Открытый банк заданий ЕГЭ

(1)Ялтинская дача Чехова стояла почти за городом, глубоко под белой и пыльной аутской дорогой. (2)Не знаю, кто её строил, но она была, пожалуй, самым оригинальным зданием в Ялте. (3)Вся белая, чистая, лёгкая, красиво несимметричная, построенная вне какого-нибудь определённого архитектурного стиля, с вышкой в виде башни с неожиданными выступами, со стеклянной верандой внизу и с открытой террасой вверху, с разбросанными то широкими, то узкими окнами, — она походила бы на здания в стиле модерн, если бы её плане не чувствовалась чья-то внимательная и оригинальная мысль, чей-то своеобразный вкус. (4)Дача стояла в углу сада, окружённая цветником... (5)Цветничок был маленький, далеко не пышный, а фруктовый сад ещё очень молодой. (6)Росли в нём груши и яблони-дички, абрикосы, персики, миндаль. (7)В последние годы сад уже начал приносить кое-какие плоды, доставляя Антон Павловичу много забот и трогательного, какого-то детского удовольствия. (8)Когда наступало время сборы миндальных орехов, то их снимали и в чеховском саду. (9)Лежали они обыкновенно маленькой горкой в гостиной на подоконнике... (10)Антон Павлович с особенной, ревнивой любовью относился к своему саду. (11)Многие видели, как он иногда по утрам, сидя на корточках, заботливо обмазывал серой стволы роз или выдёргивал сорные травы из клумб. (12)А какое бывало торжество, когда среди летней засухи наконец шёл дождь, наполнявший водой запасные глиняные цистерны! (13)Но не чувство собственника сказывалось в этой хлопотливой любви, а другое более мощное и мудрое сознание. (14)Как часто говорил он, глядя на свой сад, прищуренными глазами: — Послушайте, при мне здесь посажено каждое дерево. (15)И, конечно, мне это дорого. (16)Но и не это важно. (17)Ведь здесь же до меня был пустырь и нелепый овраг, все в камнях и в чертополохе. (18)А я вот пришёл и сделал из этой дичи культурное, красивое место. (19)Знаете ли? — прибавлял он вдруг с серьёзным лицом, тоном глубокой веры. — (20)Знаете ли, через триста-четыреста лет вся земля обратится в цветущий сад. (21)И жизнь будет тогда необыкновенно легка и удобна. (22)Эта мысль о красоте грядущей жизни, так ласково, печально и прекрасно отозвавшаяся во всех его последних произведениях, была и в жизни одной из самых его задушевных, наиболее лелеемых мыслей. (23)Как часто, должно быть, думал он о будущем счастье человечества, когда по утрам, один, молчаливо подрезал свои розы, ещё влажные от росы, или внимательно осматривал раненный ветром молодой побег. (24)И сколько было в этой мысли кроткого, мудрого и покорного самозабвения! (25)Нет, это не была заочная жажда существования, идущая от ненасытимого человеческого сердца и цепляющаяся за жизнь, это не было ни жадное любопытство к тому, что будет после него, ни завистливая ревность к далёким поколениям. (26)Это была тоска исключительно тонкой, прелестной и чувствительной души, непомерно страдавшей от пошлости, грубости, скуки, праздности, насилия, дикости — от всего ужаса и темноты современных будней. (27)И потому-то под конец его жизни, когда пришла к нему огромная слава, и сравнительная обеспеченность, и преданная любовь к нему всего, что было в русском обществе умного, талантливого и честного, он не замкнулся в недостижимости холодного величия, не впал в пророческое учительство, не ушёл в ядовитую и мелочную вражду к чужой известности. (28)Нет, вся сумма его большого и тяжёлого житейского опыта, все его огорчения, скорби, радости и разочарования выразились в этой прекрасной, тоскливой, самоотверженной мечте о грядущем, близком, хотя и чужом счастье. — (29)Как хороша будет жизнь через триста лет! (30)И потому-то он с одинаковой любовью ухаживал за цветами, точно видя в них символ будущей красоты, и следил за новыми путями, пролагаемыми человеческим умом и знанием. (31)Он с удовольствием глядел на новые здания оригинальной постройки и на большие морские пароходы, интересовался всяким последним изобретением в области техники и не скучал в обществе специалистов. (32)Он с твёрдым убеждением говорил о том, что преступления вроде убийства, воровства и прелюбодеяния совершаются всё реже, почти исчезают в настоящем интеллектном обществе, в среде учителей, докторов, писателей. (33)Он верил в то, что грядущая, истинная культура облагородит человечество.

В предложениях 30–33 найдите слово со значением «своеобразный, необычный». Выпишите это слово.

(1)Тётя Полли и Гильдегарда взяли крошечный карманный фонарик с рефлектором (для осмотра горла), флакон с какой-то жидкостью и записную книжку и ушли. (2)Отец предлагал им провожатого, но они не взяли и сказали, что надо зайти подряд в каждую избу. (3)До вечера было сделано множество вещей: в риге1 было настлано двадцать семь постелей из сухой костры2 и на них уложили соответственно число больных людей, освободив крестьянские избы. (4)При этой «эвакуации» насилий не было, но имели место энергия и настойчивость обеих женщин, которые сами при этом работали в поте лица и не пришли обедать до тёмного вечера. (5)Матушка долго и напрасно ждала их и сердилась. (6)Обед весь перестоялся и был испорчен. (7)Отец стыдился покинуть тётя и англичанку одних с больными мужиками и бабами и тоже оставался в риге: он помогал им раскладывать больных и защищать их от сквозного ветра в импровизированном для них бараке. (8)Отец, тётя Полли и Гильдегарда пришли в дом, когда уже был вечер, и ели скоро и с аппетитом, а говорили мало. (9)На лицах у обеих женщин как будто отпечаталось то выражение, какое они получили в ту минуту, когда тётя проговорила: — Это ужасно: круглый голод — голод ума, сердца и души... (10)И тогда уже — полный голод! (11)Ни тётя Полли, ни Гильдегарда не были теперь разговорчивы, даже отвечали суховато, как бы неохотно. (12)Мать им сказала: — Извините за обед... (13)Он весь перешёл — вы сами виноваты, что дотянули обед до звезды. (14)Гильдегарда её, кажется, не поняла; но тётя, разумеется, поняла, но небрежно ответила: — До звезды!.. (15)Ах да, и ты права: мы в самом деле очень любим звёзды... их видеть так отрадно. (16)Там ведь, без сомнения, живут другие существа у которых, может быть, нет столько грубых нужд, как у нас, и потому они, должны быть, против нас лучше, чище, менее самолюбивы и более сострадательны и добры... — (17)Но ведь это фантазия, — заметила мама. (18)Тётя ей не отвечала. — (19)Притом мы все очень грешны — зачем нам мечтать так высоко! — молвили мать, конечно же, без всякого намёка для тёти. (20)Тётя её слышала и произнесла тихо: — Надо подниматься. — (21)Да ведь как это сказать... (22)Матушка, кажется, побоялась сбиться с линии, а тётя ничего более не говорила: она озабоченно копошилась, отыскивая что-то в своём дорожном бауле а Гильдегарда в это время достала из тёмного кожаного футляра что-то такое, что я принял за ручную аптечку, и перешла с этим к окну, в которое смотрелось небо усеянное звёздами. (23)Мама вышла. (24)Тётя закрыла баул, подошла к столу, на котором горели две свечки, и обе их потушила, и потом подошла к англичанке и тихо её обняла. (25)Они минуту стояли молча, и вдруг по комнате понеслись какие-то прекрасные и до сей поры никому из нас не знакомые звуки. (26)То, что я принял за ручку аптечку, была концертной, в её тогдашней примитивной форме, но звуки её были полны и гармоничны, и под их аккомпанемент Гильдегарда и тётя запели тихую песнь — англичанка пела густым контральто, а тётя Полли высоким фальцетом. (27)Я был поражён тихой гармонией этих стройных звуков, так неожиданно наполнивших дом наш, а простой смысл дружественных слов песни пленки моё понимание. (28)Я почувствовал необыкновенно полную радость оттого, что всякий человек сейчас же может вступить в настроение, для которого нет расторгающего значения времени и пространства. (29)О, какая это была минута! (30)Я уткнулся лицом в спинку мягкого кресла и плакал впервые слезами неведомого мне до сей поры счастья, и это довело меня до такого возбуждения, что мне казалось, будто комната наполняется удивительным тихим светом и свет этот плывёт сюда прямо со звёзд, пролетает в окно, у которого поют две пожилые женщины, и затем озаряет внутри меня моё сердце, а в то же время все мы — и голодные мужики, и вся земля — несёмся куда-то навстречу мирам... (31)Этот вечер, который я вспоминаю теперь, когда голова моя значительно укрыта снегом житейской зимы, кажется, оказал влияние на всю мою жизнь.

Из предложений 8–18 выпишите слово со значением «радостно, приятно».

(1)Однажды вечером, подготовляясь к завтрашнему уроку по проклятой фортификации, Александров громко и злобно чертыхнулся: — Нет, когда же я, чёрт побери, освоюсь с этой фортификационной путаницей, да будут прокляты и она, и полковник Колосов. (2)Сосед его по койке, скромный, тихий, благословительный Прибиль, сказал сочувственно: — Послушайте-ка, друг Александров, че сердитесь на то, что я ввязываюсь не в свое дело. (3)Я уже давно замечаю, что у вас постоянные недоразумения с фортификацией. (4)Мне кажется, что я мог вам немножко помочь, если вы, конечно, позволите. (5)Всё дело в сущем пустяке, который можно в одну минуту удалить. (6)Вот, например, мой портсигар. (7)Предположим, что он вам очень понравился и вам хочется заказать мастеру совершенно точно такой же. (8)Что вы для этого делаете? (9)Вы приходите к мастеру и говорите: «Любезный мастер, сделайте мне хороший портсигар из карельской берёзы, шести дюймов в длину, четырёх в ширину и двух в толщину». (10)На так ли? (11)Для того чтобы заказ лучше удержался в его памяти, вы можете взять мистик бумаги, карандаш и линейку и начертить все размеры. (12)Ведь не придёт же вам в голову написать этот портсигар для мастера на полотне масляными красками, хотя вы и отличный художник? (13)Вы смотрите на фортификационные чертежи как на стереометрию, а они только планируется. (14)На другой же день, во время очередной репетиции, Александров дал своим сокурсникам небольшое представление. — (15)Александров! — вызвал его своим бесцветным голосом полковник, у которого и глаза, и перо, казалось, уже готовились поставить привычную единицу, — потрудитесь начертить двойной траверс и указать все его размеры. (16)Александров подошёл к доске, вынул из кармана тщательно очищённый по колоссовской манере мелок, завёрнутый аккуратно в чистую белую бумагу, и совершенно колоссовским, стеклянным голосом громко объявил: — Двойной траверс. (17)Он чертил замечательно скоро и уверенно. (18)Окончив чертёж и подписал все цифры, Александров со спокойной отчётливостью назвал все линии и все размеры, не произнося ни одного лишнего слова, не сделав ни одного ненужного движения, спрятал мелок в карман и по-строевому вытянулся, глядя в холодные глаза полковника. (19)Колоссов помолчал. (20)Впервые юнкера увидели на его каменном лице что-то похожее на удивление. (21) Гм. (22) Теперь вы меня поставили в очень неудобное положение. (23) Поставить вам двенадцать я не могу, ибо это знак абсолютного совершенства, какого в мире не существует. (24) Одиннадцать — это самый высший балл, на который знаю фортификацию только я. (25) Поэтому не обижайтесь, что на этот раз я поставлю вам только десять. (26) Можете сесть. (27) Это была большая победа, окрылившая Александрова. (28) После неё он сделался лучшим фортификатором во всём училище и всегда говорил, что фортификация — простейшая из военных наук.

Из предложений 12, 13 выпишите один фразеологизм.

(1) Об этом человеке носились странные слухи: говорили, что он был нелюдим, ни с кем не знался, вечно сидел один, занимаясь химией, проводил жизнь за микроскопом, читал даже за обедом и ненавидел женское общество. (2) Он не сказано в «Горе от ума»: — Он химик, он ботаник, Князь Фёдор, наш племянник, От женщин бегнет и даже от меня. (3) Мои родственники называли его незначительным как Химик, придавая этому слову порицательный смысл и подразумевая, что химия вовсе не может быть занятием порядочного человека. (4) С самого начала нашего знакомства Химик увидел, что я серьёзно занимаюсь, и стал уговаривать, чтоб я бросил «пустые» занятия литературой, а принялся бы за естественные науки. (5) Он дал мне речь Кювьё о геологических переворотах и де Кандёлеву растительную организацию. (6) Видя, что чтение идёт на пользу, он предложил свои превосходные собрания, снаряды, гербарии и даже своё руководство. (7) Он на своей почве был очень занимателен, чрезвычайно учён, остёр и даже любезен; но для этого не надобно было ходить дальше обезьян; от камней до орангутанга его всё интересовало, далее он неохотно пускался, особенно в философию, которую считал болтовнёй. (8) Он не был ни консерватором, ни отсталым человеком, он просто не верил в людей, то есть верил, что эгоизм — исключительное начало всех действий, и находил, что его сдерживает только безумие одних и невежество других. (9) Меня возмущал его материализм. (10) Поверхностный и со страхом пополам вольтерианизм наших отцов нисколько не был похож на материализм Химика. (11) Его взгляд отличался спокойствием, последовательностью, завершённостью и напоминал известный ответ Лаланда Наполеону. (12) «Кант принимает гипотезу Бога», — сказал ему Бонапарт. (13) «Государь, — возразил астроном, — мне в моих занятиях никогда не случалось нуждаться в этой гипотезе». (14) Взгляд его становился ещё безотраднее во всех жизненных вопросах. (15) Он находил, что на человеке так же мало лежит ответственности за добро и зло, как на звере; что всё — дело организации, обстоятельств и вообще устройства нервной системы, от которой больше ждут, нежели она в состоянии дать. (16) Семейную жизнь он не любил, говорил с ужасом о браке и наивно признавался, что он прожил тридцать лет, не любя ни одной женщины. (17) Впрочем, одна тёплая струйка в этом охлаждённом человеке ещё оставалась, она была видна в его отношениях к старушке матери; они много страдали вместе от отца, бедствия сильно сплавили их; он трогательно окружал одинокую и болезненную старость её, насколько умел, покоем и вниманием. (18)Теорий своих, кроме химических, он никогда не проповедовал, они высказывались случайно, вызывались мною. (19)Он даже нехотя отвечал на мои романтические и философские возражения; его ответы были коротки, он их делал улыбаясь и с той деликатностью, с которой большой старый мастиф играет со шпицем, позволяя ему себя перебить и только легко отгоняя лапой. (20)Но это-то меня и дразнило всего больше, и я неутомимо возвращался к разговору, не выигрывая, впрочем, ни одного пальца почвы. (21)Впоследствии, то есть лет через двенадцать, я много раз поминал Химика так, как поминал замечания моего отца; разумеется, он был прав в трёх четвертях всего, на что я возражал. (22)Но ведь и я был прав. (23)Есть истины, которые, как политические права, не передаются раньше известного возраста. (24)Влияние Химика заставило меня избрать физико-математическое отделение; может, ещё лучше было бы вступить в медицинское, но беды большой в том нет, что я сперва посредственно выучил, потом основательно забыл дифференциальные и интегральные исчисления. (25)Без естественных наук нет спасения современному человеку, без этой здоровой пищи, без этого строгого воспитания мысли фактами, без этой близости к окружающей нас жизни, без смирения перед её независимостью — где-нибудь в душе остаётся монашеская келья и в ней мистическое зерно, которое может разлиться тёмной водой по всему разумению.

Из предложения 17 выпишите контекстные антонимы (антонимическую пару).

(1)Ты часто жаловался мне, что тебя «не понимают!». (2)На это даже Гёте и Ньютон не жаловались... (3)Тебя отлично понимают... (4)Если же ты сам себя не понимаешь, то это не вина других. (5)Уверяю тебя, что, как брат и близкий тебе человек, я тебя понимаю и от всей души тебе сочувствую. (6)Все твои хорошие качества я знаю как свои пять пальцев, ценю их и отношусь к ним с самым глубоким уважением. (7)Я, если хочешь, в доказательство того, что понимаю тебя, могу даже перечислить эти качества. (8)По-моему, ты добр до традиционности, великодушен, не зоист, делишься последней копейкой, искренен. (9)Ты чужд зависти и ненависти, простодушен, жалеешь людей и животных, нежели, неспомнят, доверчив. (10)Ты одарён тем, чего нет у других: у тебя талант. (11)Этот талант ставит тебя выше миллионов людей, ибо на земле один художник приходится только на два миллиона.(12)Талант ставит тебя в обособленное положение: будь ты жабой или тарантулом, то и тогда бы тебя уважали, ибо таланту всё прощается. (13)Недостаток же у тебя только один. (14)В нём и твоя ложная почва, и твоё горе. (15)Это твоя крайняя невоспитанность. (16)Извини, пожалуйста. (17)Дело в том, что жизнь имеет свои условия. (18)Чтобы чувствовать себя в своей тарелке в интеллигентной среде, чтобы не быть среди неё чужим и самому не тяготиться ею, нужно быть известным образом воспитанным. (19)Воспитанные люди, по моему мнению, такие. (20)Они уважают человеческую личность, а потому всегда снисходительны, мягки, вежливы, уступчивы. (21)Живя с кем-нибудь, они не делают из этого одолжения, а уходя, не говорят: «С вами жить нельзя!» (22)Они прощают и шум, и холод, и пережаренное мясо, и остроты, и присутствие в их жилье посторонних. (23)Они сострадательны не к одним только нищим и кошкам. (24)Они болеют душой и от того, чего не увидишь простым глазом. (25)Они уважают чужую собственность, а потому и платят долги. (26)Они чистосердечны и боятся лжи как огня. (27)Не лгут они даже в пустяках. (28)Ложь оскорбительна для слушателя и оплошает в его глазах говорящего. (29)Они не рисуются, держат себя на улице так же, как дома, не пускают пыли. в глаза меньшей братии. (30)Они неболтливы и не лезут с откровенностями, когда их не спрашивают. (31)Из уважения к чужим ушам они чаще молчат. (32)Они не уничижают себя с той целью, чтобы вызвать в другом сочувствие и стремление помочь. (33)Они не играют на струнах чужих душ, чтоб в ответ им вздыхали и нянчились с ними. (34)Они не говорят: «Меня не понимают!» (35)Они не суетны. (36)Их не занимают такие фальшивые бриллианты, как знакомство со знаменитостями. (37)Если они имеют в себе талант, то уважают его. (38)Они жертвуют для него покоем, женщинами, вином, суетой. (39)Таковы воспитанные. (40)Чтобы воспитаться и не стоять ниже уровня среды, в которую попал, недостаточно прочесть Пиквика и вызубрить монолог из Фауста. (41)Тут нужны беспрерывный дневной и ночной труд, вечное чтение, штудировка, воля. (42)Тут дорог каждый час.

Из предложений 5–11 выпишите разговорное устаревшее слово со значением «излишняя мягкость, слабоволие».

(1) В тот день с утра раннего первый турист припожаловал: трое мужиков да с ними две бабёнок. (2) Местный лесник Егор Полушкин этих мужиков по мастям сразу распределил: сивый, лысый да плешивый. (3) И бабёнок соответственно: рыжая и пегая. (4) Бабёнки возле мешков своих щебетали, а Колька, сын Егора, рядом вертелся. (5) В школе занятия закончились, так он иногда сюда заглядывал, отцу помогал. (6) Егор с сыном на пристань выскочил, быстренько мешки погрузили. (7) Потом туристы расселись, Колька — он на носу устроился — от пристани оттолкнулся, Егор завёл «Ветерок», и лодка ходко побежала к дальнему лесистому берегу. (8) Туристы калякали о том, что волохоранилище новое и рыбы тут особой быть не может. (9) До Егора иногда долетали их слова, но значения им он не придавал, всецело поглощённый ответственным заданием. (10) Да и какое было ему дело до чужих людей, сбежавших в тишину, и покой на считанные денёчки! (11) Он своё дело знал: доставить, куда прикажут, помочь устроиться и отчалить, только когда отпустят. (12) К обрывчику — распорядился сивый. — (13) Произведём небольшую разведочку. (14) Егор с сыном помогли туристам перетащить пожитки на облюбованное под лагерь место. (15) Это была весёлая полянка, прикрытая разросшимся ельничком. (16) Здесь туристы быстро поставили просторную ярко-жёлтую палатку на алюминиевых опорах, с пологом и навесом, поручили Егору приготовить место для костра, а Кольке позволили надуть резиновые матрасы. (17) Егор, получив от плешивого топорик, ушёл в лесок нарубить сушняка. (18) Прекрасное место! — щебетала пегая. — (19) Божественный воздух! (20) Когда Колька осилил последний матрас, заткнул дырочку пробкой и маленько отдышался, тягька его из ельника выломился. (21) Ель сухую на дрова приволок и сказал: — Местенко-то мы не очень-то ласковое выбрали, граждане милые. (22) Муравейник тут за ельничком: беспокоить мураши-то будут. (23) Надо бы перебраться куда. (24) А большой муравейник-то? — спросил сивый. (25) А с погреб, — сказал Егор. — (26) Крепкое семейство, хозяйственное. (27) Как интересно! — сказала рыжая. — (28) Покажите, пожалуйста, где он. (29) Это можно, — сказал Егор. (30) Все пошли муравейник смотреть, и Колька тоже: на ходу отдышался куда как легче. (31) Только за первые ёлочки заглянули: гора. (32) Что там погреб — с добрую баньку. (33) Метра два с гаком. (34)Небоскрёб! — сказал плешивый. — (35)Чудо природы. (36)Муравьёв кругом бегало — не счесть. (37)Крупные муравьи: черноголовки. (38)Такой тянет — сразу подскочишь, и Колька (боском ведь) на всякий случай подальше держался. — (39)Вот какое беспокойство вам будет, — сказал Егор. — (40)А там подальше чуть — ещё полночка имеется, я наглядел. (41)Давайте поспокойно с пожитками-то: и вам покойно, и им привычно. — (42)Для ревматизма они полезные, муравьи-то, — задумчиво сказал плешивый. — (43)Вот если у кого ревматизм... — (44)Ой! — взвилась пегая. — (45)Кусаются, проклятые!.. — (46)Дух чуют, — сказал Егор. — (47)Они мужики самостоятельные. — (48)Да, — вздохнул лысый. — (49)Неприятное соседство. (50)Обидно. — (51)Чепуха! — Сивый махнул рукой. — (52)Покорим! (53)Тебя как звать-то, Егором? (54)Одолжи-ка нам бензинчику, Егор. (55)Банка есть? (56)Не сообразил Егор, зачем бензинчик-то понадобился, но принёс: банка нашлась. (57)Принёс, подал символ: — Вот. — (58)Молоток мужик, — сказал сивый. — (59)Учтём твою сообразительность. (60)А ну-ка отойдите подальше. (61)И плеснул всю банку на муравейник. (62)Плеснул, чиркнул спичкой — ракетой взвилось пламя. (63)Завыло, загудело, вмиг обняв весь огромный муравьиный дом.(64)Заметались черноголовки, скрючиваясь от невыносимого жара, затрещала сухая хвоя, и даже старая ель, десятки лет прикрывавшая лапами муравьиное государство, качнулась и затрепетала от взмывшего в поднебесье раскалённого воздуха. (65)А Егор с Колькой молча стояли рядом. (66)Загораживаясь от жара руками, глядели, как корчились, сгорая, муравьи, как упорно не разбегались они, а, наоборот, презирая смерть, упрямо лезли и лезли в самое пекло в тщетной надежде спасти хоть одну личинку. (67)Смотрели, как тает на глазах гигантское сооружение, терпеливый труд миллионов крохотных существ, как заживается от жара хвоя на старой ели и как со всех сторон бегут к костру тысячи муравьёв, отважно бросаясь в него. — (68)Фейерверк! — восхитилась пегая. — (69)Салют победы! — (70)Вот и все дела, — усмехнулся сивый. — (71)Человек — царь природы. (72)Верно, малец? — (73)Царь?.. — растерянно переспросил Колька. — (74)Царь, малец. (75)Покоритель и завоеватель. (76)Муравейник догорал, оседая серым, мёртвым пеплом. (77)Лысый пошевелил его палкой, огонь вспыхнул ещё раз, и всё было кончено. (78)Не успевшее погибнуть население растерянно металось вокруг пожарища. — (79)Отвоевали место под солнцем, — пояснил лысый. — (80)Теперь никто нам не помешает, никто нас не побеспокоит. (81)И все пошли к лагерю. (82) Сзади плёлся потерянный Егор, неся пустую банку, в которой с такой готовностью сам же принёс бензин. (83) Колька заглядывал ему в глаза, а он избегал этого взгляда, отворачивался, и Колька спросил шёпотом: — Как же так, тятька? (84) Ведь живые же они... — (85) Да вот, — вздохнул Егор. — (86) Стало быть, так, сынок, раз оно не этак... (87) На душе у него было смутно, и он хотел бы тотчас же уехать, но ехать пока не велели. (88) Молча готовил место для костра, вырезал рогульки, а когда закончил, бабёнки клеёнку расстелили и расставили закуски. — (89) Идите, — позвали. — (90) Перекусим на скорую руку. (91) Колька получил булку с колбасой, а в глазах мураши бегали. (92) Суетливые, растерянные, отважные. (93) Бегали, корчились, падали, и брюшки у них лопались от страшного жара. (94) И Егор этих мурашей видел. (95) Даже глаза тёр, чтоб забылись они, чтоб из памяти выскочили, а они — копошились. (96) И муторно было на душе у него, и делать ничего не хотелось, и к застолью этому садиться тоже не хотелось. — (97)Тут у нас природа кругом. (98)Да. (99)Это у нас тут — пожалуйста, отдыхайте (100)Тишина, опять же спокойно. (101)А человеку что надобно? (102)Спокой ему надобен. (103)Всякая животная, всякая муравьистница, всякая ёлка-берёзочка — всё по спокою своему тоскуют. (104)Вот и мураши, обратно же, они, это... (105)Тоже.

Из предложений 66, 67 выпишите синонимы (синонимическую пару).

Эта заметка предназначалась для газеты, которую в 1924 г. Союз писателей решил выпустить к 125-летию со дня рождения А.С. Пушкина. Опубликована лишь в 1962 году. (1)Сто двадцать пять лет — очень немного на весах истинного искусства. (2)За такое короткое время можно, однако, успеть повернуться спиной к собственному восторгу поставить над вчерашним днём подлинного искусства вопросительный знак. (3)Мы призваны, — согласились, — и я в том числе, — писать о гении. (4)Писать — значит судить. (5)Подлежит ли гений суду? (6)Возможна ли канцелярская бумага, посланная Александру Сергеевичу Пушкину с требованием немедленно пересмотреть «Бориса Годунова» и выкинуть из этой книги всё, что я не понимаю или с чем не согласен? (7)Ответ ясен. (8)Итак, можно написать только, что дал он тебе и что ты взял от него, — и, пожалуй, ещё: сохранил ли до сего дня (9)Да, сохранил. (10)Почему этот гений — не страшен? (11)Без молний и громов, без режущего глаза блеска? (12)Когда я думаю о Пушкине, немедленно и отчётливо представляется мне та Россия, которую я люблю и знаю. (13)Я знаю его с той поры, как начал читать. (14)Лет семи-восьми, в гостях, я уединился с книгой Пушкина, впрочём «Руслана и Людмилу», и у меня до сего времени, несмотря на тот бессильный читательский возраст, остаётся ясное сознание, что я очень хорошо понимал всё, что читал у Пушкина — в первый раз. (15)Путь воплощения строк в образы, а образов — в подлинную действительность был краток, мгновенен и оставил сознание не чтения, а переживания. (16)Так было и дальше. (17)Входя в книги Пушкина, я переживал всё, что было написано в них, с простотой летнего дня и со всей сложностью человеческой души. (18)Так полно переложить в свои книги самого себя, так лукаво, с такой подкупающей, прелестной улыбкой заставить книгу обернуться Александром Сергеевичем — мог только он один. (19)Я слышал, что где-то в воздухе одиноко бродит картинный вопрос: «Современен ли Пушкин?» (20)То есть: «Современна ли природа?» (21)Страсть? (22)Чувства? (23)Любовь? (24)Современны ли люди вообще?» (25)Путь ответят те, кто заведует отделом любопытных вопросов. (26)Теперь, когда «искусство» приняло форму футбольных мячей, перебрасываемых с задней мыслью, Пушкин представляется мне таким, каким он стоит на памятнике и взглядом настоящего, большого, а потому и доброго человека смотрит на русский мир, задумывая поэтическое создание с трепетом и тоской при мысли, какой гигантский труд предстоит совершить ему, потому что нужно работать, работать и работать для того, чтобы хаотическая пыль непосредственного видения слегка в ясный и великий пейзаж. (27)Р. S. A. C. Пушкин знал, что такое искусство.

Из предложений 19–25 выпишите слово, употреблённое в тексте со значением «производящий впечатление своей внешней красотой».

(1) В дни зимних вьюг, когда вся земля, всё на земле: дома, деревья — тряслось, выло, плакало, скука вливалась в мастерскую волною, тяжкой, как свинец, давила людей, умерщвляя в них всё живее. (2) Трезвый, Капендюхин неутомимо издевался над Ситановым, высмеивая его страсть к стихам и его несчастный роман, грязно, но безуспешно возбуждая ревность. (3) Ситанов слушал издёвки казака молча, безобидно, а иногда даже сам смеялся вместе с Капендюхиным. (4) Спали они рядом и по ночам долго шёпотом беседовали о чём-то. (5) Эти беседы не давали мне покоя: хотелось знать, о чём могут по-дружески говорить люди, так непохожие один на другого? (6) Но, когда я подходил к ним, казак ворчал: — Тебе чего надо? (7) А Ситанов точно не видел меня. (8) Но однажды они позвали меня, и казак спросил: — Максимыч, ежели бы ты был богат, что бы сделал? — (9) Книг купил бы. — (10) А ещё? — (11) Не знаю. — (12) Эх, — с досадой отвернулся от меня Капендюхин, а Ситанов спокойно сказал: — Видишь — никто не знает: ни старый, ни малый! (13) Я тебе говорю: и богатство само по себе — ни к чему! (14) Всё требует какого-нибудь приложения... (15) Я спросил: — О чём вы говорите? — (16) Спать неохота, вот и говорим, — ответил казак. (17) Позднее, прислушавшись к их беседам, я узнал, что они говорят по ночам о том же, о чём люди любят говорить и днём: о Боге, правде, счастье, о глупости и хитрости женщин, о жадности богатых и о том, что вся жизнь запутана, непонятна. (18) Я всегда слушал эти разговоры с жадностью, они меня волновали, мне нравилось, что почти все люди говорят одинаково: жизнь — плоха, надо жить лучше! (19) Но в то же время я видел, что желание жить лучше ни к чему не обязывает, ничего не изменяет в жизни мастерской, в отношениях мастеров друг ко другу. (20) Все эти речи, освещая предо мною жизнь, открывали за нею какую-то унылую пустоту, и в этой пустоте, точно соринки в воде пруда при ветре, бестолково и раздражённо плавают люди, те самые, которые говорят, что такая толкотня бессмысленна и обижает их. (21) Рассуждая много и охотно, всегда кого-нибудь судили, каялись, хвастались и, возбуждая злые ссоры из-за пустяков, крепко обижали друг друга. (22) Пытались догадаться о том, что будет с ними после смерти, а у порога мастерской, где стоял ушат для помоев, прогнила половица, из-под пола в эту сырую, гнилую, мокрую дыру несло холодом, запахом прокисшей земли, от этого мёрзли ноги; мы с Павлом затыкали эту дыру сеном и тряпками. (23) Часто говорили о том, что надо переменить половицу, а дыра становилась всё шире, во дни вьюг из неё садило, как из трубы, люди простужались, кашляли. (24) Жестяной вертун форточки отвратительно визжал, его похабно ругали, а когда я его смазал маслом, Жихарёв, прислушавшись, сказал: — Не визжит форточка, и — стало скушен... (25) Приходя из бани, ложились в пыльные и грязные постели — грязь и скверные запахи вообще никого не возмущали. (26) Было множество дрянных мелочей, которые мешали жить, их можно было легко извести, но никто не делал этого. (27) Часто говорили: — Никто людей не жалеет, ни Бог, ни сами себя... (28) Но когда мы, я и Павел, вымыли изъеденного грязью и насекомыми, умирающего Давидова, нас подняли на смех, снимали с себя рубахи, предлагая нам объедать их, называли банщиками и вообще издевались так, как будто мы сделали что-то позорное и очень смешное.

Из предложения 17 выпишите антонимы (антонимическую пару).

(1) Несколько лет назад в Петербург приехала маленькая старушка-помещица, у которой было, по её словам, «вопиющее дело». (2) Дело это заключалось в том, что она по своей сердечной доброте и простоте, чисто из одного участия, вошла в положение одного великосветского франта и выручила его из беды, заложив для него свой домик, составлявший всё её состояние. (3) Дом был заложен за пятнадцать тысяч, которые бессовестный франт полностью взял с обязательством уплатить в самый короткий срок. (4) Добрая старушка этому верила, да и не мудрено было верить, потому что должник принадлежал к одной из лучших фамилий, имел перед собою блестящую карьеру и получал хорошие доходы с имений и хорошее жалованье по службе. (5) Денежные затруднения, из которых благородная старушка его выручила, были последствием какого-то мимолетного увлечения или неосторожности за картами в дворянском клубе, что поправить ему было, конечно, очень легко, «лишь бы только доехать до Петербурга». (6) Старушка знавала когда-то мать этого господина и, во имя старой приязни, помогла ему. (7) Он благополучно уехал в Питер, а затем, разумеется, началась довольно обыкновенная в подобных случаях игра в кошку и мышку. (8) Приходят сроки, старушка напоминает о себе письмами. (9) Сначала самыми мягкими, потом немножко почётные и, наконец, жёсткими — она бранится — намекает, что «это нечестно». (10) Но должник её был травленный зверь и всё равно ни на какие её письма не отвечал. (11) А между тем время уходит, приближается срок закладной — и перед бедной женщиной, которая уповала дожить свой век в своём домишке, вдруг разверзается страшная перспектива холода и голода с увечной дочерью и маленькою внучкою. (12) Старушка в отчаянии поручила свою больную и ребёнка доброй соседке, а сама собрала кое-какие крохи и полетела в Петербург «хлопотать». (13) Хлопоты её вначале были очень успешны: адвокат ей встретился участливый и милостивый, и в суде ей решение вышло скорее и благоприятное. (14) Но как дошло дело до исполнения — тут и пошла закорюка, да такая, что и ума к ней приложить было невозможно. (15) Не то чтобы полиция или иные какие приставы должнику мировали — говорят, что тот им самим давно надоел и что они все старушку очень жалеют и рады ей помочь, да не смеют... (16) Было у него какое-то такое могущественное родство или свойство, что нельзя было его приструнить, как всякого иного грешника. (17) О силе и значении этих связей достоверно не знаю, да думаю, что это и не важно. (18) Не умею тоже вам рассказать в точности, что над ним надо было учинить, но знаю, что нужно было «вручить должнику с распиской» какую-то бумагу, и вот этого-то никто не мог сделать. (19)К кому старушка ни обратится, все ей в одном роде советуют: — Ах, сударыня! (20)И охота же вам! (21)Бросьте лучше! (22)Нам очень вас жаль, да что делать, когда он никому не платит... (23)Утешьтесь тем, что не вы первая, не вы и последняя. (24)И вопрошаемые на неё только посмотрят да отвернутся или даже предложат идти высшим жаловаться. (25)Ходила она и к высшим. (26)Там и доступ труднее, и разговору меньше, да и отвлечённее. (27)Говорят: «Да никто не знает, где он, о нём доносят, что его нет!» (28)И приезжает ко мне старушка в состоянии самой трогательной и острой горести. (29)Во-первых, настаёт Рождество; во-вторых, из дома пишут, что дом на сих же днях поступает в продажу; в-третьих, она встретила своего должника под руку с дамой, и погналась за ними, и даже схватила его за рукав, и вызвала к содействию публики, но это повезло только к тому, что её от должника с его дамою отвлекли, а привлекли к ответственности за нарушение тишины и порядка в людном месте. (30)Ужаснее же этих трёх обстоятельств было четвёртое, которое заключалось в том, что должник старушки добыл себе заграничный отпуск и не позже как завтра уезжает с роскошного дамою своего сердца за границу, где, наверное, пробудит год или два, а может быть, и совсем не вернётся, «потому что она очень богатая»... (31)Завтра, стало быть, конец этой долгой и мучительной комедии: завтра должник несомненно удивлён, и надолго, а может быть, и навсегда...

Из первого абзаца текста выпишите книжное слово со значением «вызывающий крайнее негодование, возмущение; недопустимый».

(1) Люди устроены так, что в будущем их интересует главным образом хорошее, то есть то, что им представляется хорошим. (2) Всем нравится представлять себе высадку на Луне, препараты долголетия. (3) И всё же именно тревоги, бедствия, заботы будущего помогают объединять человечество. (4) Становится ясным, что нельзя сегодня в границах одного государства решить, допустим, проблему питания человечества. (5) Проблема обеспечения пресной водой также всепланетная. (6) Такой же стала проблема борьбы с гриппом, проблема управления погодой, загрязнения воздуха, океана... (7) Возникает всё больше проблем, решать которые можно лишь в масштабе всей Земли. (8) Государственные различия всё резче входят в противоречие с общностью задач, тайфуны настигают любые корабли и обрушиваются на любые берега. (9) Современное естествознание, современная техника требуют создания международных институтов. (10) Постепенно Земля открывается нашему сознанию как целостный организм. (11) Надо уяснить, как воздействует прогресс техники на человека, на его мироощущение. (12) Я никогда не забуду взрыв восторга в день полёта первого космонавта Юрия Гагарина. (13) Стихийный праздник, толпы на улицах, на площадях городов, наспех написанные транспаранты. (14) Чему мы радовались? (15) Не только тому, что первыми в космос вышли советские люди. (16) Радость была и за величие человеческого разума, это была радость, объединяющая человечество, в этой радости была надежда! (17) Ощущение единства порождалось одновременностью информации. (18) Средства связи позволили всему миру одновременно следить за полётом. (19) Коммуникации создали глобальное сопереживание. (20) С тех пор возможности соучастия увеличились. (21) Мир может не только одновременно слышать, но и видеть. (22) Недавнее футбольное первенство мира смотрел одновременно миллиард людей. (23) Во всех странах одновременно ахали, волновались, кричали у своих экранов — цивилизация не знала таких масштабов, таких выбросов психической энергии. (24) Футбол и полёт в космос. (25) Интернет и телевидение способны транспортировать зрителю любые события. (26) В распоряжении людей появились способы воздействия планетарных масштабов. (27) Сеть позволяет передавать всё что угодно кому угодно. (28) Связь каждого человека со всем человечеством возрастает колоссально. (29) Процесс наращивания контактов уже происходит, и остановить его вряд ли кому-либо удастся. (30) Интернет, транзисторы, магнитофоны, телевизоры, мобильники — количество их растёт в прогрессии геометрической, сколько-нибудь ценная информация распространяется практически сотнями различных каналов. (31)Мода перенимается сегодня в течение нескольких месяцев. (32)Научные исследования движутся почти вровень в лабораториях Японии, России, Англии, США... (33)Попытки существенно обогнать конкурентов ни к чему не приводят. (34)Идеи почти одновременно возникают, одновременно реализуются. (35)Возрастание связей, появление всеобщих забот и усилий — достаточно ли этого для создания гарантии устойчивого существования человечества? (36)Станет ли мир более прочным оттого, что он будет оплетён множеством связей? (37)Мне кажется, что это реальные силы, которые соединяют людей. (38)Они приобщают их к всемирным событиям, а значит, повышают их соучастие. (39)Конечно, возрастает и опасность использования той же системы коммуникаций какой-то группой в своих интересах. (40)Грядущее таит в себе не только избавление от многих страданий и опасностей, но и появление новых опасностей. (41)Если мы не в состоянии предвидеть, как мир новой техники изменит человека, то не попробовать ли понять, как должно быть устроено общество, чтобы устойчиво существовать? (42)Каковы критерии его устойчивости и безопасности? (43)Можно ли выявить наиболее жизнестойкую систему? (44)Вера в то, что подобная система есть, — эта вера возникла не от безысходности. (45)Она зиждется на элементах здоровья сегодняшнего человеческого общества, на тех силах, что в критические моменты уже спасали мир от катастрофы. (46)Творчество, будь то научное, техническое или художественное, наиболее полно раскрывает назначение человека. (47)Творческий труд облагораживает человека, делает свободнее, лучше. (48)Признаюсь, когда я думаю о будущем, предом мной прежде всего возникает та жизнь, где каждый сумеет определить свое призвание и реализовать его. (49)Это вовсе не простая задача. (50)Человек стал человеком, когда он стал творцом. (51)Яблоко, сорванное с райского древа, обрекало человека на вечные муки и вечное счастье познания. (52)Ясно, что счастье строится не с помощью науки и техники. (53)Но когда человек начинает творить, он творит будущее!

Из предложений 40–48 выпишите слово высокого стиля со значением «основываться на чём-нибудь, опираться на что-нибудь».