Открытый банк заданий ЕГЭ

(1)Ничего необычного в том, что случилось со мной, нет. (2)Я был чемпионом и считался самым сильным человеком. (3)Мне сызмальства были по душе физические упражнения. (4)Меня увлекали борьба, метания и бег на лыжах. (5)В конце концов страсть к силе побудила к самостоятельным занятиям. (6)Я составил перечень упражнений и стал неуклонно следовать ему. (7)С 1946 по 1953 год я учился в Саратовском суворовском училище. (8)Времени для личной тренировки в распорядке дня не было. (9)Поэтому я вставал за полчаса до подъёма, лишая себя блаженного получаса юношеского сна. (10)Мне нравилось «строить» силу, нравилось быть сильным, и я мечтал о большой силе, но грубая сила, вульгарная, меня всегда отвращала. (11)Я испытывал к ней даже не неприязнь – ненависть! (12)Самостоятельные тренировки весьма повлияли на телосложение и здоровье. (13)Семнадцати лет я при росте 187 см весил за 90 кг – это был чистый мускульный вес – я выглядел даже худым. (14)После окончания Суворовского училища с серебряной медалью я получил счастливую возможность продолжать образование в Военно-воздушной инженерной академии имени Жуковского. (15)Уже со второго курса я имел сугубо целевые тренировки по тяжёлой атлетике, но они никогда не шли за счёт учебы. (16)После двух лет тренировок я неожиданно для себя вплотную придвинулся к норме мастера спорта. (17)То была эпоха могучего американского атлета Пола Эндерсона. (18)Я жадно впитывал крохи сведений о его тренировках из спортивных журналов. (19)Я старался разгадать природу этой поразительной силы. (20)Я не связывал её лишь с весом. (21)Должно было быть в тренировках Эндерсона и нечто своё, отличное от принятого, того, к чему мы привыкли. (22)После я понял: необходимы массированные тренировки с помощью небольшого числа главных вспомогательных упражнений, обеспечивающих основную силу, и ещё резкое увеличение весов главных вспомогательных упражнений с одновременным сокращением работы над техникой классических упражнений, которая тогда отнимала у нас неоправданно много времени. (23)Ошеломляющее впечатление произвели на советских любителей спорта выступления Эндерсона в Москве и Ленинграде 15 и 18 июня 1955 года. (24)Это были первые выступления американских спортсменов в Советском Союзе. (25)Лето 1955 года оказалось поворотным в моём отношении к тренировкам. (26)Я окончательно осознал, что авторитеты лишают нас воли – надо ломать тренировку, искать своё и ничего не бояться. (27)Тогда я впервые написал в своей тренировочной тетради: «Ничто не властно надо мной!» (28)Я смог проникнуть на тренировку наших спортсменов и американцев. (29)С восторгом узнал прославленных атлетов: в могучей статности неторопливый Яков Куценко; во всём подчёркнуто значительный и насмешливый длиннорукий Трофим Ломакин; косолапящий, словно стесняющийся своей силы Аркадий Воробьёв и литые из отжатых мускулов Рафаэль Чимишкин и Николай Удодов. (30)И тут же знаменитые американцы, короли журнальных обложек: Томми Коно, Стенли Станчик, Дэвид Шеппард, Чарльз Винчи и, конечно же, Пол Эндерсон. (31)Даже на тренировке этой горе мышц все аплодировали. (32)Признаюсь, воспоминание о виденном многие годы вдохновляло меня в трудные минуты моих тренировок. (33)Мне почудилось: боги силы сошли на землю. (34)И даже в мечтах я не посягал тогда на рекорды «человека-скалы», как в своих статьях звал Эндерсона Яков Куценко. (35)Но в мою тетрадь уже были вписаны слова «Ничто не властно надо мной!». (36)Прочь гипноз имён: всё это лишает нас силы! (37)В марте 1957 года вскоре после зимней сессии и каникул на четвёртом курсе академии я «достал» с необыкновенной лёгкостью всесоюзный рекорд в толчковом упражнении. (38)Через несколько недель последовали новые рекорды – в толчковом упражнении и рывке! (39)Это было настолько неожиданно и в то же время просто, что я на всех снимках тех дней улыбаюсь под штангой. (40)Какой рекорд? (41)Разве это рекорд? (42)Штанга ничего не весит... (43)Я оказался в тройке сильнейших атлетов страны (за Алексеем Медведевым и Евгением Новиковым). (44)А затем началось топтание на месте из-за травм, сомнений и диплома. (45)Сомнения пожаловали из-за робости перед новыми весами. (46)Я получил несколько травм. (47)Нужно было время для обживания в новых координатах. (48)В 1959 году я защитил на «отлично» диплом – 5 лет и 7 месяцев учения были позади. (49)И уже в апреле совершенно неожиданно для себя я «накрыл» самый грозный рекорд – мировой рекорд Эндерсона в толчковом упражнении! (50)Трудно даже приблизительно передать, что творилось тогда в окружном Доме офицеров Ленинградского военного округа. (51)Настоящее безумие! (52)Топот, рёв, крики, слёзы, объятия и в то же время порыв, сплачивающий всех в единое! (53)С этим рекордом ко мне пришёл неофициальный титул самого сильного человека планеты. (54)Во всяком случае, так именовали меня с того дня. (55)Впервые с далёких предреволюционных лет этот титул перекочевал в Россию.

Среди предложений 17-21 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи притяжательного местоимения. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

— (1)Довольно! (2)И осветились вдруг весь этот громадный зал в два света, экзаменационные зелёные столы, чёрные доски. (3)И это он, Карташёв, стоял, и это ему говорил профессор, пробежав глазами исписанную доску: — Довольно! (4)Там, в открытых окнах, был май, лёгкий ветерок качал занавески, доносился аромат распускающихся деревьев, сверкало солнце, грохотали мостовые. (5)Карташёв кладёт в последний раз в жизни этот мел и повторяет мысленно «довольно», стараясь как можно сознательнее пережить это мгновение. (6)Итак, довольно, он инженер. (7)То, к чему четырнадцать лет стремился с многотысячным риском сорваться, достигнуто. (8)Каким недостижимым ещё вчера казалось это счастье, и отчего теперь, когда цель достигнута, безумная радость не охватывает его неудержимым порывом, отчего он чувствует только, что устал, что хочет спать и что то, к чему он стремился, теперь, когда это достигнуто, кажется ему таким ничтожным, нестόящим… (9)И потом, положив мел и отойдя в глубь залы, Карташёв продолжал ощущать всё ту же охватившую его пустоту, в которой как будто вдруг потерял себя. (10)Ему казалось, что нет больше ни его, ни всех этих людей, здесь стоявших, волновавшихся. (11)Что все они только тени, быстро-быстро проносящиеся в пространстве времени. (12)И что все эти радости, горе? (13)Что вечно среди этого изменяющегося, равнодушного, неудержимо несущегося вперёд? (14)Двадцать пять лет его жизни казались ему теперь только одним промчавшимся мгновеньем, в котором так ярко помнил он всё, всякую мелочь. (15)И в то же время так скучно, так ничтожно, так прозаично всё это. (16)И всё-таки хорош этот день, этот ясный радостный май, в открытых окнах эти ароматные вздохи ветерка, тянущего с собой привет полей, лесов. (17)Он поедет скоро туда, опять увидит свою Новороссию[1], её степи, неподвижные, безмолвные, с угрюмыми скирдами сена на горизонте, ясную тихую речку в камышах с далёкою далью сёл, церквей, белых хаток, высоких и стройных тополей. (18)И спит это всё там теперь в ярком сиянье весёлого дня, молодой весны, радостных надежд. (19)Правда, там нет лесов. (20)Здесь, под Петербургом, он только узнал эти леса, полянки среди них; здесь, под Петербургом, только узнал он и аромат этих распускающихся лесов, и мощное пробуждение их сразу от зимней спячки. (21)Осень – на юге; весна – на севере. (22)А эти ночи, светлые, белые, – дни во сне, молчаливые, ароматные. (23)Этот аромат распускающихся душистых тополей и сейчас несётся с островов. (24)Ах, эти острова, их сочная зелень, близость их друг к другу, голубые полосы окружающей их со всех сторон воды. (25)Карташёв вздохнул всей грудью. (26)Везде прекрасна природа. (27)Радость её – радость всех. (28)Вот и Карташёв радуется, что выдержал свой последний экзамен, что кончил курс, что инженер он теперь.

Среди предложений 4-10 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи вводного слова, лексического повтора и личного местоимения. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

(1)Жуаньжуаны, захватившие Сарозеки в прошлые века, исключительно жестоко обращались с пленными воинами. (2)При случае они продавали их в рабство в соседние края, и это считалось счастливым исходом для пленного, ибо проданный раб рано или поздно мог бежать на родину. (3)Но чудовищная участь ждала тех, кого жуаньжуаны оставляли у себя в рабстве. (4)Они уничтожали память раба страшной пыткой – надеванием на голову жертвы шири. (5)Обычно эта участь постигала молодых парней, захваченных в боях. (6)Сначала им начисто обривали головы, тщательно выскабливали каждую волосинку под корень. (7)К тому времени, когда заканчивалось бритьё головы, опытные убойщики-жуаньжуаны забивали поблизости матёрого верблюда. (8)Освежёвывая верблюжью шкуру, первым долгом отделяли её наиболее тяжёлую, плотную выйную часть. (9)Поделив выю на куски, её тут же в парном виде напяливали на обритые головы пленных вмиг прилипающими пластырями – наподобие современных плавательных шапочек. (10)Это и означало надеть шири. (11)Тот, кто подвергался такой процедуре, либо умирал, не выдержав пытки, либо лишался на всю жизнь памяти, превращался в манкурта – раба, не помнящего своего прошлого. (12)Выйной шкуры одного верблюда хватало на пять-шесть шири. (13)После надевания шири каждого обречённого заковывали деревянной шейной колодой, чтобы испытуемый не мог прикоснуться головой к земле. (14)В этом виде их отвозили подальше от людных мест, чтобы не доносились понапрасну их душераздирающие крики, и бросали там в открытом поле, со связанными руками и ногами, на солнцепёке, без воды и пищи. (15)Пытка длилась несколько суток. (16)Лишь усиленные дозоры стерегли в определённых местах подходы на тот случай, если соплеменники пленённых попытались бы выручить их, пока они живы. (17)Но такие попытки предпринимались крайне редко, ибо в открытой степи всегда заметны любые передвижения. (18)Брошенные в поле на мучительную пытку в большинстве своём погибали под сарозекским солнцем. (19)Шири стискивало, сжимало бритую голову раба, подобно железному обручу. (20)Последние испытания сопровождались полным лишением рассудка. (21)Лишь на пятые сутки жуаньжуаны приходили проверить, выжил ли кто из пленных. (22)Если заставали в живых хотя бы одного из замученных, то считалось, что цель достигнута. (23)Такого поили водой, освобождали от оков и со временем возвращали ему силу, поднимали на ноги. (24)Это и был раб-манкурт, насильно лишённый памяти и потому весьма ценный, стоивший десяти здоровых невольников. (25)Существовало даже правило – в случае убийства раба-манкурта в междоусобных столкновениях выкуп за такой ущерб устанавливался в три раза выше, чем за жизнь свободного соплеменника. (26)Манкурт не знал, кто он, откуда родом-племенем, не ведал своего имени, не помнил детства, отца и матери – одним словом, манкурт не осознавал себя человеческим существом. (27)Лишённый понимания собственного «я», манкурт с хозяйственной точки зрения обладал целым рядом преимуществ. (28)Он был равнозначен бессловесной твари и потому абсолютно покорен и безопасен. (29)Он никогда не помышлял о бегстве. (30)Для любого рабовладельца самое страшное – восстание раба. (31)Каждый раб потенциально мятежник. (32)Манкурт был единственным в своём роде исключением: ему в корне чужды были побуждения к бунту, неповиновению. (33)Он не ведал таких страстей. (34)И поэтому не было необходимости стеречь его, держать охрану и тем более подозревать в тайных замыслах. (35)Манкурт, как собака, признавал только своих хозяев. (36)С другими он не вступал в общение. (37)Его помыслы сводились к утолению чрева. (38)Других забот он не знал. (39)Зато порученное дело исполнял слепо, усердно, неуклонно. (40)Манкуртов обычно заставляли делать наиболее грязную, тяжкую работу или же приставляли их к самым нудным, тягостным занятиям, требующим тупого терпения. (41)Куда легче снять пленному голову или причинить любой другой вред для устрашения духа, нежели отбить человеку память, разрушить в нём разум, вырвать корни того, что пребывает с человеком до последнего вздоха, оставаясь его единственным обретением, уходящим вместе с ним и недоступным для других. (42)Но кочевые жуаньжуаны, вынесшие из своей кромешной истории самый жестокий вид варварства, посягнули и на эту сокровенную суть человека. (43)Они нашли способ отнимать у рабов их живую память, нанося тем самым человеческой натуре самое тяжкое из всех мыслимых и немыслимых злодеяний.

Среди предложений 30-40 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи притяжательного местоимения. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

(1)Побеждён быть не может народ, в самых бедствиях гордый своим именем, в самых горестных потерях не лишившийся добрых нравов, среди жесточайших оборотов судьбы хранящий твёрдо веру в законы праотцов! (2)Москва была несколько дней во власти иноплеменных, Москва превращена в пепел, но дух свободы и любовь к Отечеству не переставали никогда оживлять древнюю столицу России. (3)Добродетели сии сопровождают ныне мирного гражданина в изгнание из мест родины и неразлучны с воином, кипящим отмстить за пепел родных жилищ и права свои. (4)Могучи мышцами и духом потомки славных воинов – и Россия побеждена быть не может! (5)Каждый день слышу повествования о твёрдости жителей, необходимостью в Москве заключённых во время пребывания там французов. (6)Спросите, кто были сии жители? (7)Нищие, сирые, бедные вдовы, бесприютные и слабые старцы. (8)Между деяниями сих героев слухи донесли до нас преступления одного или двух человек. (9)Сии злодеи изменили законам чести. (10)Они не принадлежали никакому народу. (11)Кто не может быть верным сыном Отечества, не имеет ничего священного на земле, нет для него ни имени, ни родства, ни связей – целая Вселенная его чуждается. (12)Благословенная Россия не знает подобных извергов: она сильна верными сынами. (13)Картина Москвы, наводнённой толпами иноплеменных, дышащих грабежом и безначалием, вместе с тем ограждённой твёрдостью духа оставшейся в ней горсти жителей, представляет истории прекрасные черты, подражания достойные. (14)Москва является в ней, как знаменитая древняя жена, сидящая на развалинах величественного храма и защищаемая верной небольшой семьёй против многочисленной шайки грабителей. (15)Жестоко обманула французов надежда обрести в россиянах грубых варваров, обвыкших подклонять шею под чуждое ярмо! (16)Следующие подвиги служат тому свидетельством. (17)Кровавое зарево пожаров обтекало древнюю столицу России, огромные палаты и бедные хижины превращались в развалины, здания предавались поруганию – и толпы иноплеменных бродяг без сострадания, без чести и веры праздновали на пепелищах уничтожение всех добродетелей. (18)Вдруг, среди торжественных восклицаний порока, среди вопля старцев, жён и детей, раздаются громкие, утешительные голоса. (19)«Это голоса свободы!» — говорят угнетённые и стекаются на зов её. (20)В Огородниках стоит храм, посвящённый имени Святого Харитона. (21) Туда собираются они, вооружённые булавами, ножами, серпами и вилами, находят с каждым днём новых товарищей по несчастию, строят себе шалаши вокруг церкви и клянутся защищать её от нападения безверных до последнего дыхания. (22)Каждый день приходят они в церковь сию воссылать молитвы об изгнании врага из Отечества, о ниспослании победы воинам, здравия и славы законному государю. (23)Несколько раз покушаются неприятели уничтожить священнослужение и превратить храм в конюшню; но при первом покушении их герои-нищие вооружёнными сотнями стекаются вокруг церкви, ударяют в набат и заставляют самих мнимых победителей удивляться их мужеству и решительности. (24)Некоторые из французских смельчаков пытаются с накрытой головой присутствовать при богослужении, но поднятые вверх вилы и грозные голоса свободы принуждают гордых пришлецов смириться перед законами слабых и нищих. (25)Церковь, охраняемая столь мужественными защитниками, доныне уцелела и свидетельствует каждому, что верность царям, вере и коренным добродетелям есть твердейший оплот против неравного могущества и бедствий, на землю посылаемых.

Среди предложений 13-18 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи указательного местоимения. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

(1)Мой отец был чиновник. (2)В 1849 году отцу предложили должность уездного судьи в губернском городе. (3)Через двадцать лет он умер в той же должности в глухом уездном городишке... (4)Итак, он был по службе очевидный неудачник... (5)Для меня несомненно, что это объясняется его донкихотскою честностью. (6)Среда не очень ценит исключения, которых не понимает, и потому испытывает беспокойство... (7)Каждый раз на новом месте отцовской службы неизменно повторялись одни и те же сцены: к отцу являлись «по освящённому веками обычаю» представители разных городских сословий с приношениями. (8)Отец отказывался сначала довольно спокойно. (9)На другой день депутации являлись с приношениями в усиленном размере, но отец встречал их уже грубо, а на третий бесцеремонно гнал «представителей» палкой, а те толпились в дверях с выражением изумления и испуга... (10)Уже в период довольно сознательной моей жизни случился довольно яркий эпизод этого рода. (11)В уездном суде шёл процесс богатого помещика, графа Е-ского, с бедной родственницей, кажется, вдовой его брата. (12)Помещик был магнат с большими связями, средствами и влиянием, которые он деятельно пустил в ход. (13)Вдова вела процесс «по праву бедности», не внося гербовых пошлин, и ей предсказывали неудачу, так как дело всё-таки было запутанное, а на суд было оказано давление. (14)Однако процесс был решён в пользу вдовы, причём все знали, что этим она обязана исключительно твёрдости отца... (15)Сенат как-то неожиданно скоро утвердил решение, и скромная вдова стала сразу одной из богатейших помещиц не только в уезде, но и, пожалуй, в губернии. (16)Когда она опять явилась в нашу квартиру, на этот раз в коляске, все с трудом узнавали в ней прежнюю скромную просительницу: она как будто даже помолодела и сияла радостью и счастьем. (17)Отец принял её очень радушно, с тою благосклонностью, которую мы обыкновенно чувствуем к людям, нам много обязанным. (18)Но когда она попросила «разговора наедине», то вскоре вышла из кабинета с покрасневшим лицом и слезами на глазах. (19)Добрая женщина знала, что перемена её положения всецело зависела от твёрдости, пожалуй, даже некоторого служебного героизма этого скромного хромого человека... (20)Но сама она не в силах ничем существенным выразить ему свою благодарность... (21)Её это огорчило, даже обидело. (22)На следующий день она приехала к нам на квартиру, когда отец был на службе, а мать случайно отлучилась из дому, и навезла разных материй и товаров, которыми завалила в гостиной всю мебель. (23)Между прочим, она подозвала сестру и поднесла ей огромную куклу, прекрасно одетую, с большими голубыми глазами, закрывавшимися, когда её клали спать... (24)Мать была очень испугана, застав все эти подарки. (25)Когда отец пришёл из суда, то в нашей квартире разразилась одна из самых бурных вспышек, какие я только помню. (26)Он ругал вдову, швырял материи на пол, обвинял мать и успокоился лишь тогда, когда перед подъездом появилась тележка, на которую навалили все подарки и отослали обратно. (27)Но тут вышло неожиданное затруднение. (28)Когда очередь дошла до куклы, то сестра решительно запротестовала, и протест её принял такой драматический характер, что отец после нескольких попыток всё-таки уступил, хотя и с большим неудовольствием. — (29)Через вас я стал-таки взяточником, — сказал он сердито, уходя в свою комнату. (30)На это всё смотрели тогда как на бесцельное чудачество. (31)Я догадываюсь, что он вступил в жизнь с большими и, вероятно, не совсем обычными для того времени ожиданиями. (32)Но жизнь затёрла его в серой и грязной среде. (33)И он дорожил как последней святыней этой чертой, которая выделяла его не только из толпы заведомых «взяточников», но также и из среды добродетельных людей тогдашней золотой середины... (34)И чем труднее приходилось ему с большой и всё возраставшей семьёй, тем с большей чуткостью и исключительностью он отгораживал свою душевную независимость и гордость...

Среди предложений 13-20 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи союза и форм(ы) слов(а). Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

(1)Шла середина ноября, снега́ начали выпадать всего три недели назад, но пошли густо и часто, и потому с деревней уже произошло то, что происходило в прошлые годы к концу месяца: деревня, на взгляд, сделалась небольшой и низенькой. (2)Висело над ней близкое серое небо, дома́, заметённые снегом, уменьшились в размерах, а край обского яра[1] приблизился к домам, так как не было за ним зелёной пространственности воды. (3)И везде, куда бы ни смотрел участковый, лежал легкий, пушистый и свежий снег. (4)Ни вмятинки, ни точечки сажи не было на том пространстве, которое охватывал глаз, и казалось, что добрый, чистоплотный и заботливый человек нарочно укутал стылую землю, озябшие дома, голые деревья этим мягким снегом, нежной этой пеленой. (5)А Обь под снегом лежала такая ровная, такая светлая, словно снежной лентой текла в океан. (6)И стоял сверху донизу белый, с белой головой, на берегу Оби осокорь[2]. (7)Зимней, неспешной жизнью жила деревня: прошли, громко скрипя валенками, возвращающиеся с фермы доярки; по-зимнему чётко прогрохотал по улице трактор «Беларусь», волоча сани с навозом; от дома к дому по-заячьи проскакал простоволосый мальчишка с калачом в руке; потом прошёл заспанным шагом клубный киномеханик, и уж затем над ухом Анискина чётким, бодрым голосом сказали: «Начинаем утреннюю гимнастику!» (8)Это означало, что в Москве было семь утра, а на Оби – одиннадцать, так как день в деревне приходил на четыре часа раньше, чем в столице. (9)Участковый сошёл с крыльца. (10)Он держал путь к колхозной конторе, потому неторопливо зашагал по центральной длинной улице деревни. (11)Дышал он равномерно и с приятностью, зубом прицыкивал редко, руки за спину не закладывал. (12)Под стодвадцатикилограммовым телом Анискина снег скрипел громко, как под тракторными санями; валенки на снегу оставляли крупные следы; меж воротником полушубка и шапкой клубился парок от дыхания. (13)Возле того проулочка, что вёл к снежным кедрачам[3], участковый приостановился. (14)Снег под валенками скрипеть перестал, и послышались взрывы моторов, комариный вой электропил и тугой стон замёрзшей земли. (15)Эти звуки были чужеродны деревне, отдельны от рёва трактора «Беларусь», эти звуки деревне не принадлежали и принадлежать не могли, так как деревенскими не были. (16)Звуки издавали тайга, кедрачи, что клином шли в деревню с юга. (17)Там, в кедрачах, вот уже второй месяц работал передвижной лесопункт, вырубающий мачтовый сосняк и кедры. (18)Лесопункт, как и кедрач, наступал на деревню с юга, и с каждым днём всё явственнее становились звуки. (19)На лесопункте круглые сутки выли моторы, раздавались мужские голоса; с рассвета до темноты валились на землю деревья; днём и ночью горели костры, а только ночью врезались в темень и снег кинжальные лучи прожекторов. (20)Круглые сутки выл и гремел лесопункт, похожий на парикмахерскую машинку, что оставляет за собой неровный след на зябкой коже. (21)Всего второй месяц наступал лесопункт на деревню, но в снежном кедраче уже прореживалась серая полоса: пеньки, грязь, ямы да зола. (22)«Вот от такого безобразия тоже можно заболеть! – подумал Анискин. – (23)И тишины не стало, и воздух тяжёлый...»

Среди предложений 13-23 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи указательного наречия, форм(ы) слов(а) и однокоренного слова. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

(1)Образ Одессы, запечатлённый в моей памяти, – это затенённая акациями улица, где в движущейся тени идут полукругом по витрине маленькие буквы. (2)Я видел множество загородных дорог, по сторонам которых стояли дачи с розами на оградах и блеском черепичных крыш: каждая дача была барским особняком. (3)Дороги, петляя, вели к морю. (4)Я шёл вдоль оград, сложенных из камня-известняка. (5)Он легко поддаётся распилке и в строительство поступает правильными параллелепипедами, оставляющими на руках желтоватую муку. (6)На желтоватые стены падают розы, скребя шипами. (7)Там, в блужданиях по этим дорогам, составил я свои первые представления о жизни. (8)«Жизнь, – думал я, – это вечное лето. (9)Висят в лазури балконы под полосатыми маркизами, увитые цветением. (10)Я буду учиться, я способный, и если то обстоятельство, что я сейчас беден, вызывает во мне горечь, то горечь эта приятна, потому что впереди вижу я день исполнившихся мечтаний. (11)Я буду богат и независим. (12)Я ощущаю в себе артистичность и знаю, что профессия, которой я овладею, даст мне свободную жизнь в обществе богатых и влиятельных». (13)Я буду богат и независим. (14)Уверенность эта появилась во мне очень рано, она была самой простой, самой инстинктивной мыслью моего детства, и то, что я был членом бедной семьи, не только не ослабляло этой надежды, но даже, напротив, ещё более способствовало её укреплению. (15)В семье мне говорили, что не в знатности и не в богатстве дело, а в одарённости и настойчивости, и ставили мне в пример многих, кто, выйдя из нищеты, достигал высот, до которых редкому богатству и редкой знатности удавалось дотянуться. (16)Я был совершенно спокоен за своё будущее. (17)Поэтому я никогда не завидовал. (18)Если и существовал круг людей, куда порой трудно было мне проникнуть, то зато между вещами, замкнутыми этим кругом, и мною существовало содружество, и в нём главенствовал я. (19)Чужая ограда не пугала меня и не угнетала моих чувств. (20)Напротив, поставив на неё локти и глядя в чужой сад, я как бы взвешивал то, чем обладали другие, сравнивая его с тем, чем буду обладать я. (21)Ни статуи чужих садов, ни цветники, ни дорожки, сверкающие суриком гравия, не раздражали моего самолюбия, когда я, маленький гимназист, приходил из города готовить к переэкзаменовкам богатых сверстников. (22)Мир на самом деле принадлежит мне. (23)Это была самая простая, самая инстинктивная мысль моего детства. (24)Я так свыкся с ней, что даже не нуждался в заносчивости. (25)Напротив, я был скрытен и молчалив и лучше всего чувствовал себя в одиночестве, стараясь даже придавать этому одиночеству сходство с отверженностью, чтобы ещё больше сладости находить в напитке, поившем мои соки. (26)Напиток этот был предвкушение. (27)Вот теперь, через многие годы, постаревший и набрякший, писатель, заглядываю я с Садовой улицы в гимназический двор. (28)Сумерки в августе. (29)Какие сны клубятся там, где в углу сгруппировались акации, под которыми сидела бабушка, пока я держал экзамен в приготовительный класс. (30)Неповторяемая, чистая жизнь мальчика, воспоминания о которой говорят мне, что детство есть гордость, за одну каплю которой я отдал бы все завоевания зрелости.

Среди предложений 1-6 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи форм(ы) слов(а). Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

(1)На пароходе было тесно. (2)Повсюду сидели амурские рыбаки и старатели[1]. (3)И невесело было у всех на душе. (4)Владивосток был занят японцами, на Хабаровск наступали чехи, калмыковцы, семёновцы. (5)Хоть на короткое время, но враг одолел, и приходилось кому уходить в тайгу, кому скрываться в городе или уезжать туда, где тебя никто не мог бы узнать. (6)Среди этой толпы был и я. (7)У меня ничего не было: ни сундучка, ни денег, ни хлеба. (8)Обувь моя была разбита, и одежда протёрлась во многих местах. (9)Оставалась тужурка, почти новая, тёплая, и я подстилал её под спину, когда ложился спать на палубе, потому что собственные кости причиняли мне нестерпимую боль. (10)Под голову клал книгу – «Детство» и «В людях» Максима Горького. (11)Эту книгу я унёс из библиотеки, в которую пошёл потому, что там давали бесплатно кусок хлеба и кипяток. (12)Я взял первую же предложенную книгу и, грызя хлеб, долго читал, заливаясь слезами. (13)«И я, и я прошёл через это страшное детство. (14)И я был теперь в людях». (15)Хлеб я съел, а книгу потихоньку унёс, оставив у библиотекаря залог – свою сибирскую папаху. (16)И вот теперь я стоял без шапки и такой же голодный, как вчера, но с книгой, засунутой за ремень, свободно обнимавший моё исхудалое тело. (17)Двое пассажиров завтракали: ели огурцы с хлебом и сало. (18)Запах хлеба и сала заставил меня содрогнуться всем телом. (19)От голода снова закружилась голова. (20)Я подошёл к баку и напился холодной воды. (21)Потом снова сел, глядя в лица старателей. (22)«Неужели, — думал я, — они не предложат мне поесть?» (23)Но старатели не замечали моего взгляда. (24)Тогда я спросил их: — (25)Знаете ли вы Максима Горького? (26)Они удивились. (27)Оба перестали есть и, подумав секунду, ответили. — (28)Слыхали, как же. — (29)А хотите, я вам прочту его книгу? (30)Ничего, вы ешьте, а я вам буду читать. (31)И я начал читать. (32)Голос мой порою затихал от слабости, и горло сжимали спазмы, но я долго читал им дивную повесть о великой судьбе и страданиях Алексея Пешкова. (33)Когда же я кончил и посмотрел вокруг, то удивился глубокой тишине и молчанию. (34)Старатели сидели задумавшись, опустив глаза и руки. (35)Наконец, один из них сказал мне: — (36)Друг, побереги эту книгу для нас. — (37)А куда вы едете? — спросил я. — (38)Куда все едут, — ответил он и показал в ту сторону, откуда наплывали на нас горы, холодный ветер и леса. — (39)Что вы будете делать? — (40)На рыбные промысла наймёмся, а не то в тайгу подадимся, на прииски, золото рыть. (41)Я не знал ничего: ни как роют золото, ни как ловят рыбу – и сказал без всякой надежды: — (42)Не возьмёте ли вы и меня с собой? (43)Старатель посмотрел на меня с недоверием: я был мал ростом и тощ. (44)Но, заглянув в мои голодные глаза и потом в книгу, лежавшую у меня на коленях, он молча протянул мне на острие ножа кусок сала и пододвинул корзину с хлебом. — (45)Прости, друг, — сказал он, — до того не догадался. (46)А теперь ешь. (47)Ешь хорошо, — повторил он, — и побереги эту книгу для нас. (48)Пойдём с нами, будем вместе работать. (49)И в эту ночь я лёг на палубу сытый и был сыт на другой день и на третий. (50)Я нашёл в этих людях друзей, с которыми потом в тайге провёл счастливый год.

Среди предложений 21-30 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи противительного союза и притяжательного местоимения. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

(1)Однажды я дал классу пятнадцатиминутное сочинение. (2)Тема звучала так: «Сколько их (родных, близких, знакомых), кто стои́т за мною, кто до́рог мне и кому дорога́ (или дорог) я?». (3)Листки с работами ребят открыли мне один секрет. (4)В одном из номеров журнала «Юность» я прочитал повесть Юрия Полякова «Работа над ошибками». (5)Моё внимание привлёк весьма короткий диалог между учителем и учеником. — (6)Учи́теля ты обязан уважать. — (7)Никому я ничего не обязан. (8)Ответ, безусловно, циничный. (9)Но где-то и справедливый. (10)Сколько этих «обязан», «должен», «надо» ежедневно и в школе, и дома сыплется на голову ученика! (11)Поневоле взбунтуешься. (12)И вот оно, нигилистическое: никому – ничего. (13)А ведь это беда. (14)Как воспитать ученика, не употребляя расхожих «обязан», «должен»? (15)Чтобы он ощутил нравственный долг перед учителем, матерью, жителями улицы, на которой живёт, водителями автобуса и трамвая, спасающих от холода, дождя? (16)Что вообще не делает обязанными, а затем и обязательными? (17)Многое. (18)Но прежде всего – элементарная благодарность как следствие неформального интереса и внимания к нашей личности. (19)Сколько такого внимания – столько и благодарности, то есть ответного желания захотеть и быть обязанным. (20)Превратить обязанность в благодарность стало принципом работы! (21)Не по житейской примитивной схеме «ты мне – я тебе», а по совсем иной, когда «платишь» самому себе за потребность не подвести тех, кто за тобою, и того, кто тебе открыл их. (22)Так в моей практике много лет назад возник, сложился и утвердился термин «педагогика благодарности». (23)Сперва незримо, а затем и наяву я впустил на свой урок и ту микросреду, в которой формируется ученик. (24)Когда присутствуют «свои», учишься с особым интересом и охотой. (25)Но вернёмся к листкам. (26)То было не сочинение, конечно, в обычном смысле, а некий социологический срез, диагностирующий человеческое в каждом из нас, меру нашей причастности к тем, с кем связаны судьбою; память сердца, откуда берёт истоки эмоциональный интеллект. (27)Шире раздвинулся горизонт художественной книги, обращённой уже не к трём десяткам ребят, а как бы к тысячной аудитории. (28)Рождались качественно иные структуры воспитательных уроков, наполненных всевозможными увязками с жизнью, мостиками между книгой и сегодняшним днём. (29)Обучение целиком принимало воспитывающий характер, ибо моя «аудитория» требовала не знания литературы как таковой, а знания тех знаний, которые даёт нам литература. (30)Всё меньше хотелось говорить о её роли, и всё чаще появлялось желание практически воздействовать её опытом.

Среди предложений 14-19 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи подчинительного союза, личного местоимения и однокоренных слов. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

(1)Не только книжный эпизод, но и жизненный случай, имеющий отношение к книге, может стать уроком. (2)В серьёзном и важном мы намного старше своего возраста, ибо наш возраст не только размер ноги, костюма, шапки, но и размер ума, нашей душевности. (3)Однажды меня чуть не оштрафовали в общественном транспорте: долго не мог найти билет. (4)В итоге всё обошлось. (5)Но настроение подпортили изрядно. (6)И вот с таким настроением мне пришлось войти в класс к ребятам. (7)Кстати сказать, я учитель литературы. (8)Ни пошутить, ни улыбнуться. (9)А ребята тонко угадывают настроение своего учителя. (10)Дома надо было выучить стихотворение и теперь прочитать наизусть. (11)«Кто первый?» — строго и скучно спросил я, копаясь в портфеле. (12)Я взглянул на ребят – и оторопел: тридцать дружно поднятых рук увидел перед собой. (13)Но не в каждом лице читалось желание прочитать. (14)Иные глаза выражали просьбу: кого угодно, только не меня. (15)Я смотрел на ребят – уже улыбаясь им. (16)Вдруг и мне захотелось сделать что-то очень доброе, хорошее. (17)Открыл книгу, с которой ехал в автобусе и на которую теперь уже не сердился (то был Пушкин), и весь урок читал его стихи, а закончил строчками: Друзья мои, прекрасен наш союз! Он, как душа, неразделим и вечен... (18)Передо мной и впрямь сидели уже не школьники, ученики, а друзья, которые не позволили мне быть мрачным и сердитым. (19)Ведь в таком настроении (буду откровенен) учитель порой бывает придирчив. (20)Смотришь – и посыпались в журнал «двойки», как зерно из дырявого мешка или худого кузова. (21)А «двойки», как и рассыпанное зерно, – серьёзные потери для учителя и травмы для ученика. (22)Теперь понимаю, почему не с ребят, как обычно, а именно с портфеля начал урок. (23)Как тот угрюмый пассажир, увидевший во мне злоумышленника в момент, когда по просьбе контролёра я не нашёл в кармане проездной билет, так и я, наверное, не видя, смотрел на ребят. (24)Но они не дали мне потерять «высоту», а себе – своё расположение ко мне. (25)А если хорошенько подумать, то и к Пушкину, Лермонтову, Некрасову, с которыми я должен был их подружить. (26)Сколько потерь ожидает нас, когда мы не понимаем друг друга, не помогаем друг другу! (27)Неверно, будто всё во власти учителя. (28)Многое, но не всё. (29)Что-то очень существенное, значительное и в руках ребят, поднявших свои руки в ответ на вопрос учителя. (30)Ведь, помимо зрения, есть ещё и видение, которое называется зоркостью. (31)Можно, к примеру, иметь стопроцентное зрение – и нулевую зоркость. (32)Взаимных обид тогда не избежать. (33)Надо учиться зоркости, духовному зрению. (34)Оно делает нас добрыми, чуткими. (35)Очарованные стихами Пушкина, ребята, когда прозвенел звонок, один за другим не спеша выходили из класса. (36)Я стоял у дверей и каждому (да-да, именно каждому!) с теплотой и нежностью говорил: «Спасибо!». (37)Такая уж наша работа: за один урок иной раз тридцать «спасибо» скажешь. (38)И ещё тридцать «спасибо» – каждому в отдельности. (39)За доброту!

Среди предложений 35-39 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи союза и лексического повтора. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).