Задание № 35764

(1)Неподалёку от Кешкиного дома протекала речка. (2)В начале лета крикливые буксиры забили всю речку лесом. (3)Намокшие за долгое путешествие брёвна жались к берегу, как стадо усталых молчаливых тюленей. (4)Ребята постарше придумали игру, даже не игру, а просто так – занятие. (5)Они перескакивали по брёвнам с одного на другое. (6)Брёвна под ногами тонули, но в этом и был весь интерес. (7)Сколько великолепного, сосущего под ложечкой страха, сколько хвастливой гордости доставляла прыгунам эта затея! (8)Чемпионом на брёвнах считался Мишка. (9)Однажды на берегу играли Кешка, Круглый Толик и Людмилка. (10)Мальчишки ходили по брёвнам у самого берега, а Людмилка сидела на песке и поддразнивала. — (11)Слабо дальше!.. (12)Слабо дальше!.. (13)Мальчишки не очень-то слушали, что она там кричит, и скоро ей надоело их дразнить. (14)Она стала переплетать свои маленькие, с мизинец, косы. (15)Налетел ветер, вырвал у неё из рук белую шёлковую ленточку и отнёс на самые дальние брёвна. (16)Людмилка заревела. — (17)Моя ленточка!.. (18)Теперь мне от мамы попадё-ёт… (19)И всё из-за вас!.. (20)Кешка видел, что ветер вот-вот сбросит ленточку в воду. (21)Не раздумывая, он прыгнул на бревно подальше, потом на следующее. (22)Добрался до ленточки; только наклонился, чтобы её поднять, как брёвна расступились, и он провалился в воду. (23)Не успей Кешка вовремя расставить руки, случилась бы непоправимая беда. — (24)Кешка утонул! — вскрикнула Людмилка. (25)Толик, чувствовавший себя на брёвнах очень неустойчиво, прыгнул на берег и что есть мочи припустил к дому, за ним Людмилка, воя от страха, понеслась домой. — (26)Мама!.. (27)Никому не скажешь? — выпалила она, врываясь в квартиру. — (28)Кешка утону-у-ул!.. — (29)Да что ты! — всплеснула руками Людмилкина мать, заперла дочку на ключ, быстро выскочила на лестницу и застучала по ступенькам тонкими каблуками. (30)Кешка тем временем держался за брёвна, болтал ногами в воде, стараясь закинуть хоть одну наверх. (31)Но либо ботинки стали тяжёлыми, либо сил у Кешки осталось совсем мало – выкарабкаться ему не удавалось. (32)Пальцы немели. (33)Плечи опускались всё ниже. — (34)Держись, Кешка! (35)От забора, перескакивая через камни, размахивая руками для равновесия, мчался Мишка. (36)За ним, пыхтя, катился Круглый Толик. (37)Мишка громко кричал: — Держись! (38)Кешка крепче вцепился в скользкую кору. (39)А Мишка вскочил на брёвна, прыгнул раз, другой… лёг на живот и схватил Кешку за ворот. (40)От забора к речке бежали Кешкина мама, Кешкин сосед – шофёр Василий Михайлович, соседка тётя Люся. (41)И позади всех, осторожно пробираясь между камнями и досками, поспешала мать Людмилки. (42)Сразу стало шумно. (43)Тётя Люся принялась тормошить Кешку, будто сомневаясь, он ли это. (44)А Кешкина мама опустилась на жёлтые камни и заплакала. (45)Ребята прижались друг к другу; они почти оглохли от шума, оторопели от такого яростного внимания… (46)А Кешка посмотрел на маму и произнёс добрые слова. — (47)Ну чего ты, ма?.. (48)Ну чего?.. (49)Я ведь не утонул, а ты плачешь!.. (По Р.П. Погодину*) * Радий Петрович Погодин (1925-1993) - русский советский писатель и сценарист.

(1)Я точно знаю: меня когда-то сформировали, изменили несколько конкретных человек. (2)И первая среди них была – наша учительница по литературе, которая на первых порах у меня даже вызывала внутренний протест: «Так на уроках не говорят!» (3)Так неформально, так от себя, через себя. (4)Потом была преподавательница латыни в университете, которая казалась мне пришедшей из старинной гимназии. (5)Так удивительно она говорила о латинской грамматике и поэзии, умудряясь говорить о культуре в целом. (6)И ещё несколько доцентов, профессоров, посидев на лекциях или позанимавшись на семинарах у которых я становилась чуть другой. (7)Дело не в количестве обретённой информации или навыков. (8)Дело в мироощущении, в осознании чего-то самого важного.

(9)Русские писатели-философы братья Стругацкие, облачавшие свои философские вопросы и странные на первый взгляд ответы на них в форму «фантастической» прозы, пришли к пугающему выводу: человечество неизбежно (чем дальше, тем больше) раскалывается на две неравные части. (10)Разрыв с каждым годом становится всё заметнее, всё трудно преодолимей.

(11)Это как тектонический разрыв земных плит. (12)Уж мы-то точно ничего не можем с этим поделать. (13)Я это знаю. (14)И всё равно – мне кажется, что с людьми – не как с тектоническими плитами. (15)Я словом, своим словом, могу что-то поменять. (16)Слово – это поступок. (17)Словом можно убить. (18)Можно вернуть к жизни – правда, не всегда. (19)Остановить от последнего шага. (20)Объявить перемирие. (21)Остановить войну вообще. (22)Любую – в классе, в государстве, в мире. (23)Открыть глаза. (24)Поменять угол зрения. (25)Увидеть то, что скрыто. (26)Обнажить суть. (27)Вдохнуть в человека надежду. (28)И тогда он сможет то, что никогда бы и не попробовал сделать. (29)Спеть, прыгнуть, победить – врага, болезнь, даже смерть.

(30)Я вижу смысл в том, чтобы заставить по-другому думать Сашу Лудянову, Катю Бельскую, других мальчиков и девочек. (31)Гораздо больше смысла, чем написать диссертацию, ещё одну, двухсотую, по Гёте, Горькому или иному классику, ведь именно к этому нас готовили в университете.

(32)Я уговариваю себя. (33)Конечно, я уговариваю себя. (34)Я не писала диссертацию – полезную, бесполезную, и вряд ли напишу. (35)Я переводила статьи выдающихся физиков и математиков современности с немецкого и английского на русский. (36)Чтобы ускорить развитие науки. (37)Чтобы усилить раскол между теми, кто знает и хочет знать, и теми, кто не знает. (38)И не хочет знать.

(39)Я не буду спешить. (40)Я разберусь.

(По Н.М. Терентьевой*)
* Терентьева Наталия Терентьева (род. 1970) —
российский писатель, автор более 20 книг о современной жизни,
мастер психологической прозы, лауреат литературной премии имени В. Катаева.