Открытый банк заданий ЕГЭ

(1)Первый, кого увидел Андрей, захлопнув за собой дверь, был Игнат Морев. (2)Он стоял спиной к Андрею у окна, но по его опущенным плечам, по склонённой голове Андрей сразу же понял: не прошёл. (3)Сердце Андрея словно раздвоилось: в одной его половине ещё пела радость, неудержимая, захлёстывающая, а другая половина уж сжалась в комочек и наполнилась горечью. (4)Он подошёл к Игнату и тихонько позвал: — Бледнолицый!.. (5)Игнат обернулся. (6)Нет, это не лицо Игната! (7)Бледная маска с тусклыми глазами, в которых дрожали, как росинки, слёзы, и губы по-детски дёргались. — (8)Ну как? — Андрей спросил это, лишь бы не молчать. (9)Но Игнат вдруг рассвирепел: — Что — как? (10)Пошли вы все к чёртовой матери! (11)И ты — тоже! (12)И не трогай меня, слышишь? — (13)Игнат... — Андрей положил руку ему на плечо. — (14)Зачем ты так, Бледнолицый? — (15)Не трогай меня! — Игнат резко сбросил его руку и зло на него посмотрел. — (16)Лётчик! — добавил он с иронией. — (17)Небось, помчишься сейчас давать Лизке телеграмму: так, мол, и так, я буду лётчиком, а Игнат провалился!.. (18)Какая-то струнка дрогнула в душе Андрея, и у него так же, как у Игната, задрожали губы. (19)Он внимательно посмотрел на товарища и тихо спросил: — Ты понимаешь, что говоришь? (20)Разве я в чём-нибудь виноват? (21)Игнат оттолкнул его и быстро пошёл к выходу. (22)В скверике душно пахло акацией. — (23)Что же теперь делать? — вслух проговорил Игнат. — (24)С какими глазами возвращаться домой? (25)Он вдруг вспомнил Лизу, которая долго бежала за набиравшим скорость поездом и кричала: — Счастливо, Игнат. (26)Ни пуха, ни пера, Андр Юшка! (27)Прилетайте к нам на самолёте. (28)И вот теперь... (29)Теперь всё пошло к чёрту! (30)У него что-то плохо с нервами и... никаких голубых петлиц, никакого счастливого смеха. (31)Андрей Степной... (32)Смотрит он сейчас вон из того окна на сквер, на Игната и сочиняет в уме телеграмму Лизке. (33)Будущий лётчик... (34)Мимо прошли незнакомые парни, возбуждённо обсуждая результаты медкомиссии. (35)Один из них, с рыжей копной волос на голове, размахивая руками, говорил: — Чтоб меня убили, никогда не думал, что забракуют. (36)Я на соревнованиях занял первое место по боксу. (37)У меня лёгкие, как кузнечные мехи, чтоб меня убили. (38)И вот, пожалуйста. (39)Одна нога короче другой на сколько-то миллиметров. (40)Он сплюнул и уже спокойнее подвёл итог: — Ну и ладно! (41)У меня токарный станок — ясно солнышко. (42)А это — не фунт прованского масла. (43)Проживём! (44)Игнат невольно улыбнулся. (45)Ему сразу же понравился этот рыжий токарь. (46)«Ну, а я,— подумал Игнат, — разве плохой каменщик? (47)И Лиза даже обрадуется, пожалуй, что не надо будет надолго разлучаться... (48)А что Андр Юшка будет лётчиком, так разве это плохо? (49)И почему я на него обозлился?..» (50)Игнат вдруг почувствовал, как у него защемило под ложечкой. (51)Только теперь, немного успокоившись, он понял, как незаслуженно обидел друга. (52)И за что? (53)Игнат беспокойно заёрзал на скамейке. (54)Потом вскочил и направился было разыскивать Андрея, но тот сам появился в сквере. (55)Он шёл к Игнату медленно, лицо у него было печальное, словно не Игната, а его забраковала медкомиссия. (56)Игнат бросился навстречу товарищу. — (57)Андрей! — закричал он. – (58)Андр Юшка! (59)Дай мне свою руку! (60)Даёшь? (61)Ударь меня, Андр Юшка! (62)Не хочешь? (63)Тогда я сейчас же дам Лизке телеграмму: «Я, Игнат Морев, прохвост и неврастеник». (64)Идём на телеграф! — (65)Сядем, – сказал Андрей. (66)Они сели рядом. — (67)Я не сержусь на тебя, – проговорил Андрей. — (68)Знаю: тебе тяжело, правда? — (69)Правда, — ответил Игнат. – (70)Но я, кажется, неплохой каменщик, и не всем же надо летать, как говорит этот старый хрыч, врач-невропатолог. — (71)И засмеялся, вспомнив рыжего токаря. — (72)Золотые слова! — поддержал Андрей. — (73)Проживём и без авиации. — (74)Проживём? — Игнат вопросительно посмотрел на товарища: – Разве... — (75)Подожди, — Андрей не дал ему договорить. — (76)Ты помнишь: «Плечом к плечу...» — (77) «... храня великую силу дружбы...» —подхватил Игнат. — (78)В общем, один я не еду в лётное училище, Бледнолицый! (79)Я — за великую силу дружбы. (80)Да и охота как-то сразу пропала... (81)Игнат встал со скамьи, дважды обошёл вокруг Андрея, словно внимательно его разглядывая, потом остановился и поднёс к самому его лицу кулак. — (82)А вот это ты не видел? — строго спросил он. (83)Андрей промолчал. — (84)На этот раз твой фокус не удастся, слышишь? (85)Великая сила дружбы — это не сюсюканье друг около друга, понял? (86)Ты поедешь в училище. (87)Это тебе говорю я, Игнат Морев. — (88)Степной! — услышал Андрей громкий голос. — (89)Андрей Степной, на машину! — (90)Слышишь, тебя зовут! — (91)Да, меня зовут... — в раздумье проговорил Андрей. — (92)Ho... (93)Игнат взял его за плечи и стал выталкивать из сквера. (94)Когда они подошли к группе юношей, усаживающихся на зелёную автомашину, Игнат остановился и повернул к себе Андрея: — Ну... — (95)До свиданья, Игнашка, — тихо проговорил Андрей. (П. В. Лебеденко*) * Пётр Васильевич Лебеденко (1916–2023) — российский и советский писатель и сценарист, участник Великой Отечественной войны, автор произведений и киносценариев о войне, о взаимоотношениях между людьми, о сохранении исторической памяти. Фрагмент взят из романа «Навстречу ветрам».

Из предложений 81–87 выпишите разговорное слово со значением «общение с кем-либо, как с ребёнком».

НЕПРАВДА (1)Генка очень любил смотреть фильмы, на которые дети до шестнадцати лет не допускались. (2)Он любил читать книги, на которых не было обозначено, для какого они возраста: значит, для взрослых! (3)Мама Генки была машинисткой. (4)Работу она брала на дом. (5)Ей казалось, что, отлучись она из квартиры лишь на день, — случится что-то ужасное, произойдёт какая-нибудь непоправимая катастрофа. (6)По утрам маме некуда было спешить, но вставала она раньше всех. (7)Готовила завтрак отцу и Генке. (8)Прощаясь, отец целовал её в голову и произносил всякий раз одни и те же слова: – До свиданья, малыш мой родной! (9)А мама менялась в лице... (10)И Генке начинало казаться, что она вставала так рано лишь для того, чтобы услышать ту фразу. (11)Слово «малыш» не подходило к маме: она вовсе не была маленькой. (12)Может, она казалась такой, с высоты ста девяноста пяти сантиметров могучего отцовского роста? (13)Эти сантиметры были предметом особой Генкиной гордости. (14)Сына, мальчишку, отец именовал строго и просто — Геннадием... (15)Они вместе выходили на улицу, вместе шли до угла. (16)Это было очень приятно: мама осталась дома, а они, мужчины, деловые люди, спешат, торопятся... (17)На углу они прощались – коротко, по-мужски. — (18)Ну, иди, — говорил отец. (19)А вечером Генка с нетерпением ждал возвращения отца. (20)Ему очень хотелось открыть отцу дверь. (21)Но он знал, что ещё больше этого хочет мама. (22)И уступал ей дорогу... (23)Отец вновь целовал мать в голову и говорил почти те же слова, что и утром: «Здравствуй, малыш мой родной!» (24)Но звучали эти слова ещё ласковее, потому что отец, видно, успевал сильно соскучиться за день. (25)Генка терпеть не мог нежностей. (26)Но от слов, которые отец говорил маме, ему становилось как-то уверенно и спокойно... (27)Однажды Генка узнал, что за три квартала от их дома идёт старый фильм, о котором приятели отзывались коротко, но выразительно: «Мировой!» (28)Картину эту Генка раньше посмотреть не успел по той причине, что в дни её первого выхода на экран он ещё не родился. (29)Генка не решился бы пойти на вечерний сеанс. (30)Но знал, что отец должен вернуться поздно: у него важный и торжественный день — испытание новой машины. (31)Отец тревожился! (32)А мама места себе не находила: то садилась за машинку, то при каждом звуке шагов выбегала на лестницу. (33)И Генке хотелось пойти в кино ещё и для того, чтобы скорей пролетели часы ожидания. (34)Чтобы вернуться домой, увидеть отца и по лицу мамы (именно мамы!) понять, что всё в порядке, всё в полном порядке... (35)Генка захватил с собой долговязого семиклассника Жору, которому беспрепятственно продавали билеты на любой сеанс. (36)Жора доставал билеты всем мальчишкам во дворе, за что собирал с них немалый оброк: редкие книги и треугольные марки. (37)Но когда они добрались до кинотеатра, оказалось, что уже поздно: билеты проданы. (38)Кончился предыдущий сеанс, из кинозала выходили люди, щурясь от света. (39)Генка глядел на них с завистью. (40)И вдруг он услышал знакомый голос: — Тебе не холодно, малыш? (41)Генка повернул голову — и увидел отца. (42)Отец, пригнувшись, помогал какой-то молодой женщине («Моложе мамы...» — сразу приметил Генка) погрузиться в нарядный платок и каракулевую шубку. (43)Генка хотел шмыгнуть в сторону: ему ведь было строго запрещено ходить на вечерние сеансы. (44)Но глаза его сами собой, помимо воли поднялись, встретились с глазами отца — и Генка изумлённо отступил на шаг: он увидел, что отец сам его испугался. (45)Да, да, отец испугался! (46)Он, всегда такой сдержанный, степенный в движениях, засуетился, стал неловко вытаскивать свою руку из-под руки женщины и даже, как показалось Генке, хотел спрятаться за колонну, которая никак не могла скрыть его, потому что она была тонкая, узкая, а отец — огромный и широкоплечий. (47)И Генка помог отцу: он выскочил на улицу и побежал так, что даже длинноногий Жора не поспевал за ним. (48)Но где-то на перекрёстке Генка остановился — в его ушах звучали слова: «Тебе не холодно, малыш?» (49)Молодая женщина, которую отец закутывал в нарядный платок, была и в самом деле невысока ростом... (50)Но Генке казалось диким, что и к ней тоже могут относиться слова, которые всегда принадлежали маме, одной только маме. (51)Или настоящим «малышом» та женщина и была? (52)А как же испытание машины? (53)Значит, это неправда? (54)А может, никакой машины вовсе и нет? (55)Отец сказал неправду... (56)Генка не мог понять этого, это не умещалось в его сознании. (57)Тогда, может быть, всё неправда: и разговоры о книгах, и отцовские новости, и споры за ужином? (58)Всё, всё неправда?! (59)...Больше всего мама волновалась, когда отцу или Генке не здоровилось — тогда всякая, даже самая пустяковая болезнь казалась ей неизлечимой. — (60)Не беспокойся, мамочка... (61)Я очень устал, и всё! — как никогда ласково ответил Генка. (62)А на самом деле он просто не хотел, он не мог слышать, что сегодня скажет отец, когда мама откроет ему дверь. (По А. Г. Алексину*) *Анатолий Георгиевич Алексин (1924–2017) — советский и российский писатель, прозаик, драматург, сценарист. Лауреат международных премий, Государственных премий СССР и России. Широко известен как детский писатель. Повести: «Мой брат играет на кларнете», «Поздний ребёнок», «Сигнальщики и горнисты» и др.*

Из предложений 29–34 выпишите один фразеологизм.

ОБ ОТСВЕТАХ ТОЙ ВОЙНЫ (1)Мои деды убиты. (2)Один пропал без вести в бою, другой лежит в братской могиле. (3)В семейном альбоме — фотографии, где ещё живы они, оба офицеры, где бабушки: одна в деревне, другая на линии фронта. (4)Однажды я показал бабушке, ей было под девяносто, историческую книжку с Гитлером среди прочих. (5)Она судорожно её схватила и жёлтым ногтем стала страстно корябать по фотографии, отлирая бумажные клочки: «Убивец, будь проклят. (6)Мужа моего убил». (7)Анна Алексеевна была простая, деревенская. (8)Одна подняла троих детей. (9)У неё погибли четверо братьев. (10)У её убитого мужа, Ивана Ивановича, моего деда, погибли четверо братьев. (11)Война впечатана в души огненным оттиском. (12)Это то, что передаётся сигналами в поколениях, эхом аукает во сне, вплетается в кровь. (13)Все истории русских сражений — с монголами, поляками, французами, немцами — история одного чуда. (14)Вся жизнь народа как чудо. (15)В ежедневном героизме, в убеждённости, что победим, в отказе отступать, в отчаянной партизанщине было главное, без чего не понять войну. (16)Главное — инстинкт самосохранения. (17)Не человека, а общности. (18)Через страшное самоотречение. (19)Мечта о жертвенности была даже в детях. (20)И сколько среди них оказалось героев! (21)«Знали, что победим, — говорят одно и то же прошедшие войну. — (22)Москву сдать? (23)В это и не верили!» (24)Такова вера человека, страшно заболевшего, но, пока жив, не готового допустить всерьёз мысль о смерти. (25)Люди ощутили драконье дыхание. (26)Четыре года длилась война против войны. (27)Германия была воплощением самой войны, слепой грохочущей стихией. (28)Победа стала укрощением стихии. (29)И всё же, сколь бы ни было ярким сопереживание прошлому, то время отделено прозрачной непробиваемой стеной, за которой идут редеющей процессией ветераны. (30)Особые, иные, с прямыми спинами. (31)Приглядимся: в большинстве они всю жизнь несут опыт войны как обязанность быть чище и строже остальных. (32)Ты с трепетом смотришь на них и думаешь: когда-то они все умрут до единого, и ни одного не останется больше. (33)Ветераны неохотно рассказывают о войне. (34)Это как водится: всё истинно важное сопровождается умолчанием, тишиной благоговения, отрывистым намёком, иногда шуткой. (35)В детстве я с любопытством пытался расспросить каждого ветерана — знакомого семьи, соседа, встречного на улице, – а что там было. (36)Ветеран уклонялся от ответа или дарил выпуклую деталь. — (37)Я кричал «ура!» – и видишь, пуля навылет... (38)«Ура» меня спасло вроде как, — застенчиво засмеялся старик. (39)Обе его щеки были в рытвинах от пули, пролетевшей в момент крика. (40)Посмеявшись, он больше ничего не рассказал. (41)Будто боялся нарушить какой-то уговор. (42)Вспоминаю ещё одного ветерана, которого как-то на даче мы встретили с моим тогда совсем маленьким сыном. (43)Сухой, с палкой, он передвигался по завалам тёплого снега необыкновенно ловко. (44)На вопрос о войне показал на себя: на бедро, которое зацепил осколок, и на живот, куда спустя полтора года попала пуля... — (45)А Суворов за вас? — выкрикнул мой сын Ваня, приблизившись. — (46)Конечно, — отчеканил старик, подчеркнув букву «ч». (47)Та война была вспоминанием родства, возвращением — через кровь и пожар — почвы, и судьбы, и исторической преемственности. (48)Вернуло себе полнозвучный трагический вес слово «Отечество», вернулись имена великих полководцев. (49)Теперь-то мой сын Ваня в курсе, что Суворова не было под Сталинградом. (50)Зато у них в третьем классе симпатичная ему девочка Даша думала, будто Жуков, Кутузов и Минин воевали заодно — «они же в народном ополчении». (51)Ваня её увлечённо разубеждал, а может, и зря... (52)В каком-то смысле она была права. (53)«Война народная» — это всё про одну и ту же землю, которая продолжает дышать, пускай покрывают её люди разных эпох... (54)Принято ужасаться безграмотности новых поколений. (55)Но историческая память стирается, да и детали истории; элементарные и сложнейшие, выяснить можно. (56)Лишь бы живое дыхание длилось. ... (57)А деду моему Ивану Шаргунову пуля попала прямо в сердце. (58)По воспоминанию выжившего однополчанина, он шёл в атаку, прикрепив на груди, поверх шинели, фотографию маленького сына, моего отца. (59)Пуля пробила фотографию. (60)Отец мой в это время играл в избе, на полу. (61)И вдруг зарыдал, закричал: «Папку убили! (62)Папку убили!» (63)Его била мать, а он кричал: «Я же не виноват, что папку убили...» (64)Он потом стал священником, мой папа. (65)Каждую семью перепахала война. (66)Без преувеличений — каждую. (67)И память о ней неистребима. (С.А. Шаргунов*) *Сергей Александрович Шаргунов (род. в 1980 г.) — российский писатель, журналист, общественный деятель, радио- и телеведущий, главный редактор журнала «Юность».

Из предложений 15-18 выпишите слово, имеющее лексическое значение «сознательный отказ от личных благ».

РАДОСТИ НАДЕЖДЫ (1)Ветер странствий гулял по шумному автовокзалу. (2)Люди спешили, входили и выходили, наскоро пили кофе, покупали снедь в буфете. (3)В углу буфета таинственно светилась ёлочка, и буфетчица, молодая, весёлая, в золотом парике из новогоднего дождика, задорно улыбалась посетителям. (4)Надежда купила чай, полюбовалась ёлочкой, оживлёнными лицами людей вокруг, смешной буфетчицей с золотыми волосами. (5)На душе было мирно и спокойно. — (6)Что вы вместо кофе бурду какую-то наливаете! (7)Резкий ворчливый голос совсем не подходил к ярким огонькам, любовно украшенной ёлочке и радостной атмосфере новогоднего буфета. (8)Надежда обернулась: за соседним столиком сердился седой мужчина, внушительный, одетый дорого и солидно. (9)Буфетчица перестала улыбаться, стянула с головы золотой дождик, стала обслуживать покупателей без новогодних поздравлений. (10)Надежда физически почувствовала, как в праздничный мирок буфета впулись волны раздражения, стали расходиться кругами... (11)В автобусе Надежда достала из сумки пакет с фруктами, устроилась у окна поудобнее. — (12)Пять часов в этой развалюхе трястись! (13)Сумку уберите из-под ног, как я садиться должен?! (14)На сиденье рядом опускался тот самый седой мужчина. (15)Надежда задвинула сумку под ноги, улыбнулась попутчику, протянула пакет: «Угощайтесь!». (16)Мужчина посмотрел на пакет, помотал головой, отказываясь от угощения, помолчал, а потом уже совсем другим голосом сказал: — Неудобно вам с сумкой под ногами сидеть. (17)Давайте наверх её закину. — (18)Я вам очень благодарна. (19)Может, всё-таки яблочко? (20)И попутчик взял яблоко, надкусил и наконец тоже улыбнулся. — (21)Извините за ворчание. (22)Я на самом деле не злой. (23)Разрешите представиться: Николай Иванович. — (24)Почти тёзки: Надежда Ивановна. (25)А почему вы ворчливый? — (26)Жизнь прожил долгую, тяжёлую... (27)Помирать скоро, а радостей никаких в жизни не было. (28)Мы с вами почти ровесники, поэтому вы меня должны понять: что мы видели в жизни, какие радости?! (29)Военное голодное детство, да и потом ничего хорошего не было. — (30)Как это не было?! (31)В моей жизни радостей случилось много, в детстве например. (32)Мы жили в маленьком селе. (33)И мы с сестрой всегда собирали бурьян, чтобы топить печь. (34)Я ходила босиком. (35)Когда мне подарили старые кирзовые сапоги, это была большая радость. (36)Ничего, что целый только правый, а левый на три пальца дырявый, зато у меня теперь были свои сапоги! (37)Мама набила дырявый сапог сеном, и я ходила важная... (38)Знаете, когда мне, уже взрослой женщине, муж подарил шубу, я так ей не радовалась, как своим дырявым сапогам! (39)А вы говорите: какие радости... — (40)Пожалуйста, рассказывайте дальше. (41)Я в таком унынии пребывал, а рядом с вами уныние отходит потихоньку... — (42)А ещё у меня в детстве был столбняк, поднялась температура, меня стало всю выгибать судорогами. (43)Врач быстро осмотрела, мрачно объявила, что у меня столбняк, но лечить его нечем. (44)А медсестра поздно вечером тайком от врача принесла дефицитную противостолбнячную сыворотку, потом приходила, ставила мне какие-то уколы. (45)Медсестру нашу недолюбливали все. (46)Она была блокадницей, эвакуированной из Ленинграда. (47)Всегда печальная, всегда молчала, ни с кем почти не разговаривала. (48)Она и меня лечила молча. (49)И только в последний раз, когда я уже пошла на поправку, заговорила с нами и сказала маме: «Ваша Надя будет жить. (50)Моя дочка Светочка умерла от голода. (51)Свет моей души угас... (52)Я не могла допустить, чтобы ваша дочка тоже умерла. (53)Я не могла допустить, чтобы умерла Надежда, ваша надежда. (54)Живи, Наденька! (55)За себя. За Светочку!» (56)И я вот живу. (57)Две жизни. (58)Разве это не счастье! (59)А вы говорите: какие там радости?! (60)Николай Иванович смахнул слёзы тыльной стороной широкой мужской ладони и сказал медленно: «Вы знаете, а у меня ведь тоже в жизни случалось много радостей. (61)Как я мог забыть о них?! (62)Я ведь раньше совсем не такой был! (63)Я был очень добрый, весёлый! (64)Пока жена была жива, я часто песни пел...» (65)Надежда легонько погладила попутчика по руке своей маленькой ладошкой: «Я знаю. (66)Вам просто очень одиноко. (67)Не унывайте, не нужно... (68)Вы ведь едете в гости?» (69)Николай Иванович оживился: «К дочери и внуку. (70)Они — моё утешение. (71)Спасибо вам, Надежда. (72)За вашу доброту. (73)За ваш рассказ о радостях Надежды». (74)И они улыбнулись друг другу. (75)И достали из пакета по жёлто-солнечному мандарину. (76)А снег за окнами автобуса всё шёл и шёл, и чёрная дорога, и темнеющие деревья становились белоснежными и первозданно-чистыми. (О. Л. Рожнёва*) *Ольга Леонидовна Рожнёва — российский филолог, переводчик, писатель. Автор художественных и публицистических произведений, несущих добро и радость, призывающих к вере, надежде и любви.

Из предложений 4–6 выпишите синонимы (синонимическую пару).

(1)Мою деревню зовут Скачки. (2)Там у меня дом, в котором последний раз я лет сорок назад бывал... (3)Пока бабушка была жива. (4)В январе задумал в Скачки съездить и посмотреть, что там и как, да и не снесли ли бабушкин домик вообще. (5)Дорогу помнил приблизительно. (6)Естественно, заблудился. (7)Увидев впереди какое-то поселение, решил спросить дорогу. (8)Остановился за хлипким на вид забором из штакетника, пройдя во двор, постучался в дверь из толстых досок. (9)Через минуту появилась бабуля лет семидесяти: «Хто здесь?» (10)«Вы извините меня, пожалуйста, — говорю, пританцовывая от морозца, — я, наверное, заблудился». (11)«Быват... — вздохнула бабушка и распахнула дверь, — заходи тады, погреешься немного». (12)В доме было так душевно натоплено, что тепло буквально само впитывалось каждой порой замёрзшего тела. (13)«Проходи, проходи, не топчись, мил человек, гостем будешь!» — бабушка поставила на стол передо мной огромный бокал с дымящимся чаем, от которого исходил аромат ромашки и зверобоя. (14)Посидели, поговорили. (15)Стал я собираться в дорогу. — (16)Спасибо вам за такой приём хороший. (17)У меня бабушки-то уже давно нет, и благодаря вам я снова как в детство вернулся. — (18)А ты почаще приезжай. (19)Ведь одна-одинёшенька я осталась на всём белом свете. (20)Слезу смахнула и посмотрела так внимательно, с надеждой. — (21)Приедешь? — (22)Обязательно, баб Нюр, теперь обязательно ещё приеду... (23)Сел за руль, и на сердце отчего-то так легко стало, словно близкого человека встретил. (24)Живые они здесь все какие-то, городом и придуманными обстоятельствами не замороженные. (25)Родные, что ли. (26)Из-за этого душа, как показалось, оттаяла. (27)Бабушкин дом я узнал сразу. (28)Только в этот раз выглядел он одиноким. (29)Забытым и брошенным. (30)Зашёл внутрь, в глаза фотография маминого старшего брата — дяди Феди — бросилась: дядя ведь у нас вначале пропавшим без вести числился, а к концу войны — погибшим. (31)Домой он вернулся в 1947 году. (32)День его возвращения, миллион раз бабушкой пересказанный, буквально перед глазами стоит. (33)Как будто сам тогда где-то рядом был... (34)Утренний августовский воздух напитывал удивительной лёгкостью, беззаботностью и счастьем. (35)Счастьем от возвращения. (36)Фёдор не был дома шесть лет. (37)И теперь шёл к мамке, батьке, братишке и двум сестрёнкам. (38)Они думают, что погиб. (39)Вот радости будет! (40)На фоне восходящего солнца Фёдор разглядывал пыль дымкой. (41)Едет кто-то. (42)Минут через пять лошадку с телегой, на которой мужик головой кивает в дрёме, увидел. (43)«Доброе здоровьица, мил человек!» — метров за десять крикнул Фёдор. (44)Мужик остановился, посмотрел с прищуром: «И тебе не хворать, (45)Чей будешь-то?» (46)— Весенин я. (47)Фёдор... — (48)Во дела-а, Федька? (49)Ты, что ли? — (50)Дядь Саш, ты ли? — (51)Ах ты ж, бес! (52)Живой!!! (53)Тебя же, считай, как три годочка похоронили... (54)Вот Нюрке, матери твоей, счастья будет! (55)Батька-то через неделю после того, как извещение о том, что ты без вести пропал, на фронт за тобой поехал, искать вздумал. (56)Месяц отвоевал и подорвался... (57)Нюрка-то после этого, думали, не оклемается. — (58)А братья — Лёнька с Колькой — и сёстрёнки мои как? — (59)Живые, что с ними будет? — (60)Дядь Саш, ты езжай, мамку подготовь, что ли... (61)Дядя Саша ногами, как циркач-лошадник, на телегу встал, вожжами хлопнул и закричал, как кавалерист: «А ну давай! (62)Гони, мила-я-я!» (63)и понёсся, только пыль из-под копыт лошадки. (64)И уже издалека донеслось: «Просыпайся, деревня! (65)Герой возвращается!» (66)А разбуженная деревня шебуршит уже, как муравейник, в домах занавески раздёрнуты, лица к стеклу прилипшие. (67)А кто-то и во двор выбежал, глазеют. (68)И тут Фёдор мать увидел... (69)Стоит, как осинка одинокая, только волосы распущенные по ветру волнами стелются. (70)Не удержался, крикнул: «Мама! (71)Мамочка!!! (72)Вернулся я...» (74)И зашевелилось всё, картинка с места тронулась. (74)Первой навстречу сестра Раиса рванулась. (75)Подбежала быстрее ветра, на грудь бросилась. (76)А от волос сестриных и молоком, и хлебом — домом пахнет. (77)И Манька с Колькой тоже подбежали, окружили в объятиях. (78)Лёнька подошёл степенно — совсем взрослый стал — руку по-мужски, крепко, пожал, а сам своих слёз стесняется, глаза прячет: «Вернулся, брат. (79)Только мама и верила, что вернёшься». (80)Мама... (81)В шаге от неё Фёдор остановился, у самого глаза пеленой затянуты... (82)И тут ладони её на своих щеках почувствовал, опарой пахнут, мягкие, добрые. (83)Ласковые. (84)Мамулечка... (86)И упал перед ней на колени, ноги обнял, и все за годы накопленные рыдания из души на волю вырвались, никак остановиться не может. (86)Мама ладонь на голову положила и гладит: «Ну всё, Феденька, дома уже. (87)Пришёл. (88)Живой». (89)Откуда только силы в ней, столько, воли, чтобы держаться... (90)Нагнулась, за руки потянула: «Заждались мы тебя. (91)Пойдём домой, сыночек». (92)С этими мыслями я полчаса спустя спать улёгся. (93)Проснувшись утром, первым делом к соседям отправился. (94)К своему удивлению, в двух домах тех, кто меня ещё совсем мальцом помнит, нашёл! (95)Слёз-то сколько было! (96)Вернулся, говорят, наконец, мол, ждали. (97)После поездки в Скачки в меня словно новое дыхание жизни вошло. (98)Я будто бы на мир иначе смотреть начал, с гораздо большей любовью. (99)Думается, что у каждого из нас та самая малая Родина есть, которая наверняка кем-то забыта или недооценена. (100)А ведь именно там находится всё наше самое сокровенное, там наши корни, истоки судьбы, сформировавшие фундамент дальнейшей жизни... (И. В. Галилеев*) *Игорь Владимирович Галилеев (род. в 1972 г.) — российский писатель, журналист. Его произведения публиковались в журналах «Нева», «Четверговая соль», «Сура», «Север» и других. Текст взят из сборника новелл «Простые истории».

Из предложений 30–33 выпишите один фразеологизм.

ВЕЧНОЕ ЭХО ВОЙНЫ (1)Бабка Анна жила на отшибе. (2)Доживала она свой семьдесят пятый год. (3)Муж погиб давно. (4)А сын... (5)А сын, молоденький девятнадцатилетний лейтенант, пропал без вести в сорок первом году. (6)Когда мать получила извещение, то не заплакала, она сняла со стены фотографию, на которой сын, в белой рубашке, с развевающимися на ветру волосами, выглядел совсем мальчиком, и долго не спускала с него глаз. (7)Когда соседка, узнав, пришла утешить её на следующий день, она всё ещё сидела за столом с портретом в руках. — (8)Что утешаешь? — спокойно сказала она. — (9)Живой он! (10)Пропал — так объявится. (11)Смотри, совсем мальчонка! (12)Как же его убить можно, если он не вырос ещё! (13)Мать продолжала жить так, как будто Ванечка непременно должен вернуться. (14)Пол-огорода у неё было маком засеяно. (15)Объясняла: мой Ванечка так пироги с маком любит. (16)На всю зиму запасу... (17)В подполе хранила она и поллитровку. — (18)Из дому ушёл — вином не умел баловаться. (19)А теперь уже большой стал. (20)Прошло пять лет. (21)И ещё пять... (22)И ещё пять... (23)Её слепая уверенность в том, что сын объявится, не ослабевала со временем. (24)Может быть, она и жила потому, что ждала и верила во встречу с ним. (25)Ночью приходили к ней тревожные мысли. (26)Она считала, сколько лет ныне её Ванечке, и насчитывала тридцать пять. (27)И боялась, что за пятнадцать лет он так изменится, что она может его не узнать: а вдруг полысел, усы отпустил или ещё что... (28)Дом её стоял при дороге, и нередко к ней заглядывали прохожие — попить воды, от дождя укрыться. (29)Она всегда принимала их приветливо и трепетно вглядывалась в лица: а вдруг сын! (30)Однажды в метельный январь раздался топот на крыльце, и мужской голос прокричал: — Откройте, кто живой есть! (31)Мать вышла в сени, распахнула дверь и увидела на пороге мужчину в рабочей куртке. — (32)Мамаша, пусти погреться. (33)Отстал от своих, от машины... (34)Гость стянул кепку, лицо осунувшееся, в уголках рта резкие морщины. (35)Он потянулся к печке и прижался ладонями к ней. (36)Мать спросила медленно: — Как звать-то? — (37)Иваном, — ответил мужчина, не оборачиваясь. (38)И всё внутри у матери захолонуло. (39)Она так давно ждала встречи, что у неё не хватило сил больше ждать, и в этот миг могла думать только о том, что встреча настала. — (40)Подожди, — сказала она пересохшими губами, спустилась в подпол и поставила на стол бутылку, заметённую пылью и паутиной. — (41)Да у тебя, мать, вино марочное, — засмеялся Иван. (42)Он налил стакан и выпил не морщась. — (43)Пить научился, — жалостно сказала мать, но тут же спохватилась и добавила: — Да я так. (44)Ведь с мороза ты. — (45)Точно, с мороза, мать. (46)Мать смотрела на него и старалась найти в нём что-то от её далёкого Ванюшки, но ей трудно было уловить связь. (47)Через час Иван спохватился. — (48)Пора, мать, ищут меня, наверно. (49)Он уже взялся за скобу двери, когда мать, всполошившись, крикнула: — Приходи скорей! (50)Я тебе пирогов с маком напеку! — (51)С маком! (52)Да ну! (53)Страсть охота, — Иван широко улыбнулся. — (54)У меня мамка тоже большая мастерица пироги печь. (55)Анне стало горько оттого, что другую женщину он назвал своей матерью, но она уже сознавала, что случайный гость не её сын. (56)Но всё равно у неё было не по-обычному хорошо на душе — ведь и её Иван стал таким же большим, сильным, тридцатилетним, и где-то он так же широко улыбается людям и ищет отзывчивых чужих матерей. (57)«Ведь не может же человек без вести пропасть, в бесчисленный раз наивно и упрямо подумала она, — люди обязательно находятся». — (58)А я леденцов из райцентра привезу! (59)Любишь, мать? — уже с крыльца отозвался Иван. (60)И мать вспомнила, что действительно, когда была помоложе, очень любила леденцы, а потом по старости позабыла о них. (61)И она заплакала счастливо, безудержно, как не плакала уже много лет. (62)Она сняла со стены портрет Вани и долго всматривалась в его лицо, простое и юное, и сердце её было переполнено той фанатической материнской любовью, которая заставляет уверовать в самое несбыточное. (По О. Н. Шестинскому*) * Олег Николаевич Шестинский (1929–2009) – советский и российский поэт, писатель, переводчик, публицист. Фрагмент взят из книги «Блокадные новеллы».

Из предложений 1–7 выпишите один фразеологизм.

«ИЩУ ХОРОШИЕ РУКИ». ИСТОРИЯ ОДНОГО ЩЕНКА (1)Прямо у входа в метро, под буквой «М» , женщина торговала щенками. (2) На картонке было написано об их породе и стоимости. (3) И что «ищем хорошие руки». (4) Это давно было, когда Интернет не везде и телефоны не у всех. (5)Я вбегала в метро и мельком увидела три симпатичные ушастые мордашки, торчащие из лукошечка. (6)Подумала: «Какие умильные!» — и побежала дальше. (7)Через четыре часа я возвращалась домой, выходила из метро и увидела ту же женщину, но уже с одним щеночком. (8)Видимо, двоих удалось продать. (9)Я подошла посмотреть, хотя не собиралась покупать щенка. (10)Обожаю животных, мне захотелось его погладить. (11)Около женщины переминался с ноги на ногу мальчик лет двенадцати, у него в руках были помятые купюры. (12)А рядом грозно стоял мужчина в чёрных очках, в пиджаке, с дорогими часами. (13)Он явно спешил. — (14)Я дам больше, чем он, — сказал мужчина хозяйке щенка, кивнув на мальчика. — (15)В два раза. (16)Мне ребёнку. (17)А то я забыл подарок... (18)Я поняла, что оба они претендуют на собачку, и если это тендер, то щенок однозначно достанется мужчине. (19)Но мальчик упрямо полез в карманы, выгреб из них всё, что было (а было там много мелочи), и пробормотал, сдерживая слёзы: — Я разбил копилку. (20)Это всё, что у меня есть. (21)Родители разрешили, сказали только, что деньгами не помогут, нет у них. (22)Я вот ещё у друзей занял. (23)Вот всё, что есть... (24)Женщина-продавец посмотрела на мужчину в очках и сказала: — Простите меня, но я мальчику отдам. (25)Мне важно, чтобы в хорошие руки. (26)Я вижу, что мальчик будет очень любить щенка. (27)Он всё готов за него отдать уже сегодня... (28)И протянула щенка абсолютно счастливому мальчишке. (29)Тот взял его так нежно, трепетно, словно боялся повредить, а щенок дрожал. (30) От страха, наверное, или от стресса. (31)Счастье – это же тоже стресс. — (32)Ой, а деньги, деньги-то! – мальчик засуетился, пытаясь отдать обещанное, одной рукой обнимая нового друга, а другой залезая в карман. — (33)Не надо денег, купи на них своей собаке всё необходимое, корм хороший, поводок... – сказала женщина. — (34)Как это? (35)Правда? (36)Не возьмёте? – мальчишка чуть не плакал. (37)Он засунул щенка внутрь куртки своей, чтобы согреть, и стало видно, что они даже немного похожи. — (38)Не возьму. (39)Берегите друг друга, – улыбнулась женщина и помахала им на прощание. — (40)Так здорово, что вы у мальчика денег не взяли, – сказала я, наблюдая эту сцену. — (41)Я ни у кого не взяла, – ответила женщина. – (42)Я специально пишу цену, чтобы понять, готов ли человек в принципе тратиться на собаку, есть ли у него средства. (43)Я улетаю навсегда из этого города и не хочу, чтобы щенки моей любимой собаки остались на улице из-за недобросовестных хозяев, которые поздно поймут, что не готовы кормить дополнительный рот. (44)Я раздала щенков тем, кто... не предаст. (45)Часто вспоминаю эту женщину... (46)Как понять, что человек готов любить? (47)Он готов ради любви отдать всё, что есть, и даже то, чего нет. (48)Он готов бороться за любовь даже с тем, кто очевидно сильнее. (49)Он не сдаётся, подключает все ресурсы, он готов на ежедневный будничный подвиг ради того, кого готов любить. (50)Он не предаст. (О.А. Савельева*) * Ольга Александровна Савельева (род. в 1981 г.) — успешный блогер, автор бестселлера «Апельсинки. Честная история одного взросления», а также сборников рассказов «Попутчица», «Повезло», «Проживая», «Седьмая», которые представляют собой смешные и трогательные истории из жизни автора и других людей.

Из предложений 14–18 выпишите слово, имеющее лексическое значение «конкурентная форма отбора предложений на оплачиваемую поставку товаров или оказание услуг».

(1) Закружила меня война, бросала из полка в полк, из госпиталя в госпиталь, с пересылки на пересылку. (2) Постепенно присохла боль в душе, рассеялось и чувство задавленности, одиночества, всё входило в свои берега. (3) В сутолоке военной и любовь-то моя вроде бы притухла, а потом, показалось, и вовсе истлела, навсегда, насовсем. (4) Но вот годы прошли. (5) Многие годы. (6) И война-то вспоминается как далёкий затяжной сон, в котором действует незнакомый и в то же время до боли близкий мне парнишка, а я всё думаю: «А может, встречу?» (7) Случается же, случается!» (8) И знаю ведь — ничего уже не воротишь, не вернёшь, и всё равно думаю, жду, надеюсь... (9) Я люблю родную страну свою, хоть и не умею сказать об этом, как не умел когда-то и девушке своей сказать о любви. (10) Но очень уж большая земля-то наша — российская. (11) Утеряешь человека и не вдруг найдёшь. (12) Но ведь тому, кто любил и был любим, счастьем есть и сама память о любви, тоска по ней и раздумья о том, что где-то есть человек, тоже о тебе думающий, и, может, в жизни этой суетной, трудной и ему становится легче средь серых будней, когда он вспомнит молодость свою — ведь в памяти друг дружки мы так навсегда и останемся молодыми и счастливыми. (13) И никто и никогда не повторит ни нашей молодости, ни нашего счастья, которое кто-то назвал «горьким». (14) Нет-нет, счастье не бывает горьким, неправда это! (15) Горьким бывает только несчастье. (16) Вот обо всём этом я часто думаю, когда остаюсь один, остаюсь с самим собой, думаю с той щемящей печалью, о которой Александр Сергеевич, незабвенный наш, прекрасный наш поэт, лучше, глубже и пронзительней всех нас умевший чувствовать любовь, уважать её и душу любящую, сказал так просто и так доверительно: «Печаль моя светла...» (17) В яркие ночи, когда по небу хлещет сплошной звездопад, я люблю бывать один в лесу, смотрю, как звёзды вспыхивают, кроят, высвечивают небо и улетают куда-то. (18) Говорят, что многие из них давно погасли, погасли ещё задолго до того, как мы родились, но свет их всё ещё идёт к нам, всё ещё сияет нам.

Из предложений 12–16 выпишите антонимы (антонимическую пару).

— (1) Учитель, извините меня за дерзость, но вы же так богаты! — сказал прерывающимся голосом Страдивари. — (2) Зачем вы продаёте свои скрипки этим болванам? (3) Пускай скрипки лежат дома, ведь вы же сами говорите, что с каждым годом они становятся дороже! (4) Амати развязал испанский кушак, облегчённо вздохнул, угнездил ноги на маленькой скамеечке. — (5) Дочь в семье должна выйти замуж, — сказал он. — (6) А творенье мастера должно прийти к людям, иначе он умрёт как созидатель. (7) Если бы мои скрипки никто не покупал, я раздавал бы их даром. — (8) Но люди, к которым они попадают, не отличат ваш инструмент от балаганной виолы. (9) Они платят за ваше имя и футляр! — (10) И в этом ты прав, мой мальчик. (11) Но есть одна тонкость, которой ты пока понять не можешь. (12) В твоём возрасте всё оценивается меркой сегодняшнего дня, а жизнь твоя кажется бесконечной. (13) И слова «Начало человека — прах, и конец его — прах: он подобен разбившемуся черепку, засыпающей траве, увядающему цветку, проходящей тени...» — для тебя это только слова. (14) А для меня это уже завтра. (15) Поэтому я думаю о том, какую тень оставляю, проходя по жизни. (16) И когда тебе будет столько лет, сколько мне, ты поймёшь, что тень жизни нашей — это творение рук наших. (17) Вот это — уже неувядающая трава и неувядающий цветок. (18) Это инструменты, которые проживут века, принося людям счастье. (19) Ещё и не родились музыканты, которые оценят по-настоящему скрипку, что ты трепетно сжимаешь в руках. (20) Их слава и музыка впереди. (21) Пройдут века, и мы с тобой не узнаем даже, какие божественные звуки может извлечь из этого обиталища музыки гений. (22) Но скрипки будут жить и тогда, когда умрут эти люди, ибо бессменен круговорот людской жизни, как восход и уход солнца, как прилив и отлив океана, и потребность людей в прекрасном бессмертна. (23) И не дано нам с тобою знать, кто и для кого будет играть на этой маленькой виолине, потому что века — это, мой мальчик, очень много времени... (24) Амати и Страдивари стояли у окна, глядя, как оседает на дороге белая пыль из-под высоких колёс кареты. (25) Амати сказал: — Ну что ж, сынок, и тебе пора собираться в путь... — (26) Вы гоните меня, учитель? — удивлённо спросил Антонио. (27) Амати грустно засмеялся и покачал головой. — (28) Когда ты был слеп, я был твоим поводырём в краях неведомого. (29) Теперь ты прозрел, и моя спина загораживает тебе солнце... (30) Страдивари хотел что-то возразить, но Амати поднял руку: — Не перебивай меня, сынок, и не спорь со мной. (31) Эти моменты, — он кивнул на ровные золотые столбики дукатов, — дадут тебе возможность купить дом и открыть мастерскую. (32) Тебе надо жениться, иметь верную подругу и добрых детей. (33) У гения мало времени, он не может бродить по свету в поисках любви, ибо творит любовь руками своими для всех. — (34)Но мне не полагается никакой платы, — растерянно сказал Страдивари. — (35)Ваша наука — плата за мой труд. (36)Амати отмахнулся: — Мастера не могут расплачиваться деньгами между собой. (37)Деньги — ничто в сравнении с тем, что дают они друг другу. (38)Ты расцвёл яркой ветвью на усыхающем древе жизни моей, и не нам решать — кто из нас больше обязан... (39)Страдивари преклонил колено и поцеловал тяжёлую и твёрдую, как дорожный камень, руку Амати. — (40)Спасибо вам, учитель, за всё... — (41)Перестань, — сердито сказал Никколо. — (42)Не заставляй меня говорить слова, которые украшают наше сознание и повергают в стыдливость, как только мы произносим их вслух...

Из предложений 1–7 выпишите одно разговорное слов

(1) Как-то вечером, прохаживаясь по стадиону, Андрей встретился с инструктором. (2) Ему не хотелось надоедать Быстрову своими вопросами, он собирался уже пройти мимо, но инструктор сам остановил его. — (3) Вы куда-нибудь спешите, Степной? — спросил он. — (4) Нет, — ответил Андрей. — (5) Просто гуляю. — (6) Может быть, погуляем вместе? — (7) Я с удовольствием. (8) Если, конечно, вам не будет скучно со мной, — сказал Андрей. (9) Они пошли рядом. (10) Быстров долго молчал, наблюдая, как в «чёртовом колесе» крутятся двое курсантов. (11) Казалось, он хотел решить какую-то задачу. (12) Вдруг он остановился и крикнул маленькому курсанту, который вылез из колеса: — Дымов, можно тебя на минутку? (13) Курсант подбежал к инструктору. — (14) У меня к тебе просьба, — сказал Быстров. — (15) Мы вот с товарищем Степным чуть не поссорились из-за тебя. (16) Он говорит, что ни один человек не сможет кружиться в колесе больше пяти минут подряд. (17) А я доказываю, что тренировкой можно достичь чего угодно. (18) Будь нашим судьёй, Дымов. — (19) С удовольствием, — улыбнулся курсант. (20) Он повернулся и пошёл к своему товарищу. (21) Тот помог ему прикрепить ремни к ногам и, когда Дымов качнул колесо и покатился по стадиону, громко засмеялся: — Генка, перед обедом я тебя остановлю! (22) Быстров взглянул на часы. (23) Курсант направил колесо на беговую дорожку, и оно замелькало вдоль бровки. (24) Когда он сделал полный круг и начал виражировать около присевших на скамью Быстрова и Андрея, товарищ его проговорил: — Можем и вздремнуть маленько. (25) Генка остановится не раньше чем через полчаса. (26) Прошло десять, пятнадцать минут. (27) Быстров встал со скамьи и крикнул: — Довольно, Дымов. (28) Курсант Степной признаёт, что проиграл спор. (29) Генка остановил колесо и направился к Быстрову. — (30) Вы помните, товарищ инструктор, — проговорил он, — как меня тошнило и от пяти оборотов? (31) А сейчас... (32) Сейчас я и понятия не имею, что такое головокружение. — (33)Я согласен, — сказал Андрей, когда они с Быстровым снова шли по стадиону, — что всего можно добиться тренировкой. (34)Никита Безденежный долго не мог определить высоту начала выравнивания при посадке. (35)Инструктор возил его по низкополётной полосе больше всех, но ничего не получалось. (36)Тогда он стал тренировать глубинный глазомер. (37)Залезет на крышу, на лестницу, на вышку и прикидывает, сколько до земли. (38)Пять, семь, десять метров? (39)Сейчас он определяет высоту с точностью до половины метра и отлично делает посадку. (40)Но как тренировать расчёт? (41)Каждый день разный старт, каждый день разный ветер... (42)Нечипрев говорит: надо чувствовать! (43)Значит, у меня нет чутья? (44)Быстров ответил прямо: — У вас нет выдержки, Андрей. — (45)Выдержки? — (46)Да, Геннадий Дымов полтора года назад не мог сделать петлю с открытыми глазами. (47)И что? (48)Раскис он? (49)Нет! (50)Он сделал то, что и должен делать в таких случаях будущий лётчик: взял себя в руки и упорно начал тренироваться. (51)Результат вы видели сами. (52)А что сделал Безденежный, когда узнал, что у него плохой глубинный глазомер? (53)Опустил голову? (54)Расплакался? (55)Тоже нет. (56)Он немного помолчал, потом строго спросил: — А что сделал Андрей Степной, когда ему сказали, что плохо с расчётом на посадку? (57)Андрей Степной повесил нос. (58)Раскис, как кисейная барышня. (59)Что? (60)Может быть, я ошибаюсь? (61)Андрей ничего не ответил. — (62)Курсант Степной хотел бы, наверное, — продолжал инструктор, — чтобы он стал лётчиком по мановению волшебной палочки. (63)Раз-два — и готово, можете отправляться в рейс. (64)Нет, Андрей, так не бывает. (65)Трудно? (66)Будет ещё труднее.

Из предложений 46–57 выпишите разговорное слово со значением «утомившись, ослабев, стать вялым».