надо восстановить чувство ответственности, критичности, чувство нового… (60)А как это сделать ? (61)Увеличивать или уменьшать долю тех или иных предметов? (62)Я не знаю. (63)Но я уверен, что в школу надо приводить интересных людей. (64)Ведь Россия всегда была сильна тем, что учитель — это человек, который в нравственном отношении чаще всего является идеалом для своих учеников. (65)И еще хочу сказать о неделимости общей и технической культуры. (66)Это неделимые вещи. (67)Если вы кусок какой-то изымаете, связанный с историей нашего отечества или с нашей литературой, если вы к чему-нибудь ослабили внимание — это обязательно бумерангом вернется в силу неделимости культуры. (68)В равной степени нельзя все отдать литературе и искусству и забыть про технику. (69)Мы тогда станем беспомощным обществом. (70)Возникает естественный вопрос, вопрос гармонии. (По В.А. Легасову)

Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.

1) Предложение 6 указывает на причину того, о чем говорится в предложении 3.
2) В предложении 56 содержится ответ на вопрос, сформулированный в предложении 55
3) В предложениях 48-52 представлено рассуждение.
4) В предложениях 41-47 представлено повествование.
5) Предложение 13 раскрывает, поясняет содержание предложения 11.

«А мне наплевать!...» (1)Определить культуру человека можно по одному признаку: на что ему наплевать, что его трогает. (2)Жизнь каждого человека проходит в неких изолированных кругах. (3)Один живет в маленьком кружке, другой – в круге побольше, третий – в еще большем. (4)Величина нашего круга определяется многими признаками: что вам любопытно, что вы знаете, что вас интересует и – еще один и очень важный – что вам больно? (5)Одному, например, больно, когда его ударяют, а другой на это скажет: ну, это не опасно, лишь бы не убили. (6)Круг побольше, когда человек на оскорбление отвечал дуэлью и говорил, что оскорбление хуже, чем смерть: смерть не может унизить человека, а оскорбления я не перенесу. (7)Другой скажет: я не перенесу оскорбления людей, которых я люблю; я не дам обижать моих детей, не дам оскорблять свою мать, но вот чужого человека... (8)Помните, как у Гоголя: "чего не зрят равнодушные очи?" (9)Когда больно от чужой боли, это и есть самый большой круг, круг культурного человека. (10)Конечно, нельзя сделать так: я сегодня проснулся, захотел стать культурным человеком и начал сочувствовать униженным и оскорбленным. (11)Так не бывает, и самые добрые намерения здесь не помогут. (12)Надо вырабатывать душу. (13)Есть много признаков, отличающих человека от животного. (14)Я не к тому, что человек умный, а животное глупое. (15)Животное совсем не глупое. (16)Животное обладает большим умом, но его ум всегда связан с определенной ситуацией. (17)Знаете выражение: "Как баран перед новыми воротами". (18)Это не значит, что баран – глупое животное. (19)Баран обладает высоким уровнем интеллекта. (20)Но его интеллект прикован к определенной ситуации, он теряется. (21)А человек всегда находится в непредвиденной ситуации. (22)И тут у него только две ноги: интеллект и совесть. (23)Как совесть без развитого интеллекта слепа, но не опасна, так опасен интеллект без совести. (По Ю. Лотману)

Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.

1) В предложениях 13-16 представлено описание.
2) В предложениях 16-23 содержится рассуждение.
3) Предложение 9 содержит ответ на вопрос, сформулированный в предложении 8.
4) Предложения 15-21 поясняют, раскрывают содержание предложений 13-14.
5) Предложение 16 противопоставлено по содержанию предложению 15.

(1)Добрый глаз редок. (2)Дурной глаз в каждом доме найдется. (3)Мне говорили, что Станиславский заставляет своих учеников: "Умейте в каждой вещи найти не худшее, но лучшее". (4)Чуткий художник видит, что огромное большинство из нас с наслаждением служит культу худшего, не умея подойти ко всему, что радость приносит. (5)С великим рвением мы готовы произносить хулу перед тем, что нам не любо. (6)Какое долгое время мы готовы проводить около того, что нам показалось отвратительным. (7)Встреча с нелюбимым порождает яркие слова, блестящие сравнения. (8)И быстры тогда наши речи, и сильны движения. (9)И горят глаза наши. (10)Но зато как медленно-скучны бывают слова ласки и одобрения. (11)Как страшимся мы найти и признать. (12)Самый запас добрых слов становится бедным и обычным. (13)И потухают глаза. (14)Удалось испытать одного любителя живописи. (15)За ним ходил с часами и незаметно замечал время, проводимое им около картин. (16)Оказалось, около картин осужденных было проведено времени с лишком вдвое больше, нежели около вещей ободренных. (17)Не было потребности смотреть на то, что, казалось, доставило радость; нужно было потратить время на осуждение. (18)- "Теперь знаю, чем вас удержать. (19) - Надо окружить вас вещами ненавистными". (20)Если что показалось плохим, - значит, оно не достойно обсуждения. (21)Жизнь слишком красива, слишком велика, чтобы загрязнять себя зрелищем недостойным. (22)Слишком много радостного, много заслуживающего отметки внимания. (23)Но надо знать бодрость и радость. (24)Надо знать, что нашему "я" ничто не может вредить. (25)Останавливаясь перед плохим, мы у себя отнимаем минуту радости. (26)Удерживаем себя вместо шага вперед. (27)Учиться радости, учиться видеть лишь бодрое и красивое! (28)Если мы загрязнили глаза и слова наши, то надо учиться их очистить. (29)Строго себя удержать от общения с тем, что не полюбилось. (30)И у нас жизнь разрастется. (31)И нам недосуг станет всматриваться в ненавистное. (32)Отойдет ликование злобы. (33)И у нас откроется глаз добрый. (По Н.Рериху)

Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.

1) Предложение 19 раскрывает, поясняет содержание предложения 18.
2) В предложениях 20-26 представлено рассуждение.
3) Предложение 13 указывает на причину того, о чем говорится в предложении 12.
4) Предложение 2 противопоставлено по содержанию предложению 1.
5) В предложения- 14-16 представлено рассуждение.