Задание 16325 (ЕГЭ Русский язык)

Укажите варианты ответов, в которых даны верные характеристики текста.

1) С точки зрения жанровой принадлежности текст представляет собой фрагмент путевого очерка, поскольку содержит описание важных и интересных для автора мест и событий, встреч с людьми.

2) Текст, как и жанр путевого очерка в целом, относится к научному стилю, потому что цель автора — дать беспристрастное и детальное описание какого-либо географического объекта. Поэтому в тексте содержится информация об особенностях рельефа Восточной Сибири (А говоря о горах Даурии, нельзя умолчать и о бесконечных, волнующихся степях и лугах Восточной Сибири, флоры данного региона; Тут промелькнул полевой ландыш, далее белая даурская лилия, там фиалка дикая…), автор рассказывает о местных жителях, чертах внешности и характера, им присущих.

3) Точность речи, однозначность трактовки понятий, не допускающая двоякого толкования, обеспечивается отсутствием местоименных и синонимических замен и постоянным повторением одних и тех же слов в рядом стоящих предложениях.

4) Важнейшей жанровой особенностью текста является активная позиция автора. При этом он выступает и в роли исследователя (наличие в тексте конкретных географических наименований (Восточная Сибирь, Забайкалье, Даурия, Чикондо, Яблоновый хребет), оценки увиденного (богатство и разнообразие флоры), авторских комментариев; и в роли свидетеля происходящих событий (пейзажные и портретные зарисовки), а также как рассказчик (присутствие в тексте прямой речи, эмоциональность изложения).

5) В синтаксическом строе текста прежде всего можно выделить вставные конструкции (Например: Но тунгус наконец говорит: «Толмачу, толмачу» («Понимаю, понимаю»)…), функция которых — пояснить смысл сказанного, прокомментировать информацию, т. е. выйти на прямой разговор с читателем.

Невозможно не упомянуть о здешних горах, <…>, как говорят здесь, хребтах. А говоря о горах Даурии, нельзя умолчать и о бесконечных, волнующихся степях и лугах Восточной Сибири. Как жаль, что я плохой ботаник и не в состоянии передать ничего порядочного о богатстве и разнообразии здешней флоры! А каких только цветов и трав вы не увидите в здешнем краю весною! Тут промелькнул полевой ландыш, далее белая даурская лилия, там фиалка дикая, тут опять что-то скраснело, — это полевой гиацинт, но он едва-едва пахнет; сорвите лилию — то же самое… Между тем вы уже проскакали несколько вёрст, а всё не можете угадать, что такое белеет впереди вас; терпение ваше истощается, вы наконец спрашиваете ямщика, указывая на даль: «Что это там белеет?» К вам оборачивается лицо тунгусского типа с узкими блестящими глазами, приплюснутым носом, широкими, выдающимися скулами и белыми, как слоновая кость, зубами, с чёрными волосами и косой на макушке — и отвечает: «Толмач угей» («Не понимаю»). Вам досадно, однако вы стараетесь знаками растолковать ему, что вам хочется знать. Но тунгус наконец говорит: «Толмачу, толмачу» («Понимаю, понимаю»), потому что на самом деле он вас давно понимает. (Надо заметить, что здешние инородцы при встрече с новым человеком всегда стараются заговорить по-своему и никогда по-русски, но они только притворяются, что не знают русского языка. Это черта их хитрости и гордости.) Потом худым, ломаным языком произносит: «Это Чикондинский голец». (Чикондо — чуть ли не самая возвышенная точка отрогов Яблонового хребта.) Восточная Сибирь так обширна, что, наверное, можно сказать о ней следующее: нет такого человека на свете, который бы мог похвастаться, что знает всякий уголок этой богатой страны. Я хорошо знаком только с южной и юго-западной частями Забайкалья, и всё, что говорю в своих заметках, относится именно к этой её половине; северная же часть самому мне мало известна, и то более по слухам. (А. А. Черкасов)